Стрела Посейдона

38

Владелец «Аделаиды» ничуть не походил на образ, представлявшийся Питту загодя. Вместо типичного командира торгового судна — степенного, опытного капитана — тот оказался молодым, тщедушным человечком с бегающими глазами. Ступив в кают-компанию, он окинул Питта, Джордино и Плуграда холодным взором, после чего обменялся с ними рукопожатиями.

— Моя фамилия Гомес. Мне сказали, что вы ожидаете попытку захвата. — Если его эта новость и взволновала, то по лицу видно не было.

— Мы нашли закономерность в нападениях в Тихом океане, — ответил Питт. — Все корабли везли редкоземельные элементы, в точности как ваш.

— Должно быть, вас неверно проинформировали, — возразил Гомес. — Корабль идет с грузом марганцевой руды.

— Марганцевой? — переспросил Джордино. — Вы разве не приняли в Перте полный груз моназита?

— Мы идем из Перта, но на борту у нас марганец.

— Головной офис вашей компании, — не уступал Питт, — считает иначе.

— Ошибка, — покачал головой Гомес. — Должно быть, электронные манифесты перепутали с каким-нибудь другим судном компании. Такое случается. Я могу вызвать ваш транспорт, пусть заберет вас.

— Это невозможно, — возразил Питт. — «Фортитьюд» должен следовать собственному графику.

— Плюс, — добавил Джордино, — мы можем оказаться не единственными, кто дезинформирован.

— Это верно, — поддержал Плуград. — Мне не хочется убирать своих людей только затем, чтобы впоследствии выяснить, что вы попали в беду. Мы должны оставаться на борту до вашего прибытия в Лонг-Бич, так что будем придерживаться плана.

— Прекрасно, — не без раздражения бросил Гомес. — Пожалуйста, не покидайте верхней палубы и кают второго яруса.

— Мы с Элом будем нести вахты на мостике и играть роль связных для лейтенанта, если встретим другое судно.

Уловив нотки решимости в голосе Питта, Гомес кивнул.

— Как пожелаете. Но никаких вооруженных людей на мостике, — Гомес встал из-за стола. — Я должен вернуться к своим обязанностям. Добро пожаловать на борт. Я уверен, что наше спокойное, рутинное плавание доставит вам удовольствие.

Когда Гомес удалился, Джордино, поглядев на Питта и Плуграда, покачал головой.

— Ну, как вам такие помидоры? Нет «редких земель», и остаток пути нам коротать в обществе желчного дохляка в роли капитана.

— Тут уж почти ничего не попишешь, — заметил Питт.

— И если мы заблуждаемся, то спокойная рутина — отнюдь не худший исход.

Правду говоря, радар Питта сигнализировал об опасности с того самого момента, как он ступил на борт «Аделаиды». Что-то в команде и капитане было не то. Дирк перебывал на достаточном количестве торговых судов, чтобы знать, что команды бывают всякого роду-племени, и в самом по себе кислом приеме ничего диковинного нет. Но сложившиеся обстоятельства выводят его из ряда вон. Перед лицом потенциальной смертельной угрозы экипаж корабля должен быть счастлив, что его оберегают — или хотя бы проявить любопытство. Но вместо того к Питту и его людям отнеслись как к докучной обузе. Члены экипажа следили за каждым их шагом, но вступать даже в небрежные беседы отказывались.

На мостике Питта и Джордино чурались и игнорировали, пропуская любые их вопросы и просьбы мимо ушей. Гомес едва замечал их присутствие, отказываясь даже обедать в компании Дирка, в свободные от вахты часы, сидя у себя в каюте анахоретом.

Во время второй ночи на борту Питт расхаживал по мостику, и его присутствия, как всегда, не замечали. Незадолго до завершения его вахты, кончавшейся в полночь, явившийся на мостик матрос приблизился к Гомесу и, то и дело поглядывая на Питта, что-то доложил ему вполголоса.

Поглядев на экран радара, Дирк заметил, что впереди появилось изображение судна, идущего сходящимся курсом. Подойдя поближе к экрану, он стал искать номер АИС корабля. Прибор спутниковой Автоматической идентификационной системы, передающий всем кораблям в море информацию о скорости и направлении, а также номер судна, обязателен для всех судов водоизмещением свыше трехсот регистровых тонн. Но судно, видневшееся на радаре сейчас, номера АИС не транслировало.

— Они не включили свой АИС, — сказал Питт Гомесу.

— Здесь это несколько подозрительно.

— Порой сигнал теряется, — возразил Гомес. — А может, просто военный корабль. Это ничего не значит.

Подойдя к рулевому, капитан что-то прошептал ему на ухо, а затем удалился в противоположный конец мостика. Игнорируя капитана, Питт продолжал следить за скоростью и направлением движения «Аделаиды». И не удивился, когда таинственное судно сбросило скорость на узел-другой и скрылось с экрана радара.

Минут сорок прошло в натянутом молчании, прежде чем на мостик ступил Джордино, чтобы сменить Питта.

— Ну как, мы странствуем по благополучным морям?

— Носимся по волнам истерии.

Питт, собираясь уйти, тихонько рассказал о недавнем эпизоде с судном. Пришел новый рулевой, чтобы сменить вахтенного, но Гомес остался на мостике. Уже поворачиваясь, чтобы уйти, Дирк еще раз бросил взгляд на экран радара. Что-то привлекло его внимание, и он замешкался, вглядываясь в цифры. Дело было в курсе. Корабль внезапно поменял направление с восточно-северо-восточного на восточно-юго-восточное.

— Почему мы идем на юго-восток? — спросил Питт.

— На этой широте сильное встречное течение, — объяснил Гомес. — Мы уйдем ниже него на день-другой, чтобы поддержать скорость, а потом снова поменяем направление на Лонг-Бич.

Питт помнил, что северное экваториальное течение проходит несколько южнее их текущего положения, но спорить не стал. Повернувшись, он бросил на Джордино скептический взгляд.

— Пожалуй, пойду посплю. Увидимся на следующей вахте.

Питт, наконец, покинул мостик и начал спускаться по трапу. Но вместо того, чтобы на втором ярусе направиться в свою каюту, продолжил спуск на верхнюю палубу, чтобы подышать свежим воздухом. Добравшись до нее, он наткнулся на Плуграда, бегущего вверх по трапу. Вид у лейтенанта береговой охраны был взволнованный.

— Раненько вы поднялись, — заметил Питт.

— Пытаюсь найти двоих своих людей, не явившихся на вахту. Вы не видели их на мостике?

— Нет. Может, в кают-компании? Наверное, пошли выпить кофе, чтобы не клонило в сон.