«СМЕРШ»: операции и исполнители

Контрразведчики Центрального фронта в июне и июле 1943 года обезвредили пятнадцать разведывательно-диверсионных групп противника. Некоторые из них были предназначены для нападения на штаб фронта и совершения террористического акта в отношении командующего фронтом генерала армии К. К. Рокоссовского.

Во время битвы за Днепр чекисты Воронежского (1-го Украинского) фронта выявили и ликвидировали более 240 фашистских агентов и двадцать одну разведывательно-диверсионную группу.

Положительных результатов в этот период добились военные контрразведчики Ленинградского фронта, которым удалось нанести серьезные удары по русской эмигрантской организации «Восточное бюро НТС» (Народно-трудовой союз), действовавшей с 1943 года как орган абвера — зондерштаб «Р».

На заключительном этапе войны органы военной контрразведки, не прекращая борьбы со шпионами, диверсантами, террористами, активизировали свою деятельность против фашистских пособников, националистического подполья, а также по захвату документов и вещественных доказательств преступной деятельности гитлеровцев на оккупированной территории».

* * *

Показательной является радиоигра, начатая в мае 1943 года на Центральном фронте под условным названием «Опыт».

Передачи велись от имени трех агентов германской разведки, заброшенных с заданием выяснить в районах Щигр, Касторного, Курска и Львова и прилегавших к ним пунктах места сосредоточения советских войск, техники, фамилии командиров, состояние транспортных путей и мостов, добыть сведения о передвижении воинских частей. Агенты имели при себе портативную коротковолновую радиостанцию, сто двадцать тысяч рублей, топографические карты районов действия и фиктивные документы офицеров Красной Армии. Регион действия агентов представлял для советской стороны исключительно важное значение, так как по указанию Генерального штаба ранее по десяти радиоточкам, работавшим под контролем «СМЕРШ» в близлежащих пунктах, осуществлялась операция, имевшая целью скрыть готовившееся наступление советских войск на Курской дуге.

Задача радиоигры «Опыт» поэтому была очень ответственной. Она заключалась в том, чтобы агенты, выброшенные непосредственно в район Курской дуги, подтвердили правильность переданных по другим каналам связи дезинформационных данных. С этой целью в разведывательный центр противника через каждые два — три дня по указанию Генерального штаба Красной Армии передавались радиограммы, содержавшие выгодную для советской стороны информацию. В ней указывалось, что в сторону фронта двигаются многочисленные, хорошо охраняемые эшелоны со строительными материалами, бронеколпаками, колючей проволокой и другими грузами, необходимыми для обороны, а в ближнем тылу местные жители и саперы роют окопы, противотанковые рвы, строят блиндажи и доты. О сосредоточении войск и военной техники передаваемые материалы были очень незначительными.

Активная работа радиостанции продолжалась двадцать дней. За это время противнику «перекачали» все, что Генштаб считал целесообразным передать. Основная задача радиоигры была выполнена.

Возник вопрос: в каком направлении продолжать игру? Решили под каким-либо благовидным предлогом снизить активность работы радиостанции, выждать определенное время и проверить, как противник отнесется к полученной им «информации». Задача значительно упростилась после получения от противника следующей радиограммы:

«Павлу. Желательны сведения об артиллерийских позициях западнее Новосиля, в районе слияния рек Неруч и Зуша. Центр».

Учитывая, что радиостанция находилась в ста пятидесяти километрах от Новосиля, советская контрразведка радировала:

«Центру. В нашем районе Новосиля нет. На разведку вышли напарники. Я остался на месте. До их возвращения буду сообщать только метеосводки. Павел».

В дальнейшем, ссылаясь на то, что посланные на разведку агенты не вернулись, радист попросил прислать продукты и деньги.

4 августа пришел ответ:

«Павлу. Помощь пришлем, точный срок сообщим позднее. Почему не сообщаете о передвижении войск и о важных военных событиях в вашем районе? Ждем срочных сведений. Центр».

«СМЕРШ» ответил:

«Центру. Наши люди до сих пор не вернулись, ходил их разыскивать, но безрезультатно. Работать одному очень трудно. Денег нет. Живу плохо. Жду от вас совета и помощи. Павел».

7 августа противник радировал:

«Павлу. Срочно готовим курьера, придет по последнему адресу, а пока давайте военные сводки, надеемся на активизацию работы. Центр».

Через два дня на явочной квартире сотрудники советской контрразведки арестовали агента-связника Подкопытова, окончившего Борисовскую разведывательную школу. (Это была его вторая «выброска» в тыл. После окончания школы Подкопытов три месяца находился в тылу Красной Армии, где выполнял разведзадания.) Подкопытов должен был установить связь с радистом, передать ему девяносто шесть тысяч рублей, фиктивные документы, батареи для радиостанции, продовольствие и остаться в его распоряжении для ведения разведки. Прибытие связника свидетельствовало о том, что противник заинтересован в дальнейшей работе радиостанции «Опыт».

На фронте в это время происходили активные наступательные действия Красной Армии, в районы боев направлялись новые людские пополнения, перебрасывалась военная техника. Не передавать совсем военных сведений было нельзя, так как это ставило радиостанцию под угрозу провала. Поэтому было решено под различными предлогами тормозить ее работу и лишь изредка передавать незначительную оперативную информацию, чтобы не потерять связь с радиоцентром.

11 августа за линию фронта ушло сообщение, что радист не встретил курьера и продолжает испытывать материальные затруднения. В результате дальнейшего радиообмена от противника была получена телеграмма следующего содержания:

«Павлу. Курьер завтра будет у вас, у хозяйки. Пароль — «привет от доктора». Курьер будет с вами работать с успехом. Центр».

Необходимо было срочно выработать план встречи с курьером и подготовить все необходимое для его успешного осуществления. Тот факт, что радист уже длительное время не сообщал никакой разведывательной информации, мог вызвать подозрение о его вынужденной работе под диктовку советской контрразведки.

С учетом этого обстоятельства было очень важно организовать встречу курьера с самим радистом, с тем чтобы в откровенной беседе выяснить у курьера, не получил ли он каких-либо особых указаний, имеющих целью выяснить действительное положение радиоточки. Идеальным было бы разрешить встретиться с курьером лично радисту. Однако этот вариант, несмотря на его безупречное поведение, был категорически отвергнут руководством управления «СМЕРШ» фронта. Не склонно было поддерживать его и руководство Главного управления «СМЕРШ».

В конце концов было решено, что роль радиста будет выполнять руководитель операции, ведший радиоигру, капитан Стрюков.

— А если курьером окажется агент, лично знающий радиста, тогда что? — возмущался Барышников, говоря по «ВЧ» с начальником управления «СМЕРШ» фронта.

— Не думаю, не такие уж важные фигуры ваши «подопытные»… Во всяком случае, оперативный работник не растеряется, найдет выход.

— Ладно, пусть действует, но на всякий случай прикройте его надежно.

— Это само собой, сделаем обязательно, Владимир Яковлевич, все будет в порядке.