Стрела Посейдона

Ее пальцы порхали над клавиатурой, остановившись, чтобы нажать на кнопку «Отправить» в тот самый миг, когда щелкнул язычок замка. Захлопнув крышку, она швырнула компьютер на переднее сиденье в тот миг, когда Пабло уже открывал дверь.

Сердце ее отчаянно колотилось, кровь бросилась в лицо. Забравшись на водительское место, он обернулся и вопросительно посмотрел на Энн, протягивая к ней руки.

— Ветчина с сыром или тунец? — В руках у него были два завернутых сэндвича.

— С тунцом, пожалуйста, — выдохнула она, протягивая руку к сэндвичу.

Пабло вывел машину на шоссе, подкрепляясь по пути. Передышка позволила ему сбросить напряжение, и он, искоса оглянувшись через плечо, наконец-то заговорил с Энн.

— Вы в меня влюбились, — осклабился он.

— Что?!

— Да, должно быть, влюбились. Чего ж вам еще все время попадаться у меня на пути?

— Я в эту поездку не просилась, — ответила она. — Пожалуйста, отпустите меня.

Пабло гортанно хохотнул.

— Вы слишком умны, чтобы вас отпускать… и слишком красивы, чтобы убивать.

Энн тотчас охватило омерзение, но она все-таки поддержала разговор.

— Мы, что, везем мотор «Морской стрелы»?

— Возможно.

— А почему вы убили тех, кто помог вам его украсть?

— Они пережили свою полезность, а знали больше, чем им следовало. Полагаю, покамест расспросов довольно. — Он включил радио и, отыскав местную радиостанцию, транслирующую блюграсс, [22] прибавил громкость.

22

Блюграсс —музыкальный стиль; специфическое ответвление кантри, зародившееся в штате Кентукки.

Они миновали холмы Западного Кентукки, слушая оживленные ритмы «Флэтт и Скраггс». [23] Четыре часа спустя въехали в Падаку. Припарковавшись на заправке в предместьях города, Пабло сделал телефонный звонок. Через считанные минуты подкатил ржавый пикап, за рулем которого сидел мужчина, весь покрытый татуировками. Он сопроводил грузовик с сеном к реке, где у изъеденного дождями и ветрами деревянного причала стояли буксир и баржа с контейнерами. Пабло подогнал машину к погруженной во мрак барже и остановился.

23

«Флэтт и Скраггс» —блюграсс-группа, выступавшая до 1969 года.

Было уже далеко за полночь, и вокруг царила жутковатая тишина. Отсоединив прицеп, Пабло увел тягач на ближайшую стоянку. К моменту его возвращения татуированный уже протянул под прицепом тросы и переносил его на баржу с помощью крана на пристани. Запрыгнув на баржу, Пабло помог закрепить прицеп на палубе, после чего вернулся в кабину за Энн.

Когда он отцепил наручники от рамы сиденья и сцепил руки Энн спереди, она разыгрывала сонливость. И только тут заметила, что в наручники встроен какой-то датчик. Вытащив из тягача, Пабло повел ее к пристани.

Огни Падаки мерцали справа по берегу, а река Огайо струилась мимо, будто черная патока. Крепко сжимая ее запястье, Пабло провел Энн к буксиру, стоявшему у кормы баржи в готовности повести ее вниз по реке. Добраться до буксира можно было только по узким сходням, покачивающимся над водой. Энн никак не решалась ступить на них, пока Пабло деликатно не подтолкнул ее.

На самом деле она боялась не самих сходней, а того, что может оказаться на другом их конце. Сперва прикована к грузовику, потом к буксиру, и кто знает, что потом? Куда бы ее ни везли, пора бояться по-настоящему придет тогда, когда наручники снимут. Именно этот страх и толкнул ее к действию.

Мысленно собравшись, она сделала глубокий вдох в тот миг, когда Пабло подтолкнул ее во второй раз. Изображая, что оступилась, она сделала два шага по сходням и подогнула колени. Еще один летящий шаг вперед-вверх. Сходни спружинили, давая дополнительный толчок, и она легко перелетела через боковой леер.

Пабло выбросил руку ей вслед, но смог лишь на миг коснуться промелькнувшей мимо лодыжки. Вытянув руки перед собой, Энн нырнула в реку почти без всплеска и исчезла в темной мутной воде.

41

Вспомогательная кладовая «Аделаиды» представляла собой сумрачную, жаркую и сырую душегубку, подходящую разве что дьяволу. Когда засовы отодвинули, чтобы вместе с Джордино втолкнуть Питта внутрь под угрозой оружия, он почуял смрад разлагающейся плоти, смешивающийся с запахом пота. Идя по верхней палубе, Дирк с натугой удерживал вес раненого друга, стараясь не упасть. Увидев в кладовой брезент, он осторожно уложил Джордино на него, слыша позади грохот захлопнувшейся двери и лязг задвигаемых засовов.

— Санитар среди вас есть? — спросил Питт, поглядев на команду береговой охраны, набитую в эту же кладовку.

Вставший из группы молодой человек стал медленно пробираться к нему.

— Симпсон, не так ли? — уточнил Дирк.

— Да, сэр. Я могу помочь. — Он присел на корточки рядом с Джордино, быстро заметив расползающуюся под его правой ногой лужу крови. — Огнестрел?

— Да, — Питт разорвал штанину брюк Джордино. — Он потерял много крови.

Отыскав залитую кровью рану на внешней части бедра Джордино, Симпсон зажал ее ладонью.

— Мне нужно что-нибудь для перевязки.

Сняв рубашку, Дирк отодрал рукава и принялся разрывать их на длинные полосы. Кто-то передал бутылку воды, которую санитар употребил, чтобы омыть рану. Взяв одну из полос ткани, сделал из нее тампон. Прижал его к ране и прибинтовал оставшимися полосами.

Открывший глаза Джордино поглядел на них.

— Куда мы направляемся?

— За пивом, — откликнулся Питт. — Ты пока покемарь, а когда оно будет на льду, я тебя разбужу.

Криво ему улыбнувшись, Джордино через считанные секунды отключился.

Накинув на него часть брезента, Симпсон сделал Питту знак отойти в сторонку.

— Ему повезло. Ран две, а это показывает, что пуля прошла навылет. Скорее всего, кость не задета. Но, должно быть, повредила ему бедренную артерию, отсюда и столько крови. Из-за такой кровопотери он может впасть в шок, так что за ним нужно приглядывать.

— Он жилистый старый коняга, — заметил Питт.

— Пока что он в порядке. Его главная проблема — не подцепить инфекцию в этой вонючей дыре.