Соблазненная Горцем

Изобел вышла из сарая как раз в тот миг, когда Тамас метнул камень из пращи. Увидев, как снаряд попал в цель и стоявший на коленях мужчина упал замертво, Изобел пронзительно взвизгнула:

— Боже милостивый! — Уронив вилы, она бросилась к братьям и лежавшему без чувств незнакомцу. — Что вы наделали?

— Это какой-то горец, — торопливо заговорил Лахлан, будто это обстоятельство давало право подстрелить беднягу.

— Он выслеживал тебя, Бел, — принялся защищаться Тамас. — Мы видели, как он подглядывал за тобой из-за деревьев. Можно я возьму себе его лошадь?

Но сестра его уже не слушала. Она стояла затаив дыхание. Тристан. На мгновение Изобел оцепенела от изумления. Что он здесь делает? Зачем явился? Она ясно дала понять Макгрегору, что дружба между ними невозможна. Быть может, не зря она подозревала его в коварстве и он вовсе не помышлял о дружбе?

Изобел вспомнила улыбчивого незнакомца, напомнившего ей благородных рыцарей прежних дней. С ним она гуляла и смеялась в королевском саду. Она склонилась над Тристаном. Дыхание ее участилось. Кто он? Хитрый посланник дьявола? Или прибыл сюда с благородными намерениями?

— Джон! — Девушка облегченно перевела дыхание, поняв, что жертва братьев еще жива. — Сходи за Камероном! Скорее! Тамас, нам понадобится одеяло, чтобы перетащить его в дом.

— В дом? — Тамас вскинулся, словно его ударили. — Но он чужак. Патрик будет…

— Тамас! — Изобел усмирила брата ледяным взглядом. — Сейчас же принеси одеяло, или я расскажу Патрику о двух дюжинах яиц, которые ты стащил из курятника Уолласов, за рекой.

Когда мальчики убежали, Лахлан наклонился к сестре. В его голосе слышалась неподдельная тревога.

— Он следил за тобой, и мы решили, что он задумал что-то недоброе.

Изобел задержала взгляд на чувственных, порочных губах Тристана.

— Возможно, так и есть.

— Откуда ты знаешь, Бел? — насторожился Лахлан. — Кто этот человек?

Господь всемогущий! Изобел едва дышала, а ее белокопытник… Тристан упал на куст драгоценного растения, сломав стебли. Теперь саженцы погибли.

— Его зовут Тристан. Тристан Макгрегор, — объяснила она.

В этот миг подоспели Камерон и Джон.

— Я познакомилась с ним в Англии.

Изобел посмотрела на Кама и смущенно опустила глаза. Никто не знал, что она встречалась с Тристаном наедине в Уайтхолле. Никто, кроме Камерона. Тогда брат так и не спросил ее, что она делала в обществе их врага и о чем разговаривала с ним. Но теперь в глазах Кама застыл вопрос. Что же такого сказала она этому настырному Макгрегору, что заставило его отыскать их дом и ступить на их землю?

— Кам, он еще жив, — проговорила Изобел, решив отложить на потом объяснения с братом. — Ради нас всех, мы должны позаботиться о нем. Если он умрет на нашей земле, его семья…

— Я знаю. — Камерон кивнул, не задав ни единого вопроса.

13

Тристан оказался тяжелее, чем выглядел. Изобел не раз чертыхнулась про себя, перекладывая вместе с братьями его безжизненное тело на одеяло и перетаскивая в дом.

— Нужно вытащить стрелы, — тяжело дыша, пробормотала она, когда раненого втащили по высоким дубовым ступеням на второй этаж. — Мы положим его на кровать Алекса.

— Алексу это не понравится. Ты же знаешь, как он ненавидит Макгрегоров.

Изобел захотелось выпустить из рук конец одеяла и дать Тамасу подзатыльник.

— Патрику это тоже не понравится, когда он вернется, доставив домой Кеннеди, — добавил Лахлан.

Изобел окинула сердитым взглядом обоих братьев.

— Вы хотите, чтобы я ухаживала за ним в сарае?

— Кровать Алекса отлично подойдет, — тихо произнес Кам, потянув за свой угол. — Хватит пререкаться с Изобел, сделайте хоть раз, для разнообразия, как она говорит.

— Я никогда не пререкаюсь с ней, — ворчливо возразил Джон, пока все пятеро несли Тристана в комнату Алекса и осторожно перекладывали на кровать. — Это от них двоих все неприятности.

Он указал подбородком на Лахлана и Тамаса.

Братья мгновенно обиженно надулись.

Измученная, расстроенная и испуганная, Изобел опустилась на ближайший стул, закрыв лицо руками. Что она наделала, принеся Макгрегора в дом и уложив в постель брата? Ей нужно было остаться одной и немного подумать, а братья бесконечно бранились, не давая ей собраться с мыслями.

— Что случилось, Бел? — ласково спросил Джон, склонившись над ней. — Не хочешь вытаскивать стрелы? Тебя тошнит от вида крови?

— С чего бы это вдруг? — Лахлан отпихнул брата. — Прошлой весной она вытаскивала стрелу, когда Тамас промахнулся мимо мишени и попал мне в руку.

— Мы можем вытащить стрелы вместо тебя, Бел, — злорадно ухмыляясь, предложил Тамас. — Мы не боимся крови.

Да, в этом Изобел не сомневалась.

— Нет, Тамас, я справлюсь сама. — Поднявшись со стула, она потерла ладонью лоб, собираясь с силами ради братьев. — Мне понадобится кипяченая вода и чистые тряпки. Оторвите полосы от моих простыней. Утром я постирала их, так что сгодятся.

Изобел подошла к кровати, чтобы рассмотреть поближе раны Тристана. Господь милосердный, придется снять с него одежду.

— Джон, спустись в сад (вернее, то, что от него осталось) и принеси мне четыре листа подорожника. Я попрошу тебя залить их кипятком и растереть для припарки. Лахлан, принеси мне иголки и нить. Надо будет наложить швы.

Боже, как она собирается зашивать раны, когда у нее уже трясутся руки? Изобел приложила ухо к груди Тристана. Сердце его еще билось, но медленнее и чуть слабее.

— Поторопитесь! — приказала она, разглядывая небольшой бугорок возле его переносицы. Теплое дыхание раненого коснулось ее щеки, и Изобел перевела взгляд на длинные густые ресницы. — Что мне с тобой делать, Макгрегор? — прошептала она, проклиная свое глупое сердце, что так отчаянно колотилось в груди.

Возвращение Тристана, его близость, его пугающая красота грозили навсегда разрушить ее покой.

Внезапно раненый открыл глаза и встретил взгляд Изобел. На какое-то ужасное мгновение ей показалось, что в его глазах зажегся мстительный огонек. Она отшатнулась, но Тристан крепко сжал рукой ее запястье. Изобел едва не стащила горца с постели вслед за собой.