Stars

– Что такое настоящая «звезда» для Вас? – интересуюсь.

– Сейчас понятие «звезда» несколько изменилось. Это физическое понятие. Вы знаете, что те звезды, которые мы видим сейчас с Земли, – они горели раньше, а сейчас мы наблюдаем только их запоздалый свет.

– Если вы против использования этого термина, то для обозначения знаменитых людей можно использовать слово «солнце», – предлагаю, – ведь оно светит и сейчас.

– Давайте назовем «солнцем», – Димочку легко уговорить.

– В России отношение к звездам, простите – к «солнцам», очень своеобразное. Их подвергают критике, как будто они служат поводом для оправдания собственных неудач и комплексов.

– Ключевое слово здесь «Россия», – кивнул Димочка. – Наш зритель почему-то не может искренне радоваться.

– Вам радовались, – возражаю. – Я смотрела эфиры после Евровидения: Вам радовались.

– Я согласен. Но все же грязь всплыла чуть позже. – Мой герой сморщился, как от зубной боли. – Сначала все пребывали в эйфории, а потом начался разбор полетов. Где, кто и какие деньги заплатил. Когда я приехал после тура в Москву, мне задали вопрос: «Правда, что вы заплатили десять миллионов, чтобы победить?»

– Я бы на Вашем месте дала вопрошающему в глаз.

– Я не дал в глаз, но впервые в прессе выругался матом так, что сам себя не узнал. Это же так несправедливо! Когда я был в эфире у Аллы Борисовны, она говорила, что сейчас в нашей стране люди в шоу-бизнесе начали зарабатывать. Не все могут относиться к этому адекватно, особенно те, кто стремился к успеху, но не достиг его. Я достаточно спокойно к этому отношусь, потому что знаю, как это трудно. И что бы ни говорили, все равно эта история уже прошлое.

– Если Вы хотите услышать чье-то мнение, то могу предложить свое. Вы навсегда вошли в историю, и Россия вам благодарна. Я помню только положительные отзывы в российских телеэфирах, которые транслировались в мире. Может быть, Вы заметили что-то другое, но я видела только восторг и гордость. Потому что Ваша победа важна не только для вас, но и для России, и россияне ею очень гордились, как будто сами победили.

– Тут даже добавить нечего. Я совершенно спокойно отношусь к критике, я понимаю, что на этом жизнь не заканчивается. Зачастую журналисты мне задают вопросы о том, к чему мне еще стремиться. Ведь меня уже превознесли, я уже взлетел, не важно, как я этого добился, главное – результат. Меня пытаются загнать в рамки, создать обо мне окончательное мнение, сделать вывод, что мне больше не к чему стремиться. Очень хочется повестись на это, заявить, что я действительно очень устал, что я многое пережил. Но я понимаю, что на самом деле это разводка. Они хотят, чтобы я больше не делал того, чему в следующий раз снова придется завидовать.

Я, конечно, благодарен за все поздравления и хвалебные высказывания в мой адрес артистов, создавших вокруг меня ажиотаж, я им верю. Но это все временно. Я заметил, что после всех этих событий шоу-бизнес, пусть меня обвинят в излишнем пафосе, забурлил. Все закусили удила и начали стремиться к победам. Я своим участием в перовом и втором конкурсах Евровидения популяризировал американского автора Джима Бинса, который написал мне песни. Теперь к нему настоящее паломничество из России. Не скажу, что меня это бесит, я рад за него, рад за этих людей, но все равно это...

– ...смешно, – закончила я за Димочку. – Вы правы, не надо расслабляться, зависть...

– ...разрушает человека, – закончил Димочка за Леночку. Какой все-таки милый!

– От Вашего красивого продюсера Яночки, – вряд ли кому-то непонятно, что речь идет о Яне Рудковской, с которой мы познакомились на съемках шоу «50 блондинок» на РТР и которая убедила бы любое непредвзятое жюри, что в мире прелестные женские фигурки встречаются не только в Голливуде, – я слышала, что Вы очень требовательно относитесь к композиции, которую исполняете. То есть когда Вам предлагают сочинение даже очень известного композитора, Вы не примете решения, пока внимательно его не изучите.

– Я считаю, что это нормально, – удивился завзятый перфекционист. – Например, когда мы выходим из дома, мы создаем какой-то образ, и по этому образу о нас складывается определенное мнение. С песней то же самое. Это мое лицо. Раньше я относился к этому более легкомысленно. Я думал, что мне достаточно будет выйти на сцену, и все закачаются. Потом я понял, что сцена требует огромных эмоциональных затрат. Ведь когда человек выступает, пусть даже уже пять лет подряд, никто не знает, что происходит у него за кулисами. А за кулисами может быть множество разных проблем, которые надо преодолеть.

Например, однажды в Кабардино-Балкарии в моем городе подходит женщина и говорит: «Мой сын – музыкант, и поет он гораздо лучше, чем вы». Я понимаю, что в мире много талантов, которые не взяли высоту в тот период, когда надо было потерпеть, кусая губы до крови.

– У многих есть голос, но нет того, что есть у настоящих звезд, то, что Вам помогло победить. Это и голос, и характер, и опыт, и знание медийного мира. Ведь люди не представляют себе, что такое шоу-бизнес и насколько труден в нем путь. Димочка, какую формулу успеха Вы бы рассекретили для новичка, желающего добиться успеха в шоу-бизнесе?

– Прежде всего человеку ничего не должно мешать. Его безудержному желанию успеха не должна помешать даже смерть близкого человека. Это желание должно быть сродни одержимости.

– Как Вами гордятся ваши родные? – спрашиваю я Димочку, намекая моей мамочке на то, что хвалить надо чаще.

– Я никогда не приглашал своих близких на конкурсы и концерты. Потому что мы настолько духовно близки, что переживание одного члена семьи передается всем. Вы знаете, что если в семье есть сын и дочь, то какое-то время сын больше общается с мамой, а дочь – с папой. Я на концертах не мог видеть свою маму. Я понимал, как она переживала. Мама не состоялась как музыкант, хотя пела в Казани в ансамбле и ее брали в консерваторию без экзаменов. Но она все бросила, потому что оказалась недостаточно стойкой. Так вот, я долгое время был в контакте с мамой. Когда она приходила на мои концерты, то переживала так сильно, что ее волнение передавалось мне, и я чувствовал себя скованно. Теперь все немного изменилось: мой самый лучший друг по жизни – отец. И все его наставления я выполняю. Мне всегда хотелось сделать то, что не сделали мои родители: мама не стала музыкантом, папа не смог водить машину. Он архитектор, конструктор. В детстве папа помогал мне решать задачки, у него настоящий большой ум, но плохая реакция. Я же все делал вопреки, для того чтобы реализовать их желания. Видите, куда меня все это завело, – рассмеялся Димочка.

– Вы в России самый дорогой артист, – нежненько залезаю в звездный кошелек. – Приятно быть самым востребованным?

– Видите ли, все эти разговоры в кулуарах о том, сколько я зарабатываю и сколько стоят мои концерты, меня расстраивают. Конечно, стремно говорить о том, что меня это не волнует. Но зарабатывание денег не должно стать главной целью. Это для меня не самое главное. Для меня самое главное – все делать от души. Именно то, что ты делаешь от души, сразу становится любимым твоими слушателями, потому что это правда. А правда, как мне кажется, всегда востребована.

– Давайте поговорим о звездной болезни. Я не вижу в Вас признаков звездной болезни. – Я внимательно вглядываюсь в умные глазки, но вижу только белки, зрачки и ресницы. – Но мне кажется, что звездная болезнь – это неизбежная реакция живого организма на обрушившуюся на него славу.

– Года два-три назад я был очень озадачен этой темой, – призналось «солнце», – постоянно делал какие-то открытия, вел дневники – их у меня уже штук десять собралось. Сейчас я сделал вывод, что звездная болезнь – это расхожее понятие, в которое многие заключают неправильный смысл. Это психологическое состояние, ответная реакция на частый обман, на предательство, на неуважение. Я, например, обращаюсь на «Вы» даже к трехлетним детям, потому что понимаю, что это организм, в душу которого не позволено открывать воображаемую дверь ногами. Я стараюсь вести себя так, как я бы хотел, чтобы относились ко мне. К сожалению, даже сейчас, при нынешнем моем статусе, я часто слышу в мой адрес фамильярные замечания, хочется, чтобы они были сдержанней. Хотя я понимаю, что каждый, кто смотрит на Диму Билана, видит в нем человека, защищавшего честь страны, а я это делал дважды, и автоматически становится моим братаном.