Слезы счастья

Лиза поморщилась.

— Хотела бы, но не могу.

В трубке повисло молчание. Лиза догадывалась, что сестра призывает на помощь дзен-медитацию, потому что тон Эми был скорее сдержанным, чем сердитым, когда она наконец сказала:

— Ладно. Как это могло случиться? И если ты скажешь мне, что позвонила ему теперь, когда у тебя все так хорошо складывается, клянусь, я...

— Можно я отвечу? — нервно перебила ее Лиза.

— Да. Я слушаю.

Лиза в свою очередь попыталась прибегнуть к практике дзен, но не могла долго держать Эми в таком напряженном ожидании.

— Я встретилась с ним, — медленно проговорила она, — потому что он убедил Брендана это подстроить. Я тут ни при чем. Когда я шла на ланч, я понятия не имела, что там будет Тони. Как бы там ни было, суть в том, что он сказал кое-что, о чем я... Понимаешь, я начинаю задумываться, а не прав ли он. Может быть, я не создана для того, чтобы быть чьей-то женой...

— О, ради бога, я не хочу этого слушать, — отрезала Эми. — Я думала, ты наконец достигла в жизни той черты, за которой влияние этого мужчины испарилось вместе со всеми обещаниями, которые он так и не сдержал.

— Достигла. Все верно. Но это не меняет того факта, что... О, я не знаю, чего это не меняет. Я тут места себе не нахожу.

— Тогда давай я скажу, чего это не меняет. Это не меняет того факта, что Дэвид замечательный, щедрый, благородный и надежный человек. Тебе несказанно повезло, что он снова появился в твоей жизни. Ты любишь его, как никого и никогда раньше не любила, и меньше чем через шесть недель ты выходишь за него замуж.

Лиза чувствовала, что ее скрутили по рукам и ногам.

— Выхожу?

— Выходишь.

Лиза вдохнула.

— Эми, я знаю, ты не захочешь этого слушать, но я начинаю сомневаться, нужно ли мне все это. Клянусь, Тони здесь ни при чем. Просто мне нужно работать...

— Нет, — перебила Эми, — тебе нужно отойти от сегодняшнего потрясения, а потом обсудить с Дэвидом то, что произошло. Кто знает, у него могут быть отличные идеи по поводу того, куда тебе податься, я имею в виду в профессиональном плане.

— Я не могу работать на него! — воскликнула Лиза, как будто ей уже это предложили.

— И что же ты собираешься делать? Все бросить и опять сбежать с Тони Соммервилем?

— Нет, я бы никогда такого не сделала. Мой мужчина — это Дэвид. Просто... Это как-то... О, черт, я не знаю, в чем дело.

— Я бы сказала, твое видение помутилось после встречи с Тони.

— Вероятно, но, Эми, я должна быть честной... Я не хочу признаваться в этом даже самой себе, особенно сегодня, когда на сцену внезапно вернулся Тони, но Дэвид... Тяжело выразить это словами, но он не совсем такой, как мне раньше представлялось. То есть, ты права, он шикарный мужчина, добрый и вообще такой, как ты только что говорила и каким я его помнила, но...

— Лиза, прекрати. Ты пытаешься отговорить себя от того, чего тебе хочется больше всего на свете. И мы обе прекрасно это знаем.

— Да, ты права, но ты должна согласиться со мной, Эми, что Дэвид не такой... Ну... не такой яркий и энергичный, что ли, как я ожидала. Он был таким, но теперь изменился...

— Он стал старше, Лиза. Годы идут, и большинство из нас взрослеет, в том числе Дэвид. Только такие, как Тони Соммервиль, не меняются, и неужели я должна тебе напоминать, какой издерганной истеричкой ты была практически все время, когда была с ним?

— Нет, конечно же нет, и, клянусь, я ни под каким предлогом не хочу к нему возвращаться. Дело вовсе не в Тони. В первую очередь проблема с моей работой...

— ... к которой ты даже не собиралась возвращаться до следующего мая. Так что у тебя полным-полно времени, чтобы найти другую. Ты — Лиза Мартин, не забыла? Тебя хорошо знают и уважают в журналистике и туристическом бизнесе, так что работа наверняка найдется. И вообще, я думала, ты собираешься писать книгу.

— Собираюсь. По крайней мере, собиралась до сегодняшнего дня, но теперь, прежде чем думать об этом, я должна разобраться со своим трудоустройством.

Эми вздохнула и сказала:

— Послушай, я понимаю, как много значит для тебя независимость, да и как иначе, если ты всегда ею обладала. Потерять ее будет все равно что потерять зрение или слух... Ну, может, не настолько трагично, но я понимаю тебя, честное слово, и Дэвид тоже поймет. Он ни за что в жизни не станет записывать тебя в ряды «Женского института» или заставлять сидеть дома и выдумывать рецепты для рождественского пирога.

Лиза наконец почувствовала, что начинает улыбаться.

— Да, это вряд ли, — признала она, — но я...

— Больше никаких «но». Отдохни и перестань вписывать себя в будущее, которое никогда не настанет. Ладно?

— Ладно.

— Хорошо. А теперь скажи мне напоследок, на чем вы расстались с Тони? Пожалуйста, пусть ответ будет звучать примерно так: «Я с ним никогда больше не увижусь».

Ощутив легкий укол сожаления, но только о старых добрых временах, Лиза сказала:

— Я определенно не планирую с ним встречаться. Мы расстались на дружеской ноте, ну или что-то вроде того, но я совершенно ясно дала понять, что для нас нет пути назад, и уверена, что он меня понял.

— Хм-м-м, — недоверчиво протянула Эми, — насколько я знаю этого человека, он понимает только то, что ему хочется понимать. Ты узнала, чем он теперь занимается?

Поморщившись от мысли, как неправдоподобно это прозвучит, Лиза сказала:

— По всей видимости, он сейчас антиквар.

Эми громко расхохоталась.

— Ну да, а я жокей. Ты знаешь, где он живет?

Решив, что о Котсуолдсе, который находился в соседнем графстве, лучше не упоминать, Лиза ответила:

— Он говорит, что живет где-то у родственников. Я не вдавалась в подробности.

— Что ж, мы прекрасно знаем, что, где бы он ни был на этой неделе, на следующей его там наверняка не будет. И слава Богу! А теперь пора задать самый главный вопрос. Как думаешь, у тебя еще остались к нему какие-то чувства?

Лиза повернулась, посмотрела на себя в зеркало и, почувствовав, что в груди слегка защемило, честно ответила:

— Наверное, они никогда не исчезнут, но, к счастью, сейчас их не сравнить с тем, что я испытывала раньше.

— Рада слышать. Значит, весь этот вздор о неуверенности насчет Дэвида никак не связан с желанием вернуться к Тони?