Старые долги

Мгновенно превратившись в танар’ри, я бросился на своего противника прямо через Адское Пламя и промораживающий нутро Огонь Мёртвых. Его холод, опалив моё тело, оказался бессилен. Зато когти, коими заканчивались пальцы рук, вспороли бронежилет костюма словно бумагу, а затем и разворотили грудь киборга, открывая покрытые кровью и ошметками плоти металлические элементы его настоящего облика.

— Мутант! — фыркнул мой двойник, ударив меня в челюсть кулаком.

Выхватил артефактный тесак и ножен на поясе, робот, несмотря на выглядящие страшными раны, продолжил бой. Теперь он бросился в атаку, намереваясь нанести рубящий удар. Мне же едва удалось увернуться от взмаха клинком, а затем ударить в шею киборга. Машина, будто бы и не заметив моих действий, продолжила схватку.

Киборг демонстрировал всё, на что физически и магически способны творения имперского ИИ. Он, так же, как и я, совмещал выпады клинка с боевыми заклятиями, делал обманные выпади и несколько раз пытался перейти в жесткий клинч. При этом, больше половины уже моих заклинаний оказались бесполезны. Проклятие гниющей плоты полностью. Освободило робота от человеческого облика, благодаря чему я теперь мог видеть нечто отдаленно напоминающее того самого терминатора из фильмов Кэмерона, но… Настоящее, совершенное, невероятно быстрое и обладающее магией…

Впрочем, кое-какие результаты имелись. Стоило плоти исчезнуть, как мой враг лишился ауры и тонких тех, из-за чего его возможности резко сократились. Однако, достать его с помощью демонических возможностей тоже не получалось. Прикосновение к металлу его тела обжигало, а моя воля соскальзывала с его поверхности, покрытой сотнями заклятий на темном наречии. Не менее паршиво то, что они же поглощали мои магические удары!

Ещё больше ухудшало моё положение встроенное в конечности машины оружие. В правой руке — нечто похожее на памятные артефактные винтовки с Алкарских Топей, а в левой — составной диск, покрытой многочисленными символами темного наречия, источающими черный дымок. Несколько ран, нанесенных этим странным клинком, болели и не торопились зарастать. Тревожный сигнал. Учитывая, что демоны вообще имунны ко многим видам артефактного оружия, а не только простого, лишенного магии…

Судя по всему, этот имперский ИИ хорошо подготовился ко встрече со мной, раз его творение обладает подобными возможностями. О том, почему копии Грейнджер и Робинс были куда проще оказались уничтожены Адским Пламенем, не было времени размышлять. Всё внимание уходило на то, чтобы избежать новых ран и пытаться добраться до противников хоть как-то.

Выстрелы плазменной винтовки Натаци, в момент, когда мы застыли, готовые вновь броситься друг на друга, достали робота. Попадания девушки пробили покрытие грудного сегмента скелета киборга и уничтожили его артефактную и техническую начинку. Машина дернулась, зрачки её сенсоров мгновенно потухли, а затем робот с металлическим грохотом упал на покрытие палубы.

— Айзек!

Обернувшись, я увидел, что Ишу прижата собственной винтовкой к стене невысокой девушкой во всё том же костюме невыразимцев. С платиновыми волосами. Стоило киборгу обернуться, как мне стало видно лицо… Дафна.

Робот с внешностью моей сокурсницы, усмехнулся и принялся давить сильнее. Я же, пользуясь тем, что живая плоть, покрывающая кибернетическое нутро машины, позволяет мне прикасаться у этого существа, оторвал «Гринграсс» от Натаци. Робот тут же начал вырываться, демонстрируя совершенно нечеловеческую силу, скорость и гибкость. Подобного я не ожидал и от машины.

— Стреляй!

Рухнувшая на пол Ишу несмотря на то, что тяжело дышала, подняла винтовку, но не спешила открыть огонь, водя стволом из стороны в сторону.

— Я в тебя попаду!

— Стреляй! Мне плазма не страшна! — рявкнул я!

Натаци, чем меня удивила, поморщившись, поднялась с колен и, сделав два быстрых шага, приставила ствол винтовки к груди дергающего киборга и выстрелила. «Дафна», издав громкий визг, дернулась, а затем замерла. Из замершего в крике рта робота повалил черно-зеленый едкий дым.

— Вот кибернетическая шлюха, — хрипло выдохнула Ишу, — Я её держала на расстоянии, стреляла короткими очередями, — махнула рукой девушка на покрытый множеством следов попаданий плазмы коридор, — Но когда поняла, что ты не справляешься, отвлеклась, на этого урода, — кивнула Натаци на металлический скелет, — Тогда меня мразь и подловила… Проклятье! Айзек, у тебя были такие девочки, а ты умудрился остаться холостяком, — фыркнула мой спутница, — Сама бы их трахнула, а ты…

— Мне тогда было пятнадцать, — пожал я плечами, — Им тоже, кстати.

— Вот оно что… Но белобрысая ничего так… Кстати, а что с ней стало?

— Это Дафна Гринграсс… Ну, в смысле, её копия, — вздохнул я, — Её саму и её семью убили. Она, Астория, младшая сестра, и мать были изнасилованы и убиты мутировавшими слабосилками… Во время… После того, как одна планета подверглась ядерной бомбардировке. Там начались магические аномалии из-за выхода из строя артефактов, чар и заклятий и люди со слабыми магическими способностями превратились в людоедов с жуткой внешностью. Они и расправились с семьёй Гринграсс.

Натаци, выслушав меня, покачала головой, а затем хмыкнула.

— Вот так… А эта… Как ты её назвал?

— Демельза Робинс.

— Да… Эта девица кто?

— Она со мной училась в одной заведении и тоже выжила во время ядерной бомбардировки, а потом мы прорывались к портальной системе, чтобы сбежать с этой планеты.

Ишу, хмыкнула, оглядываясь по сторонам, а затем поинтересовалась:

— У вас не было космопорта?

— У нас никто не имел космического корабля, — усмехнулся я, — И, тем более, никто не умел ими управлять. А бежать надо было очень быстро.

— Позволь узнать почему? Ну, аномалии, ядерные удары… Это всё с течением времени бы прошло… Во всяком случае, жесткая радиация, насколько я знаю, отступает…

— Открылись порталы в План Пепла, — перебил я Ишу, — Очень много и повсеместно. На планету начали бесконтрольно прибывать танар’ри и другие демоны. А мы хотели выжить.

Натаци хмыкнула, затем проверила индикатор боезапаса винтовки и сменила магазин, после чего спросила:

— А что стало с этой девицей? Робинс…

— Она погибла во время прорыва к порталу.

— Прости, — вздохнула Ишу, отведя взгляд, — Я… Не ожидала таких подробностей твоей биографии.

Хмыкнув, я направился в дезинфекционную камеру, по пути решив кое-что прояснить для своей спутницы:

— Вокруг меня всегда кто-то погибает. Мало кому из моих знакомых удается оказаться быть в числе не втянутых в проблемы и гонки со смертью. Потому я и стараюсь держать одиночкой. Чтобы потом не жрать себя ещё больше. Мне, знаешь ли, каждую ночь снятся лица тех, кто был рядом и погиб.

— Вот оно что… — сочувственно произнесла Ишу, — Прости, Айзек. Этого всего я не знала.