Сороки

Они вошли на маленькое кладбище и долго читали надписи на могилах. Многие камни совсем заросли мхом. Очень много было семейных могил.

— Как думаешь, нас вместе похоронят? — спросила Кирсти.

— Я бы хотел, чтобы меня кремировали.

— А я развею твой прах.

— Эй, а с чего ты взяла, что не я — твой?

Она пожала плечами:

— Женщины живут дольше.

Джейми посмотрел на церковь и увидел, как на ее крышу садится большая ворона. Она взъерошила перья, а уставилась на них. Он указал Кирсти на ворону.

— Черт… — Она поежилась. — Эта ворона напомнила мне о Поле. Он рассказывал, какие сны видел, пока был в коме.

— Он тебе такое говорил?

— Да, я заходила к нему за пару дней до вашей ссоры. Хизер сказала мне, что он странно себя ведет, и я решила сама убедиться. В принципе, все было нормально, разве что он показался мне немного усталым. Но он же только вышел из комы. Многого я от него не ждала. Я подумала, что Хизер все преувеличивает.

Ворона расправила крылья, но никуда не улетела.

— Я спросила, что ему снилось. Мне было интересно. Он поинтересовался, спрашиваю ли я как врач. Я ответила, что как друг.

— А он что?

— Он сказал, что помнит ужасные сны. Он видел, как бежит вниз по холму, к огромному городу, и над ним летают какие-то твари. Они опускались все ниже, бросались на него, задевали его голову, запутывались в волосах. Они были огромные и черные, как плотные тени, но он не мог понять, птицы ли это или летучие мыши. Он добрался до подножья холма, а твари все бросались на него со всех сторон, вцеплялись ему в лицо. В обычном сне он бы проснулся в этот момент, но там все начиналось сначала. Снова и снова.

— Господи, кошмар какой…

— Ну да.

Они помолчали, глядя на ворону, которая вдруг слетела с крыши, разрезая огромными крыльями густой влажный воздух, и убралась с кладбища.

— А тебе все еще снится пряничный домик? — спросил Джейми.

— Нет, уже довольно давно. Мне вообще больше ничего не снится почему-то.

Они еще пофотографировали, но разговор о Поле и его кошмарах испортил им настроение. Потом, рассматривая фотографии, Джейми заметил, что за улыбкой Кирсти прячется что-то еще. Кажется, страх.

— Может, вернемся в отель? — спросил Джейми и взял ее за руку.

* * *

Выходя с кладбища, Кирсти задержалась и посмотрела на последнюю могилу. Там было два имени. Первое — «Элизабет Анна Робертсон. Родилась в 1901 году. Умерла в 1924 году». Такая молодая… И под ним второе — «Джейн Элизабет Робертсон. Родилась в 1924 году. Умерла в 1924 году». Кирсти не сразу поняла, в чем дело, — она смотрела на могилу матери и младенца.

«Возлюбленные жена и дочь. Господь забрал вас обеих. Покойтесь с миром».

Джейми потянул ее прочь с кладбища. Солнце как раз скрылось за облаком, и тень накрыла его, Кирсти и могилу. Над ними кружила ворона, вернувшаяся к церковной крыше. Они долго слышали ее карканье, даже когда уже были у отеля и когда зашли в него. Одно мрачное мгновение лишило их былой радости.

Глава 18

— Тут кто-то был.

Войдя в гостиную следом за Джейми, Кирсти поняла, что что-то не так. Никаких видимых следов не было, но она это почувствовала. Атмосфера в комнате изменилась. Что-то случилось с воздухом. Как будто нечто отпечаталось в молекулах кислорода и изменило облик комнаты. Она ощущала какой-то незнакомый запах, чувствовала его, как зверь, который безошибочно определяет присутствие чужака на своей территории.

Кирсти бросила на стол почту и медленно прошлась по комнате, осматриваясь, вглядываясь во все предметы в поисках следов вторжения. Возможно, кто-то трогал или передвигал их вещи. Она нюхала воздух и медленно ходила по кругу. Но она ничего не замечала: все было на своих местах, ни одной вещи не пропало. Но если бывает шестое чувство, то сейчас оно работало на полную катушку. Она была уверена, что в их отсутствие здесь кто-то побывал. Ей стало холодно.

— Что ты делаешь? — нервно спросил Джейми.

— Ты меня не слышишь? Тут кто-то был.

— Что? — Он огляделся, ища доказательства этому. — Вроде все в порядке. Все на месте. — Голос у него дрогнул — он был не до конца уверен в своих словах.

Кирсти передернуло. Ее ужасала мысль, что кто-то входил в их квартиру. Это было даже хуже, чем запись их секса. Ужаснее, чем пауки. Хуже этого могло быть только изнасилование. А сейчас воплотился ее второй самый страшный страх.

Джейми продолжал исследовать комнату. Сходил в ванную, в спальню. Кирсти держала его за руку, умирая от ужаса — вдруг кто-то выскочит из-за дивана или внезапно появится в дверях? Кто-то огромный, с ножом в руках. Он свяжет Джейми и заставит его смотреть, как он насилует и убивает Кирсти. И ее нерожденного ребенка. А потом убьет самого Джейми… Она вцепилась в него изо всех сил.

В квартире никого не было. И никаких следов нигде тоже не было. Окна были закрыты и заперты, входная дверь тоже, и балконная — Джейми проверил дважды.

— Я тоже это чувствую, — сказал он. — Чье-то присутствие.

— Джейми, мне страшно.

Она только-только начала отходить от ужаса на кладбище, а тут вдруг такое. Они оба это чувствовали, и ее страх усилился, как будто в квартире завелось привидение.

Ей пришлось сесть.

Следующие десять минут Джейми прочесывал квартиру, открывал все шкафы, заглядывал в ящики, коробки, залезал под мебель. Он изучал картины на стенах, спрашивая вслух, не сдвинул ли незваный гость одну из них, не перекосилась ли она случайно. Он вынул фотографии, которые они делали летом, и сравнил комнату на них с настоящей комнатой. Конечно, с тех пор они все переставили, даже мебель, добавили украшений и накопили мусор. Фотографии ничем не помогли.

— Может, нам показалось? — Он сел рядом с Кирсти.

— Но мы оба это чувствуем.

— Это, наверное, потому, что мы внушаем друг другу свои мысли.

Она знала, что теперь он начнет ее утешать.

— Ну смотри, вчера мы оба очень испугались, и я нервничал из-за возвращения. Я всегда боялся ограбления, а еще думал, что Люси и Крис могут что-нибудь натворить, пока нас нет. Скорее всего, у меня просто разыгралось воображение. Но никаких следов тут нет. Дверь была заперта. Окна закрыты. — Он попытался улыбнуться. — Может, мы ошиблись?

— Наверное.

За окном темнело, на дом ложились длинные тени. Кирсти зевнула.

— Я устала. Это долгое путешествие совсем меня вымотало. Я ложусь.

— Хорошо.

Она задернула занавески в спальне и залезла под прохладное одеяло. Кирсти лежала с открытыми глазами и дрожала. Вот бы Джейми лег рядом, обнял ее, защитил. Но она слышала, как он бродит по гостиной, пересматривает полки и ящики, пытаясь найти доказательства того, что чутье их не подвело, — хотя явно предпочел бы, чтобы его подозрения оказались неправдой.