Совсем не герой

Рассвет пока не наступил, и фонари на платформе горели, отчего небо казалось еще темнее. Вокруг никого больше не было.

– Поезд скоро прибудет, – тихо прокомментировал Ник, и Джоанна кивнула, пытаясь расслабиться.

На электронном табло медленно текли минуты. Наконец состав приблизился к станции, пыхтя и гремя. В окна выглядывали лишь заспанные пассажиры – ни следа охраны или монстров. Последний вагон оказался пустым.

Когда они с Ником заняли места – она у окна, он рядом, – Джоанна ощутила, как накатило утомление. Теплое тело спутника будто отгораживало от остального мира, и она чувствовала себя почти в безопасности, даже зная, что сидит возле бывшего охотника на монстров. Даже зная, что они до сих пор не избежали преследования.

– До Блэкфрайерс ехать чуть больше часа, – тихо произнес Ник. Джоанна кивнула. – И потом мы отыщем твою бабушку, – добавил он ровным и спокойным тоном, в котором не читалось ровно никакого подтекста.

Однако она поймала себя на том, что насторожилась, осознав свои планы привести легендарного героя прямиком к ним. Прямиком к семье Хантов.

Перед внутренним взором вновь пронеслась картина недавнего сражения. Вспомнилось, с какой легкостью Ник вырубил Корвина: один удар в челюсть – и тот обмяк. Контрольный апперкот, точный, профессиональный, и блондин рухнул без сознания. Способен ли на такое нетренированный новичок?

Что, если Джоанна ошиблась? Что, если Ник обманывал ее, лишь притворяясь обычным парнем, пока сам оставался легендарным героем? И она приведет его прямиком к убежищу родных?

– Поспи хотя бы немного, – предложил спутник. Его голос тоже звучал хрипло от усталости. – Ты шла всю ночь, а до того весь день работала.

Джоанна испытующе вгляделась в темные глаза парня, ища хоть какие-то признаки обмана, но увидела только искреннюю заботу и напомнила себе с новым уколом боли: «Это не мой Ник, иначе я бы обязательно почувствовала». Сейчас же единственным ощущением была пустота от его отсутствия. Он исчез из этого мира и больше не вернется.

– Я должна проверить почту, – прошептала Джоанна в ответ.

Вдруг она пропустила еще одно сообщение от бабушки? Но в телефоне, помимо уже прослушанного голосового послания, мигал лишь значок непрочитанной переписки в мессенджере.

Джоанна механически открыла его и поняла, что смотрит на групповой чат с друзьями.

Марджи: «Все бросайте ник уорд только вошел».

Крис: «Куда? К вам в кондитерскую?»

Марджи: «Он выгляди ШИКАРНО».

Крис: «Я ВАМ ТАК ЗАВИДУЮ».

Крис: «Кто-нибудь пришлите фотку».

Крис: «Лучше всего его накачанного торса».

Крис: «ЧТО ПРОИСХОДИТ НИК ЕЩЕ ТАМ»

Крис: «СКАЖИТЕ СКАЖИТЕ»

Крис: «КТО-НИБУДЬ ОТВЕТЬТЕ»

Джоанна слепо уставилась на последнее сообщение от Марджи.

– Марджи – твоя подруга из кондитерской? – мягко поинтересовался Ник.

К глубокому горю тут же добавилось смущение. Они переписывались именно о нем. Открыв приложение, Джоанна не подумала об этом. Совершенно забыла, что он являлся предметом обсуждения. Поэтому сейчас со стыдом пролепетала:

– Я… Я сожалею. Те сообщения…

– Это я сожалею, – тихо проговорил Ник. Его темные глаза смотрели серьезно. – Сожалею о том, что случилось с твоей подругой.

Джоанна стиснула зубы, стараясь подавить эмоции, которые пока опасно было выпускать на свободу, но все же не сумела сдержать всхлип.

– Тебе не обязательно… – Между бровями Ника залегла складка. – Можно? – спросил он, смещаясь на сиденье.

Джоанна знала, что нельзя поддаваться чувствам, однако невольно кивнула. Он положил ей на спину теплую руку. Тяжесть ладони приносила почти невыносимое утешение, побуждала повернуться. А в следующую секунду он притянул девушку к себе и крепко обнял. Она ощутила смесь боли и отчаянного облегчения, повторяя себе: «Это не мой Ник. Его здесь нет». Пусть все чувства и говорили об обратном. Твердая грудь под щекой вздымалась и опадала. А запах… Джоанна сделала глубокий вдох, желая наполнить легкие родным ароматом.

– Соболезную твоей утрате, – прошептал Ник. – Сожалею, что Марджи погибла.

– Не могу поверить… – Голос надломился. Она сжала кулаки и попыталась снова: – Не могу поверить, что она мертва. – И все из-за монстров, которые охотились за Джоанной, а теперь она втянула в происходящее и еще одного постороннего.

Крепкие объятия парня воплощали собой все, что ей когда-либо хотелось. Все, что она не могла себе позволить. Тоска по прежнему Нику сделалась почти невыносимой. Как можно настолько сильно скучать по бывшему врагу, по преданному возлюбленному?

– Попробуй отдохнуть хотя бы немного, – предложил он.

Рокочущий голос отдавался вибрацией в щеке Джоанны. Она отрицательно покачала головой. Необходимо оставаться начеку. Они пока не избежали опасности. Да и сам Ник мог представлять собой угрозу. Что, если он вспомнит, кем был раньше, стоит только расслабиться?

– Я посторожу, – заверил он. – И разбужу тебя, если те люди вернутся.

Джоанне не следовало поддаваться чувству защищенности, которое внушал Ник, обнимая так, как сейчас. Не следовало вообще испытывать к нему хоть какие-то эмоции.

– Я устала, – хрипло призналась она.

Устала терять близких. Бабушку. Берти. Дядю Гаса. Тетю Аду. Марджи. Ника. Аарона. Отца. Маму – пусть и очень давно. Устала сражаться с горем.

– Ты можешь поспать, – уговаривал спутник. – Я рядом. И никуда не денусь, обещаю.

Дыхание перехватило. Джоанна попыталась замедлить сердцебиение, взять себя в руки, как поступала много раз после возвращения домой в конце лета. Раньше все получалось, но на этот раз у нее вырвался всхлип, причиняя ужасные страдания. Рядом находился не тот, кого она любила. Он исчез из этого мира и больше никогда не появится. Словно издалека доносилось утешительное бормотание Ника. А затем Джоанна разрыдалась в его объятиях.

Он крепче прижал ее к себе. Она знала, что не должна прикасаться к другому воплощению возлюбленного так. Это было неправильно. Вот только ощущалось правильнее всего на свете. Ощущалось, будто возвращение домой. И она помимо воли подалась ближе вместо того, чтобы отстраниться.

7

Джоанна в отчаянии бежала по зеленому лабиринту в парке Холланд-Хауса. Легкие горели, одежда цеплялась за ветки и листья стен. Кто-то гнался следом, отставая всего на несколько шагов. Попытка прибавить скорость закончилась плачевно: расцарапанными руками и лицом. Впереди приближался поворот. Налево или направо? Времени размышлять не оставалось: Джоанна метнулась влево.

Она увидела перед собой тупик и с трудом успела затормозить перед высокой зеленой стеной из густых ветвей и листьев.

– Джоанна, – кто-то позвал сзади.

Беглянка резко обернулась. Прерывистые вдохи раскаленными кинжалами вонзались в легкие.

Ник! Он перегородил дорожку от стены до стены своим крупным телом, отрезая пути к отступлению и держа в одной руке меч с такой легкостью, точно тот весил не больше пластикового оружия в сувенирных ларьках Холланд-Хауса.

– Пожалуйста, – прошептала Джоанна, ощущая резкую боль в боку и легких, которые горели все сильнее с каждым судорожным вдохом.