Сова Аскира

— Тогда вы ещё не видели штаб-полковника Орикеса во время его тренировок, — мрачно улыбнулась маэстра. Она всё ещё тяжело дышала, и вся краска сошла с её лица. Наклонившись, она попыталась вытащить кинжал, но он застрял, так что ей пришлось поставить на голову мёртвого ногу и только тогда ей со скрежетом удалось высвободить лезвие. Она вытерла окровавленный клинок о тёмный плащ убитого, а затем использовала его, чтобы разрезать его тёмную рубашку. Остриём кинжала она поддела тонкую серебряную цепочку и приподняла её. Все трое уставились на символ висевшего на цепи белого пламени.

Она взглянула на Сантера, и её глаза расширились.

— Боги! Это сделала я?

Баронет посмотрел на высокого лейтенанта и с трудом сдержал улыбку.

— Будет синяк, — заметил он, почти восхищённо глядя на маэстру. — У вас сильный удар, маэстра!

— Я только что тоже так подумал, — заметил Сантер, потирая глаз, который уже начал распухать. Он увидел смущённый взгляд маэстры и тихо засмеялся. — Не смотрите так виновато. Лучше уж так, чем если бы болт попал в вас. Со мной будет всё в порядке.

Она улыбнулась.

— Могу я хотя бы сказать, что мне жаль?

Сантер ухмыльнулся.

— Это я всегда рад слышать!

Но он быстро снова стал серьёзным. Его глаз слезился и пульсировал от боли, когда он осторожно прикоснулся к нему.

Баронет был прав и в том и в другом. Будет большой синяк и да, у маэстры действительно был сильный удар!

Тем временем Таркан разглядывал мёртвого убийцу. Мужчина был невысоким и худым, в мягкий чёрных сапогах, чёрных льняных брюках, камзоле, рубашке, перчатках и плаще, а чёрная кожаная кепка прикрывала большую часть его головы. На поясе было четыре маленьких кармана, видимо, он упал на них, и то, что было внутри, разбилось, потому что оттуда медленно капала зелёная жидкость. Нет, этот человек был не вором, а наёмным убийцей!

— Сержант Меча, вызовите сюда уборщика трупов. Пусть он отвезёт его и слугу посла в цитадель. Он должен быть осторожен, чтобы не прикоснуться к яду… и фельдшер тоже, — приказала Дезина. Она ещё раз вытерла кинжал, чтобы потом засунуть его в рукав своей мантии. Сантер посмотрел на болт в своей руке и положил его на грудь убитого. Пусть этим займётся фельдшер из Перьев, который будет осматривать трупы.

Сантер и маэстра переглянулись и вернулись во двор посольства, где их ждал баронет, продолжая смотреть на стену.

— С вами ничего не случилось, маэстра, Сантер? — спросил явно озадаченный баронет. Он снова взглянул на стену, как будто там собирался появиться следующий стрелок. — Я не хочу верить в то, что здесь только что произошло!

— Мы не пострадали, — ответила маэстра, в то время как Сантер оглянулся на гвардейца у ворот посольства, который не сдвинулся с места и безразлично ответил на его взгляд. — Но всё могло обернуться намного хуже!

71. Хранительница тигра

Глядя вслед паланкина, который несли восемь воинов Ксианга, Ласка вздохнул, затем повернулся к Ишанте, стоявшей рядом с ним.

— Хочу ещё раз поблагодарить вас. Я думал, что её уже не спасти.

Целительница кивнула.

— Так оно и было. — Она посмотрела на Ласку и улыбнулась. — Не разочаровывайтесь, Ласка. Проблема в том, что она знает, что вы для неё сделали, но не хочет признавать, насколько была близка к смерти и что этот некромант её победил.

— Я не понимаю, — произнёс Ласка, подстраиваясь под её шаг.

— Вы называли её принцессой, — сказала Ишанта. — Она и есть принцесса, хоть в Ксианге это слово имеет другое значение. — Она улыбнулась. — В Ксианге есть много принцесс. Но мало таких, как она.

Ласка вопросительно посмотрел на неё, увернувшись от телеги, запряжённой ослом, которая с грохотом катилась по мостовой храмовой площади.

— Она — Хранительница Тигра. Воин, обученный и подготовленный также применять в бою свои духовные силы. Это уже почти форма магии, которую она научилась использовать.

— Что вы хотите сказать? — спросил Ласка. — Вы же к чему-то клоните, верно?

— Она считает, что большая часть её силы происходит от духовной чистоты души и тела, и в этом её ошибка.

Ласка выгнул бровь. Ишанта вздохнула.

— Она была побеждена некромантом. Затем её пытали, чтобы сломить волю и проклятый смог оседлать её душу… и её изнасиловали, Ласка. Она считает, что её опозорили дважды. Первый, когда она была побеждена противником, который обладает многовековым опытом, второй, когда её тело подверглось насилию, так что она считает, что потеряла свою силу и способности. Она не рада тому, что теперь ей приходиться жить со своим позором.

— Каким позором? — непонятливо спросил Ласка. — Она проиграла в схватке, выжила… теперь настал новый день!

Ишанта засмеялась.

— Это то, что моей матери в вас нравится, Ласка, — заметила она с улыбкой. — Я лишь пытаюсь объяснить, почему она не хочет выказывать благодарности.

— А ей и не нужно, — сказал Ласка. — Она то же самое сделала бы и для меня.

— Вы её не знаете. Почему вы так в этом уверены?

Ласка пожал плечами.

— Я это чувствую. О таких вещах я не размышляю, просто принимаю их. Это большой мир со множеством вещей, которые я не понимаю. Но он такой, какой есть, и мне кажется бессмысленно, ломать над этим голову. — Он улыбнулся. — Я могу бесконечно долго спорить об этом с Зиной. Ей всегда хочется знать всё. — Он озорно посмотрел на Ишанту. — Иначе мне также пришлось бы волноваться о том, кто вы такая и кто ваша мать, откуда вы столько много знаете, как узнали, что я называл её принцессой и как смогли сотворить эту магию в доме богини.

— Вы не менее любопытны, чем ваша сестра, — улыбнулась Ишанта. — Просто находите свои ответы иначе. И кое-что ещё. Лиу — Хранительница Тигра. Когда она бросает кинжал, то как и ваша сестра, точно не промахнётся. — Ишанта остановилась. — Когда вы любовались ею со стены посольства, она не промахнулась. Она попала прямо в цель.

— Я это знаю, — ухмыльнулся Ласка. — Она знала, что я не собираюсь причинять ей вред. Да и как я мог? Увидев её, я больше не мог оторвать от неё взгляд. Если бы это был повод убить мужчину, тогда в мире больше не осталось бы мужчин… и женщины пожалели бы об этом!

Ишанта засмеялась.

— Пожалуй вы правы, Ласка. — Она остановилась и огляделась, они подошли к воротам храмового квартала.

— Разве мы не идём к вашей матери? — спросил Ласка.

— Нет, — ответила Ишанта. — Она немного… утомляет. Иногда она забывает, что я уже взрослая и больше не нуждаюсь в её помощи. Ей трудно сдерживать свои пальцы…

— Вот почему она не выходит из дома, верно?

— Вы на удивление сообразительны, Ласка, — улыбнулась первая дочь. — Да благословят вас боги, Ласка. — Он отвернулась, собираясь уйти.