Смена
Шрифт:
Лагеря Миша сам по себе не любит. Разок с Андреем и Лехой в началке ездил и все. Но с этими двумя времени нормально не проведешь. Казалось, что все против него. Хотя на сей раз с ним вместе хотя бы поехали Леня с Юлей – уже что-то…
– Андрюха, слышь, ты че не спишь-то, какой сейчас час? – почесывая затылок и протирая глаза, спросил Миша. – Те не звонили, когда придут?
– Без двадцати три, – уже на автомате ответил Андрей. – Ну если ты про пацанов – звонили. Вот только голубя повторно отправил. Говорят предыдущий не долетел – телеграмму мою сожрал по пути.
– Хорошо, – еще ничего не понимая, медленно касаясь пяткой холодного пола, будто стараясь не обжечься, стал подниматься Миша.
– А сон… Не знаю, что-то мешает, предчувствие
– Хм… Неплохо, – сев на кровати, зевая во весь рот, ответил ему Миша. Все еще не понимающий ни слова…
Одиннадцать часов сорок минут.
В комнате по-прежнему находились только Миша с Андреем. Ну и Витя, которого так никто и не удосужился разбудить, напоминал о себе своим тягостным бурчанием.
– Слышь, я в толкан… – стараясь засунуть правую ногу в правильный тапок, заявил Миша.
– Давай, только не потеряйся там.
– Обязательно…
Он умыл лицо, вытащил линзы и посмотрел на себя.
«Вроде полегчало…»
Голова кажись затихла. Связи по-прежнему не было. После выдернул несколько одноразовых полотенец и насухо вытерев руки. И ту Миша приметил что-то блестящее в мусорном баке в углу помещения. Подойдя ближе, он увидел кучку разбитых пузырьков в рваном целлофановом пакете. Может, лекарства какие-нибудь? Похоже на снотворное. Может, антибиотики? Хрен разбери. Но трогать и убедиться, что это именно, он не захотел.
Миша вернулся в комнату и тут же завалился на кровать. И только тогда увидел: за оледенелым окном, будто в утреннем тумане, кто-то стремительно сокращает расстояние. Кто-то мчался, даже не думая останавливаться, в сторону их корпуса. Затем что-то постучало в окно. Он, выпутавшись из-под одеяла, будто ящерица из своей кожи, медленно встал и подошел к окну. Его рука обессиленно упала. Комната колебалась, словно ветер надул стены, как парусник. Углы плыли и изгибались – линзы снял не вовремя. Только силуэт между подоконником и гардиной оставался различимым. Он продолжал бить костяшками по стеклу. Миша, облизав пересохшие губы, потянулся к шторе. Не страх неизвестного больше мотивировал Мишу, а изрядно надоевшее стуканье, повторяющее с удивительной скоростью и периодичностью. Уже совсем вплотную подойдя к окну, наконец он все понял:
– Так это ты долбишься, – Миша подобрал оконную ручку, лежавшую на краю подоконника, и приоткрыл окно. – Нагулялись что ли? Давай руку… А негра нашего в снегу забыл?
Это был Саня. Он тяжело дышал, было похоже, что он только что от кого-то бежал. Его друг продолжал биться в окно, ожидая, что Миша наконец, найдя ту самую заветную ручку, сможет впустить его.
Пальцы его соскальзывали, никак не получалось защелкнуть окно. Стиснув зубы, Саня дернул пластиковую ручку, загоняя щеколду в проем планки. Спрыгнув с подоконника и скинув с себя шапку, Саня с удивительной скоростью начал кидать себе в рюкзак все, что первым попадется ему под руку. Уже который раз перерыв всю тумбу и застегнув свой портфель, Саня стал таращиться в окно, что-то, а может даже и кого-то боязливо высматривая.
– Ты что? Время видел, ты решил в первый же день вещи начать собирать? Молодец, конечно, но куда такая спешка? Перестань шуршать, ложись спать. А лучше расскажи, что интересного нашел, а я запишу, для вдохновения будущих историй. Может, тебя одним из моих персонажей книги сделаю, – Андрей вскочил с кровати, пытаясь пожать своему другу руку.
– Где вожатые?! – У Сани не оставалось места на лице для эмоций. Физиономию свело судорогой непонятного для Миши неподдельного страха. Чего он задумал, может прикалывается? Только зачем? Не могло его так вынести с глотка водки. Больше всех из них выпили Леня с Лехой, а Саня слегка лишь пригубил за компанию. Остальные так, «на втором плане». Но его поведение не казалось игрой – ролью в плохом,
никому не известном театре. Нет, напротив. Он был полностью уверен в том, что он видел, давая отчет своим действиям. Что с ним?Превозмогая усталость, Миша снова слез с кровати и резко задернул шторы.
Внезапно отчего-то пробежали мурашки с ног до головы. Как будто облитый холодной водой из таза, он замер, развернувшись назад, в надежде понять, что заставило его напрячься. Дверь распахнулась, в прямом смысле открывая черную бездну общего холла корпуса, прорубая скважину в стене. За порогом, тонким и жалким, бесполезнее одеяла, кто-то стоял. Тихое дыхание проникало в комнату и накатывало волнами. Две темные фигуры, стоявшие в ожидании внимания. Похоже, в этой комнате их присутствие ощущал только один Миша. Андрей продолжал трындеть с Саней, пытаясь достучаться до него. Но тот все время повторял: «Секунду… Подожди… Помолчи пока. Кинь кофту со шкафа».
Может это оставшиеся пацаны? Но зачем они вернулись со стороны главного входа, через все камеры, по главной тропе – как на ладони. Может, это вовсе не они. Но кто? Кому, кроме этих «недоразвитых», может не сидеться на месте глубокой ночью? Тут же вслед за нерасторопно пробегающими мурашками Миша ощутил противный глухой звук, похожий на неостанавливающийся топот копыт призрачной лошади. Зрачки снова поплыли. Гул не останавливался. Он нарастал все сильнее и сильнее. Воображаемое копыто било, как чертик в табакерке, даже не думая останавливаться. Что с ним происходит? – Саня, объясни, что вы там наделали!
Глава 6. ВЗГЛЯД В ПРОШЛОЕ
Сорока минутами ранее:
Тени берез раскинулись, погладив треть пустыря. На подходе к расшатанному, небрежно сплетенному проволокой забору, Саня спрятал нос под воротник. Набросил капюшон. Весь нахохлился, ссутулился, вклиниваясь в просеку. Высокие деревья так и намеривались затмить собой, сожрать всякого, кто пожелает зайти в лес. Он кинул беглый взгляд на пацанов.
«Может, они передумают, развернутся и кинутся обратно назад?»
Но этому не суждено было сбыться. Друзья продолжали пускать едкие клубы дыма то от электронных сигарет, то просто от обычного воздуха, даже не думая отступить назад – от никчемной ограды. Судя по всему, им и правда было интересно, какие дары может скрывать забытое всеми место, да и петарды со спичками жали карманы. По правде своей, Саня был и сам не прочь хотя бы на миг вернуться в то время, в тот лагерь, который они вместе с Андреем и Лехой вдоль и поперек облазили в свое время. А как сам Саня знает, тот лагерь хоть и заброшен уже как пять лет, но все равно стоит где-то рядом. Не весь же его перестроить на этот смогли. По сути вещи только все перетащили и новые корпуса отстроили. А суть та же осталась, лишь название поменяли да рисунки новые нанесли, чтобы не так заметно было, что тоже самое построили. Но зачем его вообще заново отстраивать нужно было – этого он не знал. С тем же нормально все было? Разве что пару раз по новостям показывали, как детей со смен раньше срока домой отправляют. То с водоснабжением было что-то не так, то отравились вроде…
«Ночью, конечно, только конченный будет блуждать по ночному лесу, но глянуть, как там знакомые по детству корпуса поживают, было бы неплохо. Все равно нас фиг когда кто-то отпустит в одиночку, целый лагерь по лесу искали, тем более давно заброшенный».
– Санек, че встал как вкопанный? Кидай рюкзак свой, помогу. – дал понять Леня, уже перелезший кривое препятствие и махая застывшему Сане.
Большую часть дороги шли молча, то ли чтоб не наглотаться леденящего легкие воздуха, то ли попросту от отсутствия уместной и подходящей одновременно для них троих темы для разговора. А вот Саню это невольно начинало напрягать. Становилось неловко, тишина давила на уши. Разные мысли лезли в голову, обволакивали.