Становление

— Это очевидно. Он планирует масштабное завоевание всех миров. И поскольку он уверен, что разделил нас, ему теперь ничего не мешает воплотить свои планы в жизнь.

— И что мы будем со всем этим делать?

— Мы? — Том покосился на меня хмурым взглядом — Ты отправишься к матери в Мидгард, а мы с Локи будем действовать самостоятельно.

— Ты отправляешь меня домой? И это после всего, что я сделала? — меня накрыла неимоверной силы злость — Даже не мечтай об этом. Я остаюсь!

— Лив, я считаю…

— Том, Тор, как там тебя правильно. Я иду с вами. Точка.

— Крепыш, нет смысла с ней спорить. Здесь я на стороне дока.

— Локи, я должна вернуть тебе долг — Хель подошла ближе к Скотту, при этом смотря на него виноватым взглядом — Позволь сопровождать тебя в этом походе.

— Ты покинешь Хельхейм? Хель, я не узнаю тебя — Скотт недоверчиво скривился — Откуда мне знать, что это не очередной твой обман, и ты не предашь нас в последний момент?

— Я ей верю. Она нас не предаст.

— Лив, я тебя люблю, но ты не понимаешь всей ситуации.

— Отец — Хель схватила рукав Скотта сильной хваткой — Позволь мне доказать свою верность и свою силу. Я хочу извиниться перед тобой за своё предательство.

— Хель — Скотт тяжело вздохнул — Изначально, я первый предал тебя. Ты ответила мне той же монетой. И к тому же, ты в большей степени взяла характер от меня, чем от матери. Поэтому твой обман вполне ожидаем. Я горжусь тобой.

— Так что мы решили? — Том был напряжен, и его кулаки сжимались все то время, что мы общались между собой.

— Что наши дочери идут вместе с нами на борьбу со Всеотцом.

— Так ты позволишь мне идти с тобой?

— Да, Хель. Ты можешь пойти с нами.

— Но есть одна проблема. Нам нельзя появляться в Асгарде. Значит, нужно найти другое место для нашей встречи.

— Мне кажется, что надо действовать умнее. Раз Всеотцу нельзя появляться на Земле, а нам в Асгарде, можно вызвать его помощника и узнать все у него — мне было сложно понять, о чем шла речь, но я хотела как-то поучаствовать в разговоре и показать свою полезность.

— Воительница Лив права — Хель встала со мной рядом — Нам стоит вызвать Хеймдалля и узнать у него планы Всеотца.

— Так он вам и расскажет планы Одина — Скотт громко фыркнул и закатил свои глаза — Все мы знаем, как он предан Всеотцу и что он отдаст жизнь за него.

— Верно. Но здесь мы можем немного схитрить. И в этом нам поможет Громовержец.

— Что? Каким образом я в этом могу помочь?

— Хель, я тоже не до конца понимаю твоих планов — Скотт покосился в сторону грозной воительницы — Поясни свою идею.

— Сам Бог обмана и не понимает моих планов? — Хель издевательски рассмеялась — Ты действительно не тот Локи, которого я помню.

— Поговорим о моем личностном росте позже. Сейчас будь добра, поясни свой план.

— Все довольно просто. Громовержец вызовет Хеймдалля на встречу. Он попробует поговорить с ним, якобы намереваясь вернуться на сторону Всеотца. Когда Хеймдалль выдаст ему примерный план Одина, мы его пленим нашими общими силами.

— Ты думаешь, Хеймдалль такой идиот, что поверит в это?

— Если ты поделишься с Томом своим актерским опытом, то поверит.

— Прости, но я не могу обманывать. Я по своей природе не умею фальшивить — Том обречено вздохнул — Он сразу распознаёт мою ложь.

— Златовласка, то, что ты хреновый лжец известный всем факт. Но среди нас есть лжец получше и в разы опытнее.

— И что ты хочешь этим сказать? — я покосилась на Скотта, глаза которого слишком ярко загорелись.

— Что я верну актёра Скотта Смита. Он должен сыграть эту роль лучше, чем наш всесильный громовержец.

— Ты будешь изображать меня? Это абсурд! Хеймдалль тебя за милю почувствует.

— Да, но так было раньше. Теперь же с нами Богиня, которая повелевает сознанием и душами. Она с лёгкостью подменит энергию моей души на твою.

— Чего? Ты обо мне сейчас?

— А ты видишь здесь другую богиню-психотерапевта?

— Иногда я тебя ненавижу. И рано или поздно, но я тебя убью!

— В этот момент, я надеюсь, что буду рядом и увижу эту картину своими глазами — Хель засмеялась металическим смехом — Но я согласна с Локи. Нам стоит попробовать поговорить с Хеймдаллем и узнать планы Всеотца.

— После чего нам надо его сразить. Вопрос в одном. Как это сделать правильно и не попасться?

— Я предлагаю действовать силой. В твоем виде я разведу Хеймдалля на разговор, и чтоб убедить его в своих словах попрошу аудиенции у Хель. Она тоже изобразит всю ту же обиженную на меня Богиню, переполненную местью и злобой. Когда Хеймдалль поверит нам и в наши намерения, мы его пленим и выбьем наконец-то всю эту дурь из него.

— А в хитрости тебе не уступать — Хель выпрямилась — В таком случае предлагаю начать незамедлительно действовать.

— Но перед этим позволь впитать энергию вечного пламени — Скотт посмотрел на Хель с некоторой опаской, которую я видела на его лице впервые — По твоей вине я немного ослаб и мне надо восполнить свои силы.

— Только из-за долга тебе я позволю это сделать. Но не думай, что я простила тебя за все твои деяния. Если бы не твоя воительница, то ты бы находился в заточении ещё долгие тысячи лет!

— Доктор Вильямс уже не первый раз вытаскивает меня из заточения. Это уже входит в привычку у неё.

Я закатила глаза, но не стала как-то комментировать слова Скотта. Всей компанией мы вернулись в тронный зал. Весь путь до зала Том поддерживал слабого Скотта, который не смог передвигаться самостоятельно из-за отсутствия сил. Когда мы оказались в величественном зале, Том подвёл Скотта к огромной чаше с ярким пламенем. Мы все аккуратно стояли немного поодаль от Скотта. Он протянул свои руки прямиком к огню, глубоко вдыхая окружающий его воздух. В один момент огонь стал ярче, а глаза Скотта загорелись ярким светом. Не знаю, как долго продлилось все это действие, но когда в глаза ударила яркая вспышка света, я непроизвольно закрыла глаза. Когда я вновь смогла смотреть, и свет в зале померк, перед моими глазами стояла совершенно иная картина. На месте, где стоял еле живой Скотт, стояла фигура сильного существа, в невообразимом и сказочном виде. Его доспехи были не такими, какими я их представляла. Его броня была величественней, чем броня Тома. Фигура Скотта в ней была, как никогда сексуальна и красива. За его плечами был изумрудного цвета плащ, а на голове был слишком знакомый мне шлем. Глаза Скотта горели, а из пальцев вырывались вспышки пламени.