Стая

Лена высказала такой подозрительный аспект проблемы самому управляющему, который лишь только отмахнулся в ответ, возразив, что будет даже очень кстати, иметь возле себя человека, который не попадает под воздействие, оказываемое внешними парализующими факторами. Но ведь данное стечение обстоятельств могло выявить на свет проведение элементарной бессовестной провокации со стороны противника, подготовку хитро спланированной, тщательно выверенной ловушки, проводимой с использованием внедрения диверсанта в виде примитивного человеческого организма. Да и последнее нападение грызунов, прорыв ими южных ворот бункера совпало именно с появлением в поселке Антона, что явно свидетельствовало далеко не в его пользу. Втершись в доверие благородными деяниями, тот ненавязчиво напросился в экспедицию в Город, чтобы затем предать своих же добродетелей, подставив под безжалостный удар представителям другой цивилизации.

Эдакие вздорные, можно сказать сумасшедшие мысли одолевали Елену в такой момент. Сомневаться в них, в своем упрямо сложившимся мнении ей не приходилось даже ни на мгновение ока, ведь некое предчувствие, которым она обладала в полной мере, никогда еще ее не обманывало, только вот прислушаться к ее словам было абсолютно некому.

Тем не менее, процессия, наконец, достигла своей конечной точки движения. Подъезжая на повозке ближе, она смогла услышать как отдельные доносившиеся возмущенные крики своих же соплеменников, так и их совсем уж резкие ругательные высказывания в отношении всех антихристианских сил, упомянутых не так давно в недавних возгласах местного проповедника.

– Ну, и где эти чудовища?
– высунувшись из люка во весь рост, разъяренно кричал Дмитрий Александрович, размахивая руками направо и налево, как будто таким образом отмахивался от чего-то невидимого и неосязаемого.
– Не для того мы сюда такую машину гнали, чтобы сейчас здесь стоять, на пустой лужайке, как потерянные котята.

– Они, должно быть, улетели обратно к себе на небо, точно так же, как и на землю спустились, - предположила Людмила, спрыгивая с танка вниз на траву.
– А может, их тут и вовсе не было, кто знает. Хотя след возможного пребывания из обожженной растительности на поляне явственно присутствует, да и повозку с кореньями никто не трогал. Таких уж очевидных предпосылок для обмана я не вижу. Что же дальше делать будем? Где теперь искать наших ребят?

– Нужна им эта повозка, как собаке пятая нога. Я думаю, нужно обратно в поселок возвращаться, пока чего-нибудь еще не произошло невзначай, - проговорил управляющий с нехорошей натянутой улыбкой на губах.
– То мне тут Лена попыталась приоткрыть глаза на некоторые обстоятельства, касаемо последних происходящих событий, выставляющие непосредственно Антона в крайне негативном свете, как очень неблагонадежного субъекта, возможно даже в качестве некого провокатора своего рода. Говорю я это исключительно в предупредительных целях, чтобы вы в свою очередь отнеслись внимательней к его персоне. Тот находится далеко и ничего не слышит из непосредственно тут излагаемого. Не выскажите ему подобное случайно.

– Это отчего же такое недоверие?
– спросил, подговорившись, Василий, так же, как и первые двое, вылезая на свет божий из своего бронированного устройства, только уже используя нижний его выход, являющийся скорее экстренным и аварийным, чем полноправным и нормальным люком.
– Он спас нас с Николаем Петровичем от летучей мыши, да и сражался храбро, бок о бок с Андреем, когда грызуны атаковали всех непосредственно в самом поселке, припоминаете? На него вполне можно положиться. Я в этом полностью уверен.

– Это мы так с вами считаем. Возможно, он строит, бог знает только, какие планы, идущие далеко вперед и затрагивающие наше дальнейшее существование, - недовольно качая головой, предположил управляющий.
– Может быть, он и сам не осознает, что делает. Ведь бывали же такие случаи, когда грызуны пытались манипулировать людьми. Правда, такое им никогда не удавалось осуществить полностью, но ведь время идет.

– Вы что, действительно считаете, что Антона паразиты контролируют?
– возмутилась Людмила, осматривая каждый нерв и мускул на его лице, словно это было смыслом всей ее жизни.
– Но каким образом такое возможно, ведь они же - не полноправные разумные создания, чтобы устраивать действия подобного рода. Далеко не каждое мыслящее существо способно планировать такие мероприятия. А грызуны только и умеют, что терроризировать людское население в округе. Жаждут мяса нашего отведать, да кровушки попить.

– Не уверен, если честно, - возразил ей в ответ предводитель.
– Видела ты когда-нибудь, или слышала от кого, чтобы грызуны питались человеческим мясом, или откровенно высасывали кровь своей жертвы, подобно тому, как это делают летучие мыши. Отлично же сама знаешь некоторую отличительную их особенность в данном вопросе да и прихотливую разборчивость тоже. Они могут лишь просто покусать, да с таким изяществом, что диву даешься. Не всякий человек сумеет после этого сохранить при себе свой здравый рассудок и трезвую ясность мысли.

– Не знаю, не знаю. Вы как хотите, уважаемый Дмитрий Александрович, но я никак не могу с Вами согласиться по данному поводу и поверить, что такой человек, как Антон может поддаться гипнотическому воздействию этих тварей, - резким и совершенно противоположным образом отреагировал Василий, недовольно тряся головой, ярко выражено артикулируя, а также усиленно махая руками от возмущения.
– Тоже мне, нашли виновника всех несчастий. Хоть я и ничего не понимаю, не разбираюсь во всех таких играх и заговорах, но Антон кажется мне человеком очень порядочным и самоотверженным. Вряд ли он бы стал ставить нас в известность, если бы хотел всех погубить.

– Возможно и так. По крайней мере, хотелось бы в это верить, что явственно более всего и настораживает, - высказался управляющий в свою очередь.
– Но не будем делать поспешных выводов. Время покажет, кто окажется прав. А сейчас, нам незамедлительно следует уходить обратно, а то, находясь здесь, поселок определенно рискует подвергнуться безжалостному нападению этих вышеупомянутых созданий.

– Не очень-то следует торопиться с принятием решения, ведь корабль пришельцев может снова возникнуть на том же самом месте. Необходимо просто немного повременить с отходом, - предположила задумчиво Людмила.

– Вряд ли они решатся высадиться здесь вновь. Как долго придется нам ждать их появления, до четвертого пришествия?
– иронично поинтересовался Дмитрий Анатольевич, насмешливо ухмыляясь.

– Ну, хотя бы несколько часов, как минимум. А лучше будет устроить засаду на сутки или двое, - отвечала та взволнованно, с проявившимися на лице ее ощутимыми чувствами.
– Поймите, сейчас нельзя уйти так просто, бросить наших людей на произвол судьбы. Необходимо испробовать все возможности для их спасения, пускай даже не дающие должного полноценного результата, совершенно кажущиеся бессмысленными и глупыми, как то, что дожидаться именно на этом месте неизвестно чего. Я абсолютно уверена, что пришельцы все-таки тут объявятся, да и Антон думает также, по крайней мере, я на это надеюсь.

Людмила обернулась в сторону Антона и помахала ему рукой. Тот увидел ее действия и ответил тем же, медленно и не торопясь, начиная сокращать расстояние, разделяющее их. Действительно он стоял несколько в стороне от этих разговоров и даже не подозревал, какие разнообразные противоречивые мнения вызывал своей персоной. Пока между его знакомыми проходило обсуждение, он с недоумением пытался уяснить себе, куда же могла все-таки так быстро подеваться такая машина из неведомого блестящего материала со всеми ее обитателями на борту. В этот момент он очень жалел, что не задержался возле нее подольше, хотя бы на некоторое незначительное время, дабы убедиться воочию, как данное сооружение могло оторваться от земли. Но самое главное, изнутри его грызло некое неодолимое чувство вины, необычайного сожаления за недавнюю проявленную слабость. Можно было по возможности притвориться мертвым или совершенно беспамятным, чтобы попасть именно внутрь тарелки, попытаться впоследствии одержать победу над теми неведомыми существами, которые там находились, и выручить своих новых друзей, оказавшихся наиболее беспомощными и слабыми, нежели он сам. Но сейчас было уже поздно что-либо делать, пытаться как-нибудь их разыскать. Он понимал каждой частичкой своего сердца, что такая затея абсолютно не представлялась возможной.