Слёзы империй

– Вот, все как обещал. – Передал юноша мешок своему отцу.

– Надеюсь, что ты все сделал правильно.

– И это вместо того что бы сказать спасибо? – Шутя возмутился Янт.

– Спасибо! – Он похлопал сына по плечу забирая мешок. – Надеюсь, ты все сделал правильно.

– Надейся. – Сказал юноша и пошел по своим делам.

Затем полуэльф сходил к своему отцу, в это время еще спавшему. Возвращаясь, он застал Дора, пропихивавшего в его дверь огромный тюк.

– Что это? – Удивился полуэльф.

– Одежда. – Ответил Эльбс. Он надавил на тюк, и тот наконец-то попал в каюту Эдэлина.

Тэн-Андэр зашел вслед за горовиком, обрушившим огромный тюк из парусины на его кровать.

– Все, смотри. – Он его быстро развязал.

Одной из первых вещей увиденных полуэльфом был пиджак. Рассмотрев остальную кипу он на мгновенье остолбенел.

– Что это? – Медленно произнес сон.

– Потрепалась немного, но носить можно. – Добродушно ответил Дор.

– Можно… бомжам! – Выкрикнул пораженный полуэльф.

– Не волнуйся, доспехи наверх оденешь ничего не видно будет. – Решил обнадежить его горовик.

– Я не ношу доспехов. – Воскликнул Тэн-Андэр.

– Ничего, никогда не поздно начать носить доспехи. – Постучал по своему пластинчатому панцирю горовик.

– Большая часть одежды испорчена! – Выкрикнул Тэн-Андэр, подняв руки к небу. – Сколько денег выброшено!

– Зато теперь какой мягкой она стала! – Стал опять ободрять его Дор.

– Теперь ее можно выкинуть! – Полуэльф стал рассматривать кучу. Одежда вся выглядело настолько застиранной и изношенной, как будто ее носили годы. – Я отдам ее бедным акосским детям. – Пронеслась у него мысль. – Какая хорошая идея. Жест короля.

– Ну мне пора, на завтрак. – Сказал горовик и исчез за дверью.

– Как жаль, что в Акосе нету магазинов с такой одеждой! – Печально выкликнул он. – Как жаль…

Тридцать первого числа «Белая стрела» значительно снизила свою скорость, дабы прибыть к «Одинокому рогу» ночью, что бы незаметно спрятать корабль в лесу.

Все это время Янт ходил из угла в угол по своей комнате, раскладывал вещи, и занимался бесполезными занятиями. Он вспомнил Лониэ. Их встречи в лесу, когда он отправлялся сбирать травы для старика. Молодой маг садился на кровать, успокаивался, и даже пытался дремать, что бы скоротать последние часы ожидания.

При подлете к деревне было решено, что никто не пойдет сразу в деревню. Все кто будет спускаться с корабля, пойдут вначале под покровом ночи, в дом Фойдора и оттуда утром уже начнут действовать в деревне.

Когда уже стемнело показался «Одинокий рог», не тронутый ни горовиками ни мародерами. Корабль стали опускать на поляну в лесу, недалеко от деревни, что бы скрыть его некоторое время, во избежание излишнего шума.

Все время, когда корабль опускался на поляну указанную старым магом, Янт ходил по палубе и волновался. Ветра не было, и небо было звездным и чистым без единого облачка.

Было уже за полночь, когда наконец-то юноша пошел в деревню. С ним туда пошли Фойдор, Эдэлин, и две девушки, которым очень надоело сидеть на корабле. Все остальные остались на «Белой стреле», что бы не привлекать лишнее внимание, и охранять корабль.

– Как хорошо вернуться в родной лес! – Воскликнул юный маг, идя по высокой сочной траве.

– А, я никогда в лесу не была, тем более ночью. – Призналась Триана, идя за Янтом, шедшим за своим дедом. За Трианой шла, Альтира. За ней озираясь по сторонам семенил Эдэлин, прислушиваясь к пению ночных птиц и звукам леса.

– Жду не дождусь, когда приду домой. – Возбужденно воскликнул Янт.

– Лес, любит тишину! – Прервал его Фойдор, неся за спиной торбу. – Пошли молча.

Скоро лес кончился, и они вышли на поле, где созревал обильный урожай. Ветра почти не было. На пашнях бегали мыши и лисы. Из деревни доносился лай собак. Вскоре за полем путешественники подошли к дому старика, располагавшемуся на отшибе деревни. За ним на северо-востоке шел старый сад и деревня, состоящая где-то чуть более чем из сотни домов.

– Наконец-то дома. – Вздохнул Янт, и дернул за шнурок висящий подле прочной деревянной калитке в глухом заборе.

– Видимо, Рутор уже спит. – Сказал Фойдор после минутного ожидания.

– Чувствую мы еще и заночуем под дверями. – Скептически заметил Эдэлин. Он схватил за веревку и стал дергать ее изо всей силы. Горовик не заставил себя ждать.

– Кого в такое время черти принесли? – Раздражено рявкнул он.

– Это мы! – Крикнул маг.

– А Фойдор, дружище! – Громкий голос стал уже радостным. Послышались быстрые шаги, звон ключей, калитка открылась и за ней показался рослый горовик в длинной белой рубахе, почти до ступней. В левой руке он держал автоматический арбалет, направив его в землю. Будучи ростом более семи футов он был очень толстым и громоздким. – Ты меня извини, что как надо не встретил.

– Ничего. – Зашел к себе на участок старик.

– Я тут сегодня баньку топил, по раньше бы приехали, успели бы помыться. Много же вас. – Рассмотрел он остальных членов отряда.

– Я позже тебе их представлю. – Сказал Фойдор поднимаясь на скрипучее крыльцо дома.

– Пошли. – Пригласил гостей Янт.

– Как я и ожидал, никакого особняка из белого мрамора. – Буркнул Эдэлин.

– А это твой сын. – Выкрикнул горовик, стоя у калитки, что бы ее потом закрыть.

– А ты узнал меня Рутор. – Усмехнулся полуэльф. – Теперь я уже стал графом.

– Да, а я архимагом. – Рассмеялся старик ожидая всех на крыльце.

– Ну, вы со своим папашей далеко пойдете! – Ответил горовик.

Янт с девушками прошли за Эдэлином, и Рутор стал закрывать калитку. Следующим утром первого августа, в деревни «Одинокий рог» произошли следующие события. Местный трактирщик Борайт, как только открыл свое заведение, а он это делал с утра, хотя никто так рано обычно не заходил в трактир, но трактирщик боялся пропустить раннего клиента. Незадолго после открытия в трактир «У грязного Борайта» вошел полуэльф, в белой сверкающе чистой дорогой одежде. Борайт был занят приготовлением к вечернему пьянству, в его трактире на данный момент не было ни одного постояльца, исчезнувшие после начала войны. Он выглянул из кухни посмотреть кто пришел и остолбенел от увиденного. Подобной одежды он не видел ни разу в своей жизни, даже у местных баронов и лордов, виденных им одежда не шла ни в какое сравнение с тем, что он увидел на полуэльфе. Полуэльф подошел к стойке небрежно бросил на нее золотую монету и сказал.

– Самое лучшее вино. – А затем быстро добавил. – Сдачи не надо.

Ошарашенный трактирщик схватив золотую монету, побежал в погреб. Поскольку за всю свою жизнь он почти не покидал деревни, редко бывая в ближайших городах, а в Акэндхэме был только пару раз в жизни, по скудности знаний он подумал что перед ним ни кто-нибудь, а какой-нибудь иностранный король или принц, а может быть даже очень могущественный маг.

Поскольку такое высокое посещение этого трактира было в первый раз за все его существования и за жизнь его хозяина, то Борайт очень волновался. Все валилось у него из рук, и пока он открыл погреб и принес вино наверх, прошло довольно много времени. В трактирном зале уже никого не было.