Любовь моя, я так тебя люблюЧто от любви моей изнемогаю.Я словно Феникс в пламени горю,Едва погибну — тотчас воскресаюИ
новых мук сладчайшее ярмоГнетет меня, лишая сна и волиЯ плачу оттого, что мне светлоИ улыбаюсь — от смертельной болиМой каждый атом устремлен к тебе,Все тело — крик, взыскующий слияньяНа путь любви, пролегший по ЗемлеСтупившие — оставьте упованья.Пусть изваяют нас, сидящих здесь,Рука в руке, пусть милостью ваятельСтыдит судьбы бездушный камнерез,Отсекший нас от радости объятийПусть камень вызов бросит временамВлекущим нас в предел Второго кругаГде чашу скорби вечно пьет ТристанИ где Франческу бьет и мучит вьюгаТам наши тени бросит вихрь во мракМы в сонме душ отверженных помчимсяНо Богу слава! В страшных Божьих снахМы до конца времен не разлучимсяНа суд Последний будучи подъят,И будучи допрошен, что за силаМой бедный дух низринула во Ад,Отвечу я,
не опуская взгляд —«Любовь, что движет Солнце и светила».
***
Я ночевал на берегу.К утру, лишь звезды побледнели —Умолкли шорохи ночные,Ушли под берег ветеркиСтояли травы неподвижноИ даже листья ивнякаНе нарушали тонкой дрожьюВдруг опустившийся покой…Похолодало. От рекиТуман поднялся непросветныйИ влажной, серой пеленойЗакрыл светлеющее небо —И в тишине, как корабли,Века сомкнулись на мгновенье.И время вдруг остановилось.И я не знал, когда и гдеМогло случиться это утро…Из-за излучины рекиРаздался трудный крик уключинИ вот, в клубящемся туманеВозникла тень гребца и лодки.Не видел я, но мне казалось —Он плыл к себе, в свое селеньеТугую плоть покрыли шкурыИ мерно весла рыли водуИ рыба горбилась на дне…И он проплыл. ИздалекаДонесся рельсов шум веселый,И я вздохнул и потянулся,И все вернулось на круги.