Смена
Шрифт:
Он поднялся на ноги, оббивая коленки от жгучего снега. В голове стоял легкий звон. Похоже ему немало влетело от зловещего ствола коряги. Неподалеку, в метрах двадцати перед ним, сверкала знакомая, предательски приоткрытая калитка с облезшими слоями синей краски под толстым полотном снега.
Из глубины сосен по-прежнему доносились отголоски чьих-то всхлипов. Неясное дыхание давило, стягивало, трясло. Сердце словно пробило преграду грудной клетки и понеслось быстрее и быстрее по снежным просторам, скользя меж берез и сосен к возможному спасению утаившегося средь лунного света здания.
Андрей оглянулся, всматриваясь и вклиниваясь
«Или просто пронзить смертоносным градом дроби…»
Лихорадочно Андрей принялся изучать пугающие заброшенные кирпичные знания.
«А если я последний? Может, судьба моих друзей уже решена?»
Он опустил голову вниз. Ноги уже как следует погрязли в сугробах. Снег просачивался под носки. Снежинки кружили над головой, лезли в глаза, застревали в ресницах. Носки покрывались ледяной корой, а большие пыльцы на обеих стопах так и жаждали подходящего момента, чтобы сбежать. Их Андрей прекратил чувствовать еще полдороги назад.
«Нет, фигня все это. Не может такого быть. Мише с Юлей и остальным уже наверняка удалось сбежать…»
Только куда именно, думать ему категорически не хотелось. Главное – в безопасность.
«Скорее всего, они уже греются в одном из этих старых, манящих и до отчаяния жутких домишках. А со мной тем более все будет хорошо. Потом детям буду это рассказывать… если живым останусь…»
Он криво улыбнулся.
Андрей, не раздумывая, завернул в первое же стоящее знание. На фоне остальных оно словно чем-то выделялось.
«Надеюсь, там меня не тронут… Хоть бы телефон не сел на холоде…»
Он зашел внутрь.
«Не заперто?!»
Двухэтажное, с дырявой крышей и жуткими узорами планет на темно-синих стенах забытой миром кирпичной коробки. Повезло. По неведомой ему причине здание не было заперто, и лишь варварски сброшенные, некогда приколоченные тонкие бруски валялись под порогом. Они будто умоляли поднять их, собрать и наконец соединить воедино.
«Снегом они не засыпаны, выходит, оковы моего временного убежища кто-то скинул совсем недавно…» – подметил про себя Андрей, перепрыгивая перекошенный порог.
Гул прекратился. Он резко захлопнул двери, перед этим успев всмотреться во мрак ночного бора – без толку. Без его окуляров разглядеть что-либо вдали было практически невозможно. Все словно в густом тумане. Все плыло. Но что-то подсказывало, что он все же оторвался. Некто, кто так охотно гнался за ними, успевая кричать что-то невнятное, пропал так же внезапно, как и появился.
«Что происходит?»
«Что происходит» – какой простой вопрос, но какой лежит к нему сложный ответ.
Несмотря на то, что стрелок канул в непроходимой тишине, лишь изредка нарушающейся треском и чавканьем сучков и веток по волнам ветерка, желание возвращаться назад отпало моментально. Да и к тому же назад дороги Андрей уже и не помнил. Лишь оставленные вещи резонировали в голове о себе щемящей
тоской, но и без них было тошно.«Хоть бы кто-то нас спас. Забрали меня домой. Увезли обратно в школу ко всем. Да хоть в армию сраную уже. Лишь бы подальше отсюда!»
Огромные оконные рамы были заколочены, но не все. Кое-где лучи звездного неба все же добирались, дотягивались своими конечностями и позволяли разглядеть хоть что-то в сей непроглядной темноте. Повсюду валялась различная макулатура – клочки прошлого. По спине пробежали мурашки, а дыхание замерло в предвкушении надвигающегося страха. Андрей посмотрел в телефон. Экран полностью разбитый, как будто весь в паутине. Но все еще работает.
«Твою ж… Новый же! Спасибо, что хотя бы работаешь!»
Это место Андрей не спутает ни с чем. Школа лагеря «Космос». Было же время, когда он беззаботно ездил на всевозможные смены, то с одноклассниками, то самостоятельно. Жаль, что прикрыли его. Добрые в нем люди работали. Особенно руководители смен. Эх…
Андрей поводил по коридорам лучом фонаря. Все было как раньше, если не считать горы мусора, оставленные в спешке при закрытии.
Слева располагался небольшой проход к пожарному выходу с торцевой стороны здания. Сразу же по правую руку – главная лестница, ведущая на второй этаж.
Он шагнул наверх. Яркая вспышка, рассеиваясь, врезалась в покрошенные ступени. Лестница была уже старой, брошенной. Вся побитая, стертая. Первых пары ступеней не было вовсе, лишь битая плитка и штыри арматуры напоминали о их давнем присутствии.
Андрей осторожно, смотря только вверх и немного пригнувшись, шагал навстречу неизвестному. Только надеясь на собственное везение, он продолжал идти. Внутренний голосок велел сжаться в комочек и пасть в воплях на пол, но другой, ранее не слышанный, все же, пусть и через немалые усилия, уверил двигался дальше. Все здание изнутри напоминало собой одну большую букву «Г». С правым и левым крылом здания, а также единой лестницей. Второй этаж был таким же, как и первый.
Огромный проем без дверных ставень встречал его. Повсюду пыльные номерки кабинетов; высохшие горшки с растениями-мумиями и часы. Круглые стражи времени, некогда ведущие службу, указывая, когда же начнется урок, пора ли идти на обед или спешить в киноконцертный зал на вечернее мероприятие, прежде являлись пыльным отображением действительности. Все будто остановилось. Только пустота окружала его. И лишь один Андрей ищет то, что хоть как-то могло бы ему помочь.
Ступени закончились. Лестница, будто утопленница, минула в тьме непроглядного дна. Андрей осторожно направился в первый попавшийся ему на втором этаже класс. Ссутулившись, стараясь не издавать лишнего шума, он плелся, чуть ли не падая из-за насквозь промокших кроссовок, рассеивая мрак ночи одиноким фонарем телефона.
– Андре-е-е-е-й…
Что-то фыркнуло из-за угла, сверкнуло в свечении окна.
«Сейчас что-то будет!»
Кто-то ждал его. Кто-то хотел, чтобы он пришел сюда. Андрей остановился, стал таращиться на вход в один из кабинетов. Сердце учащалось, дыхание замерло. Дверь была слегка приоткрыта. Тощий проем открывал взор на уходящее в тумане мрака помещение.
– Андре-е-е-е-й…
Что-то вновь шепотом позвало его.
«Кто здесь!? Не подходи, тварь! Не трогай меня! Но я готов, сука. Готов!»