Стихи
Шрифт:
И новой юностью была...
И вечно-вечно свет поющий
Венчает тьму приявиших прах —
Молись, душа, заре грядущей,
Забрезжившей в твоих слезах...
В глухом кругу пустынных дней
Будь тверд, будь скор,
Ведь много трудных ступеней
К вершинам гор...
В забвенных вихрях полноты
Замедли шаг,
У их смолкающей черты
Ты будешь наг...
И, исчерпав их хмель и шум,
В закатный миг
Ты
Ни снов своих...
И пусть прекрасен вешний луг
Росой цветов,
Их стройность древний грузный плуг
Измять готов...
И вдруг поникнет смертный сев,
Что цвел, как кровь,
И ты, светло на мир прозрев,
Ослепнешь вновь...
Где было пламя, тень падет
Вблизи, вдали,
И горько в грудь твою войдет
Вся скорбь земли.
В моей судьбе все царство праха было...
В моей судьбе
Так часто сердце падало, и стыло,
И знало вновь миг пламени в себе.
В рассветный час мне дан был кубок дрожи...
В рассветный час
Я принял посох смертных бездорожий,
Где пыль и зной равно встречают нас...
И в полдень мой — я с солнцем пламенею...
И в полдень мой
В полях земли упорствую и сею
С надеждою и верою немой.
А ввечеру я встречу тень в покое...
А ввечеру
Я в звездный храм свершение людское,
Как жатву праха, кротко соберу!
Чуть внятно дышит вечер поздний
И, дольний довершив предел,
Последний миг из часа розни
Отсталой искрой догорел...
И в слитной яви мир всечасный
Сошел на смертную межу,
И к звездной тайне, в Храм безгласный,
Я в думах праха восхожу.
И сердце, что в бреду боролось
И было в тлен облечено,
Вплетает ночь в свой звездный колос,
Как полновесное зерно...
И грудь, дрожавшая без крова
Средь смуты дня, — в дневном плену,
От чар ночных приемлет снова
Согласие и тишину...
Спеши ж расторгнуть чудом Тени
Всю боль и горечь дольних слез,
Кто в вещий час ночной ступени
Свой жребий к вечности вознес!
Credo quia impossibile. [10]
Gregorius VII, РМ
10
Верую, ибо невозможно (лат.).
Знаю я в яви вселенной
Плач на рассветном пороге,
Путь человеческий в зное,
Длящийся ложно —
Знаю, как сердце земное
Хило во сне и в тревоге,
Немощно в радости бренной,
В скорби ничтожно...
Вижу я в смертной истоме
Годы, заботы
и крохиБлага, блаженство и рядом
Горе у двери —
Юность с седеющим взглядом,
Старость с проклятьем во вздохе,
В нищем и княжеском доме
Те же потери...
Снится мне в жизни, однако,
Цвет человеческой доли,
Сила души беспечальной
В мире и в споре,
Верую в жребий венчальный,
В царствие часа без боли,
В посох, ведущий из мрака
Вечные зори...
Верую, верую, Боже,
В сумрак, о звездах поющий,
Свет беззакатный, сулящий
Чудом страданья...
Верую в молот разящий,
В пламя и в меч создающий,
В жертву зиждительной дрожи,
В мощь упованья!
Едва колебля пламя жизни пленной
Сквозь легкий сон души,
Плывет-струится час обыкновенный,
Как дым в тиши...
Немого сердца тень не ранит...
Мысль, как пчела
Из цвета в цвет, в былые дни заглянет,
И вновь дремота, как была...
И с каждым мигом длится безраздельно
Облекший явь покои,
Как смутный отзвук песни колыбельной
В судьбе людской...
И греет грудь пустыми снами
Насущный свет,
Как если б бездны не было пред нами,
Как будто тайны несказанной нет...
И дремлет ум. Ленив и своенравен
Его слепой досуг,
Как если б был всей бездне мира равен
Наш смертный круг...
Учись у пламени живого,
Как в час ущерба вспыхнуть снова,
И в гранях полноты заметь,
Как в пепле часа должно тлеть...
Чтоб было время снова ало,
Исполни жребий искры малой,
И, пав на трут, обманешь тень,
И будешь весь — как красный день...
И в сонных гранях тьмы полночной,
Koгдa приспеет час урочный,
Змеись к дубраве в тишине,
И встанет дерево в огне...
А там, с шипеньем, в беге метком,
Струясь, звеня, по сучьям, веткам,
Сжигая боль твоих оков,
Ты расцветешь до облаков...
И дрогнув вдруг, над сном и тенью,
В просторе, преданном смятенью,
Земле поведает набат,
Как ты прекрасен и богат!
Ты принял крест земного ига,
Весь свет и боль его постиг,
Когда впервые к чаше мига
Устами бледными приник...
Отведав сладости короткой,
Ты сеял слезы, пролил кровь,
И сам влачил невзгоду кротко,
Чтоб бледный призрак встретить вновь...
Безумным сном о капле блага
Ты был в степях земли гоним,
Не замедлял над бездной шага,
Спускался в рудники за ним...
Тянись, спеши с тоской и дрожью