Сполохи

– Где мы сейчас? – спросила Мист, выхватывая взглядом то одно, то другое.

– Вот здесь, – тут же подсказал один из тер-Маэрэ, указывая на горную долину на севере карты. – Здесь сердце рилантара.

– Эль-Саэдирн?

– Так называют наш город. Изгоняющий тьму.

– Грандиозно, – Мист обернулась на Торрена, но тот, с помощью Эрраха уже отыскал листок, положил его на свою красную книжицу и начал перерисовывать карту в ее северной части.

Насколько Мист помнила более поздние карты, явно видимый на ней проход между горными кряжами сейчас отсутствовал – или знание о нем было утеряно, но это было, на самом деле, первым разом, когда она видела загадочное место исхода эльфов в привязке к конкретной географии. Посидеть как следует с Эррахом, перебирая его отрывочные знания в попытке наложить их на пространственные реалии они так и не успели, поэтому Мист поняла из его рассказов только общее направление и запомнила список локальных примет, по которым надлежало ориентироваться. Понять, где там конкретно было “плато, похожее на белую птицу” и “старый дуб, в который вросла наковальня” по карте не представлялось возможным. Но сейчас все было видно, и будущие экспедиции внезапно обрастали подробностями – если, конечно, им удастся вернуться назад.

– Итак, – ар-Маэрэ, усевшись в кресло за своим столом с ворохом бумаг с какими-то расчетами и записями, обвел весь рассосавшийся по его территории отряд не самым радостным взором. – Рассказывайте подробнее, и я попытаюсь приложить свои знания к вашей беде.

Убедившись, что Торрен под научным руководством Эрраха зарисовывает все в целом правильно, учитывая самые важные точки и метки, Мист вытащила у них схему, перерисованную из Багровой книги (“с бубликами”) и оставила их заниматься делом. Сама же, подтащив второй стул к столу, уселась и начала рассказывать, на ходу немного редактируя информацию: так, история о наглом эльфе – отступнике, разыскавшем артефакты Ардоры, в повествование попала, хоть и без указания имени, а вот горькая весть о практически полной потери магии в мире и исходе эльфов – нет.

– И у нас есть страничка, перерисованная из моей магической книги, – добавила Мист, разглаживая ее на столе. Бублики сверху, бублики снизу. Клякса и набор слов вокруг нее. – Мой ученик, сведущий в движении звезд, считает, что нижние сферы описывают точку времени, из которой мы пришли.

Ар-Маэрэ сделал вдумчивое лицо, изучая рисунок.

– Верхние сферы указывают на завтрашний день, – сказал он уверенно. – Вернее, ночь. Вероятно, это точки сопряжения, которые могут быть соединены некой особой магией, производимой в Месте Четырех Богов. Это священное место поблизости от города. А эти слова, надо думать, заклинание, которое должно быть прочитано.

– Так просто? – возмутилась Мист, вглядываясь в слова. При желании, их можно было сложить в рифму, одна из строк была цельной, что позволяло угадать ритм. – Мы вот так с ключом в кармане по всей Ардоре ползали, что ли? А надо было всего лишь махнуть сюда, встать в этом Месте и прочитать стишок?

– Вынужден отметить, что нас должны были бы еще допустить до этого места, – вставил Эррах, отвлекаясь от Торренова рисования. – А даже свое право находиться в самом городе нам оказалось трудно доказать, несмотря на заступничество Этейна.

– Это правда, – согласилась Мист. – Но какие у нас тогда планы?

– Я предлагаю двинуться к Месту Четырех Богов, встать лагерем рядом и дождаться нужного времени, – предложил Этейн, до того вежливо молчавший и внимательно слушавший. – Чтобы избежать всяких возможных затруднений.

– И внезапных задержек, – почти фыркнула Лаутари. Ар-Маэрэ покосился на нее, словно услышав что-то знакомое или интересное.

– А эти трое с вами – что за народ? – спросил он у Мист, явно не узнав Лаутари. Хотя, знал ли он ее вообще?

– Н’ирн, – отмахнулась Мист. – Эльфы тьмы. Они не зло, они просто такие. Другая раса.

– В высшей степени интересно, – оживился ар-Маэрэ, а девушка впервые всерьез задумалась, а что ей делать с двумя благоприобретенными девами-н’ирн, не с собой же их тащить в далекое будущее? Вряд ли такой багаж пролезет. – Я могу поговорить с вами, уважаемые н’ирн? Мне интересна ваша культура и язык, и все остальное. Такой ветви расы эолен я еще не встречал.

– Давайте не сейчас, – пресекла расспросы Мист. – Мне кажется, нам надо выступать.

– Но как мне узнать об этом народе больше, если вы заберете их в ваше время? – всполошился ар-Маэрэ.

– По мере того, как ваше время станет нашим, – строго сказала Мист. – Не мне вам, коллега, объяснять об опасности анахронизмов и лишних знаний в прошлом о будущем.

Маг встрепенулся было, но явно задумался, оседая в кресле.

– Мне трудно даже себе представить, как это вообще произошло с вами. И мне трудно было бы поверить, но благоволение Деи и рассказ Этейна о ваших возможностях говорят, что вашей истории стоит верить. И если вы на моих глазах уйдете в свой мир, в свое время, это будет лучшим доказательством и свидетельством чуда.

– То есть, вы пойдете с нами на это Место?

– Да, – он решительно поднялся, опираясь на ручки кресла. – Я должен увидеть все это сам.

– Тогда собираемся, – пожала плечами Мист. Они ж не курей собирались воровать – а сотворению волшебства лишние глаза явно не могут помешать. Может, и толк от этого эльфа будет – подскажет что-то, укажет.

Сполохи грядущего. Глава 8

Сполохи грядущего. Глава 8

К огромному облегчению Мист, “рядом” в самом деле было “рядом”. Стоило им выйти из залов рилантара, расположенных в самой высокой части города, как Этейн без экивоков указал на окутанную поблескивающим туманом рощу там, где кончались постройки.

– Это там. Место Четырех – это чаша с благословенной водой, которая приходит и уходит сама, в определенные ночи, и расположено оно среди священной рощи.

– В самом деле близко, – обрадовалась Мист. Ощущение того, что скоро они могут вернуться домой переламывало даже ее не проходящую после последней встречи с Вестницей Деи усталость, и она чувствовала себя вполне в силах дойти до любой священной рощи, лишь бы вернуться обратно, в свое время. Потому что, если не они – то наводить порядок в Имрейсе решительно некому. Сорс явно один не справится, а Воин вообще неизвестно как себя поведет в отсутствие рядом Мист.

Нет, им обязательно надо вернуться – позаботиться о Виле, каким бы он не стал, и расправиться с некстати вылезшим наследством недоброй памяти Ардоры, и вообще – там, если на то пошло, их родные семьи, и их собственные неразгаданные загадки: Башни, Мейли, эльфы, магия.

– Интересный у них городишко, – сказал Торрен, оглядываясь туда и сюда. – Все не как у людей. Одно слово – людоеды!

– И что тебе не нравится? – поинтересовалась Мист у приятеля.

– А все другое, даже на глаз, – отмахнулся Торрен. – Хотя некоторые штуки как в Университете.

– Если ты помнишь, его частично строили эльфы, – указала Мист. – Когда у них с людьми были еще нормальные отношения.

– А, да кому они нужны, – демонстративно пожал плечами Торрен. – Пахнет, правда, вкусно. Этейн, Этейн, а откуда булками пахнет? Булками, говорю! Вот, что за хрыч? Не понимает. Человечьего языка не понимает! Булки! Булки хочу! – Торрен демонстративно принюхался к запаху выпечки и изобразил как бодро жует.

Этейн, после пантомимы достроив в уме пирамиду потребностей Торрена, тут же отделился от группы, зашел в одну из лавок, которые, вопреки Торрену, тут были почти как у людей, и вернулся с большим хрустящим кулем печева.