Статьи

Г-н Уткин сделал открытие. По его мнению, “со статьями Хартии Объединенных Наций (можно, конечно, и так, хотя в нашей юридической и политической литературе принят термин “Устав ООН”.
– B.C.), с Хельсинкским актом 1975 года” якобы закончилась “битва двух принципов”. Один из них – национальное самоопределение. Только это не просто принцип, но еще и право, признанное за всеми народами мира. Другой принцип, по Уткину, – “священность и неприкасаемость границ суверенных государств”. Но в Уставе ООН есть территориальная неприкосновенность государств (именно неприкосновенность, а не “неприкасаемость”, которая, насколько всем известно, из другой оперы, а именно: из жизни индийских каст). В Хельсинкском Заключительном акте записаны “территориальная целостность государств” и “нерушимость границ”. Как принципы, но не как право. И нигде, ни в одном международно-правовом документе “священными” они не числятся. Что же касается выдуманной г-ном Уткиным “битвы”, то и ее тоже не было нигде, кроме сочинений некоторых политологов, ибо упомянутые принципы нисколько не противоречат друг другу, поскольку территориальная целостность и границы – это из области межгосударственных отношений, а национальное самоопределение – из области отношений между государством и собственным населением. С принятием Устава ООН не закончилась какая-то непонятная “битва”, а началось и было подкреплено целым рядом других фундаментальных документов мирового сообщества, и в том числе Хельсинкским актом, подлинное торжество права на самоопределение. И неправда, будто бы ХЗА установил “абсолютное превосходство принципа государственного суверенитета, об окончательности европейских границ”(так написано у г-на Уткина). Нет там ничего такого. И факты развала СССР и Югославии и воссоединения Германии, на которые ссылается ученый автор, не опрокидывали “принципа окончательности и нерушимости границ”, ибо ХЗА не только не исходит ни из какой “окончательности”, но, более того, признает возможность мирного изменения границ. И на нерушимость границ в приведенных случаях тоже никто не покушался, ибо никто не нападал на упомянутые государства и территориальных претензий к ним не выдвигал, а именно в предотвращении таких действий и заключается весь смысл этого принципа, как и принципа территориальной целостности.

Неправда и то, что в настоящее время этнические конфликты якобы пришли на смену противостоянию Восток-Запад. Выходит, что во время этого противостояния таких конфликтов вовсе и не было? И они только сейчас появились на свет? Но разве не в период самого высокого обострения упомянутого противостояния самоопределилось подавляющее большинство нынешних членов ООН, причем, как правило, в результате национально-освободительных движений, а что это, как нс конфликты? И зачем же сочинять небылицы о том,что право на “сецессию”, то есть на отделение, якобы “никогда не признавалось международным сообществом как некая норма” и что “международное право не признает права на сецессию”. Что помешало г-ну Уткину заглянуть в такой фундаментальный документ, как Декларация о предоставлении независимости колониальным странам и народам, принятая Генеральной Ассамблеей ООН еще 14 декабря 1960 года и действующая по ею пору, как и пакты о правах человека от 16 декабря 1966 года, ратифицированные подавляющим большинством членов ООН? В этих документах черным по белому записано, что самоопределение – это право всех народов и выражается оно прежде всего в независимости, что, как известно, невозможно без “сецессии”. Кстати, даже такой борец с “сепаратизмом”, как юрист Юрий Решетов, не сомневается в том, что “современное международное право рассматривает отделение в качестве формы реализации права на самоопределение” (“НГ”, 27.10.98). Сделанная им при этом оговорка, будто бы речь идет о “совершенно исключительной ситуации”, ничего не меняет в существе дела, тем более что сама оговорка не соответствует ни документам, ни практике ООН. Самоопределение через отделение – процедура отнюдь не исключительная, хотя, впрочем, и не обязательная: если тот или иной народ изберет иную форму самоопределения – это его право, но, опять же, именно его право, ибо в этом праве – суть принципа самоопределения. Однако нам у Решетова важна не его ошибка, а подтверждение юристом-профессионалом надуманности утверждений о якобы отсутствии упоминания о “сецессии” в международном праве.

Прибегает г-н Уткин и еще к одному пугалу: на полном серьезе он пускается в рассуждения о победе “германского этноцентризма” и о “смещении мирового восприятия к главенству этноцентризма” как еще одного нехорошего порождения принципа самоопределения народов. При этом он делает вид, что готов согласиться с утверждениями “жрецов и жертв национального самоопределения” (при чем тут жертвы, не совсем понятно), что “игнорирование императивов самоопределения аморально”, но с оговоркой: “если считать аксиомой, что сохранить самобытность можно только выдворив носителей иного культурного стереотипа за свои территориальные пределы”. Такая увязка национального самоопределения с откровенно изуверскими целями явно призвана опорочить сам принцип, истинная суть которого в обретении данным народом собственного национального достоинства,.а совсем не в этнических чистках, которые являются преступными на ционалистическими эксцессами, а отнюдь не закономерностью национально-освободительного движения. Но эксцессы свойственны и любым другим проявлениям человеческой жизнедеятельности. Потому и нужны международные репрессивные законы вроде Конвенции о предупреждении преступления геноцида, для того и принят Статут Международного уголовного суда, чтобы пресекать такого рода эксцессы. Но если агрессивен национализм, особенно расистского толка, то это совсем не означает, что подавлению подлежит нормальное национальное чувство, присущее любому нормальному человеку, любящему свой народ и свою родину и желающему защитить их честь и достоинство от инонациональных обидчиков. И построить собственное государство, когда есть для этого силы и возможности. Кстати, так везде всегда и было.

Если разобраться, то “аксиома” Уткина к бичуемому им этноцентризму вообще никакого отношения не имеет, ибо она – типичная аномалия, тогда как государственный этноцентризм, не отягощенный этническими чистками, – почти повсеместно действующее правило. Мне хотелось бы задать вопрос г-ну Уткину и ему подобным изобретателям геополитических мифов: а много ли вы знаете таких государств, где реальная власть не была бы сосредоточена в основном в руках представителей именно одного, титульного, коренного этноса? Может быть, Францией управляют не французы, Германией – не немцы, Украиной – не украинцы, Китаем -не китайцы, наконец, той же Россией – не русские? Даже в США правит англоязычное европеоидное большинство, а в СССР власть, как ни крути, опиралась на славян и в этом смысле носила тоже “этноцентрический” характер. Инонациональные вкрапления во властные структуры ничуть не отменяют того очевидного факта, что правящее большинство повсюду состоит преимущественно из представителей одного этноса (народа, нации), чье имя носит, как правило, данное государство. Он, этот этнос, и есть субъект и права на самоопределение, и национального суверенитета, осуществляемого через государственную машину, либо, если таковой он еще не обрел, – через институты национально-освободительного движения. Естественно, сам он, этот этнос, в наше время не является и не может быть чем-то совершенно “чистым” в кровнородственном плане, а является закономерным результатом многовекового взаимодействия, взаимопроникновения и смешения разноплеменных элементов. Поэтому жупел “этнократической опасности” – такая же бессмыслица, как и ярлык “самопровозглашенного государства”, навешиваемый на непризнанные (пока) государства, ибо большинство членов ООН – как раз самопровозглашенные этнократические государства.

Не могут служить препятствием к реализации права на самоопределение ни людская малочисленность субъекта этого права, ни размер его территории, ни уровень развития, ни географическое положение, ни его правовой статус до отделения. Нет таких ограничителей ни в одном действующем международно-правовом документе. В составе ООН уже есть государства с населением куда меньшим, чем у Чечни, Абхазии, Нагорного Карабаха, Косовского края, не говоря уже о Стране басков, Квебеке или о многомиллионном Курдистане. В Науру вообще живет что-то около 10 тысяч человек. И ничего, живут. Благо вокруг людоедов нет, особенно цивилизованных. Сан-Марино прекрасно себя чувствует, несмотря на анклавное положение внутри Италии. А может, именно благодаря тому как раз, что вокруг – Италия, а не какая-нибудь новообразованная малая или побольше “империя”. Вот еще Лесото есть. Тоже анклав, в Южной Африке. И никто не говорит, что у него не то географическое положение. Есть совсем крошечные государства с точки зрения территории. У той же Мальты всего 300 кв. км, у Гранады и у Мальдив тоже. Не вредно вспомнить об Андорре, Лихтенштейне, Монако и Ватикане.

Другими словами, международное право не дает никаких оснований для отказа в праве на самоопределение вплоть до создания самостоятельного государства ни одному народу. Опытным держимордам из числа великодержавных шовинистов (они теперь у нас нередко как профессиональные патриоты и как демократы проходят) все это давно и очень хорошо известно, но они все еще надеются задержать процесс гуманизации человечества, прибегая к манипуляциям с юридическими текстами и мифическими “историческими” фактами.

Объектом подобных манипуляций с документами служит Декларация о принципах международного права от 24 октября 1974 года, на которую очень любят ссылаться защитники территориальной целостности государств, приносящие в жертву этому принципу право народов на самоопределение. В Декларации (к слову о признанности права на “сецессию”) совершенно четко сказано: “создание суверенного и независимого государства, свободное присоединение к независимому государству или объединение с ним, или установление любого политического статуса, свободно определенного народом, являются способами осуществления этим народом права на самоопределение”. Препятствовать этому запрещено. Напротив, государства обязываются содействовать осуществлению права на самоопределение. И там, где говорится об ограждении территориальной целостности суверенных и независимых государств, совершенно ясно подчеркивается, что речь идет лишь о тех государствах, которые сами действуют с соблюдением принципа равноправия и самоопределения народов (Действующее международное право. В трех томах. Том 1. Москва, 1996, с.71-72). Обычно эту концовку почему-то отрезают. Даже некоторые маститые юристы. Мне лично приходилось наблюдать такие манипуляции на одном научном симпозиуме. А цель одна – абсолютизировать территориальную целостность, хотя это противоречит и духу, и букве международного права. Делается это исключительно из конъюнктурных политических соображений.

Я глубоко убежден в том, что спасение человечества – не в объявлении “священными и неприкосновенными” юридических институтов, продиктованных корыстными интересами государств и их политиков, а в неукоснительном следовании гуманным принципам международного права и общечеловеческим нравственным ценностям. Не границы и территории священны, а жизнь человека, неразрывно связанная с жизнью его народа. Не случайно право любого народа на самоопределение зафиксировано в пактах о правах человека.

Не образование национальных государств ведет в тупики государственного терроризма, как утверждает еще один ученый борец с “сепаратизмом” проф. С.Е. Благоволин (“НГ”, 19.02.98), а сопротивление национальному самоопределению со стороны имперски настроенных государств, которые не останавливаются перед принесением в жертву десятков и сотен тысяч ни в чем не повинных людей, как это имело место во время арьергардных боев колониализма в Азии и Африке. Как это имеет место, когда Индия пытается подавить тамилов, Китай -тибетцев, Турция – курдов и т.д., и т.п. Может, хватит?

И, может, хватит пугать сторонников Устава ООН и других фундаментальных актов международного сообщества уголовным преследованием за “пропаганду сепаратизма”, как это делают национал-патриоты, к примеру, записывающие такого рода противоправные и антигуманные благоглупости в российско-азербайджанский договор (“НГ”, 04.07.97) или предлагающие депутатам Госдумы испортить соответствующим образом УК РФ (“НГ”, 18.11.98). И все это в условиях, когда власти, по существу, потакают распространению заразы подлинного сепаратизма, которым все чаще заболевают русские области и края и который – в отличие от “сепаратизма” инонациональных этносов -действительно угрожает Государству Российскому, ибо ставит под вопрос целостность русской нации.

Может, лучше, пока не поздно, обратить внимание на эту, куда более реальную и серьезную опасность, нежели эскапады Илюмжинова? А на международной арене – поднять знамя борьбы за права человека и права народов, выступить в защиту повсеместного и интегрального, без двойных стандартов, применения гуманных принципов международного права. Вот такой великодушный и нравственный подход к насущным нуждам людей планеты Земля вполне мог бы поспособствовать утверждению подлинного морального авторитета нашего государства, которое давно уже очень нуждается в этом.

И еще одно. Нападение держав Атлантического альянса на Югославию, по-моему, преподнесло жестокий урок противникам самоопределения народов и горе-теоретикам, оправдывающим силовое противодействие реализации этого естественного права любого народа. Антиалбанские действия Милошевича в духе уткинского противодействия “сецессии” явились, конечно, не главной причиной натовской агрессии, осуществленной во имя самоутверждения альянса в роли вселенского держиморды. Но повод для агрессии они создали, это – факт. И возможность для западных циников и их российских подпевал вроде Козыревых, боровых и Новодворских свалить всю ответственность за сложившуюся ситуацию на Белград. А заодно – и опорочить сам принцип национального самоопределения как нечто, якобы непременно ведущее к гуманитарной катастрофе. Это – обычное дело для любого насильника, облыжно обвиняющего жертву насилия, дабы ввести в заблуждение готовое заблуждаться общественное мнение, вернее, ту его часть, которая еще верит упомянутым господам. Но зачем нашим многоумным ученым, да еще склонным к морализаторству, как г-н Уткин, оправдывать насилие и противопоставлять права человека правам наций, если очевидно, что человек из угнетаемой нации не может рассчитывать на уважение своих прав и удовлетворение своих законных чаяний, пока и поскольку его нация, его народ не освободится от чужеродного насильника. Борьба за такое освобождение Окрашивала весь ХХ-й век. Она неизбежно будет продолжаться и в веке грядущем. Национальное самоутверждение – абсолютно естественный процесс. И только беспрепятственное развитие этого процесса способно оздоровить межнациональные и межгосударственные отношения и обеспечить мир и международную безопасность.Дополнительная информация: