Сумерки Эрафии

Приближавшимся оказался Вокиал — сильнейший колдун и знаток строительства концентраторов. Вокиал мог стать опасным соперником и сильным союзником. Сейчас их интересы были близки, как никогда прежде. Моандор повернулся вместе с креслом, но не встал и, лишь открыв свои человеческиеглаза, рассматривал приближающегося. Нойон прошел по мостику и астральным приказом открыл дверь башни. Замершие у врат рыцари смерти вытянулись в почетном строю, уперев в камень острые алебарды. В тот же миг браслеты оказались на руках гостя.

Войдя, Вокиал поднялся по лестнице и оказался в небольшом зале, полном света из-за высоких окон. Нойон исподлобья посмотрел на Моандора, потом сбросил на спину черный капюшон и выпрямился гордо и властно, будто ожидая приветствия главы разведки. Эта дуэль взглядов была столь напряженной, что астрал вокруг просто кипел бы от сокрытой мощи, если бы не браслеты молчания на руках нойонов. Моандор смотрел на гостя около минуты и так ничего и не сказал. Наконец первым не выдержал именно Вокиал.

— Зачем, зачем ты этосделал?

— Чтобы вы знали, что придется идти до конца. Пришло время понять, что лестницу, ведущую к славе, предстоит натирать кровью друзей и союзников, а не только врагов!

Моандор сделал паузу. Вокиал молчал.

— Пока только я и Нагаш работаем в полную силу. Вы все здесь трясетесь от страха перед Сандро и ничего не сделали, чтобы нам помочь!

— Ты же сам знаешь, что время наших действий еще не пришло. Представь себе, что все провалится! Знаешь ведь, что Сандро с нами сделает?

— В отличие от вас, я не боюсь Сандро и никогда не боялся. Меня беспокоит только ваша какая-нибудь очередная глупость. Сегодня важна любая мелочь. Видишь, что на мне надето?

— Да, — с трепетом в голосе ответил Вокиал, — это трофейный доспех. Доспех, снятый с убитого Эйджей-Дая, основателя Круга Света и Империи Солнца!

— Все рассчитано, — успокоительным тоном заявил Моандор, встав из кресла. — Сандро — большой законник. Чтит память наших павших братьев. Это его и погубит. Кстати, где остальные?

— Ждут в своих резиденциях или уже идут туда. Ты же знаешь, как мы пунктуальны, любим собираться до назначенного времени.

— Значит, и нам пора. Настройся на боевой лад, сегодня твой выход, Вокиал, не подведи меня и всех нас!

Моандор поправил плащ у зеркальной стены и жестом пригласил строителя концентраторов следовать за ним. Вскоре они были на колоннадном мосту.

На четырех посадочных площадках, примостившихся по бокам гигантского купола Дворца Совета, находились два десятка драконов-духов, еще несколько парили в небе, то и дело пронзая воздух жуткими завываниями. Яркими фиолетовыми огнями горели кристаллы боевых башен на разных уровнях купола. Вся стража была на постах. Совет Темного Круга вот-вот должен был начаться, и большинство истинных нойонов впервые за долгое время собрались вместе.

Покинув башню разведки, Моандор и Вокиал шли по мосту, над которым то и дело мелькали белесые тени летающих исполинов.

Вокиал терялся в догадках. И как же он хочет решить спор, если очевидно, что теперьголосование не пройдет успешно?

Моандор надеялся, что его компаньон и другие не струсят. Очень важно, чтобы Сандро сразу не полез в схватку. Не поставит вопрос ребром — проиграет. Наверняка. «Он раскис и едва ли поднимет на меня руку прямо там. Тогда сегодня мы снимем с него Цепь и Полиарх». — Моандор прикрыл глаза, честолюбивые мечты на миг овладели им. В дальнейшем проблема Сандро будет окончательно решена.

Погруженный в столь приятные мысли, глава нойонской разведки вошел в широкий тоннель, находившийся справа от него. Их пути с Вокиалом разошлись. Купол был построен так, что находящиеся в центре Зал Совета и Военный Зал имели входы по числу истинных.Когда кто-то из них погибал, зал перестраивали, а проходы замуровывали.

Моандор шел по своему личному коридору. Факелов вечного пламени на стенах становилось все меньше, а броня защитных полей все нарастала. Вскоре факелы совсем кончились, и стены сверкали лишь темно-багровыми переливами древних рун. У самых последних дверей Моандор остановился, произнес вслух фразу на редком диалекте, смысл которой никому, кроме него, не был ясен. Даже другие истинныеи служба безопасности Видомины не распознали бы смысл. И главное, у них не было на это времени. Руны на стенах изменили свой цвет, в них выделилась фраза, сложенная из голубых огней. Померцав лишь мгновение, она яркой вспышкой сорвалась с места и понеслась назад, в глубь коридора. Моандор качнул головой, будто кого-то благодарил, и приказал дверям открываться. Стальной шестиугольник раздвинулся без единого звука. За ним царил полный мрак. Моандор цокнул сухим языком и вошел в зал.

Внутри было прохладно и очень темно. Лишь дуновение ветра подсказало, что дверь за спиной закрылась. Он сделал тридцать больших шагов и оказался на положенном месте. Сверхчувствительная кожа, напряженные до предела чувства не подводили нойона. Еще несколько дуновений, и тихие шаги, затем на какое-то время все стихло.

Моандор знал, что высота этого зала — полсотни ярдов, и именно оттуда, из-под купола, в стену ударил узкий красный луч. В месте его касания высветился яркий символ «N». Затем лучик погас, а символ пришел в движение. Он побежал по стене прямо за спину Моандора, и затем, все убыстряясь, описал по часовой стрелке полный круг. Прошло еще мгновение, и его след полыхнул сплошным кольцом багрового пламени. Оно затрепетало и огненными каплями устремилось вниз, к центру громадного зала. В его отблесках стали видны четырнадцать темных фигур.Они замерли на небольших платформах, выступавших над монолитом пола не более чем на два-три дюйма. Небольшая задержка, и багровый круг продолжил стремительно сжиматься, в конце концов сойдясь в одной точке шириной не более полуярда. Огонь на мгновение потемнел и, казалось, скоро совсем угаснет. Но спустя несколько секунд свечение набрало новую силу, залив центр зала багрово-матовым светом.

Четырнадцать существ в темных хламидах, прочных и мягких доспехах… Четырнадцать бессмертных стояли в этом широком кругу. В центре в небольшом углублении находился прозрачный кристалл. Внутри камня горел мистический огонь, озарявший весь зал мягким светом. Сверху ударил мощный поток воздуха. Взметнулись плащи и черные шлейфы за спиной у нойонов. Только один из них был светлым — плащ Моандора. Если бы не браслеты на руках у всех присутствующих, то в зале витала бы такая мощь, что способна перемещать горы.

Один из выступов, на котором стоял высокий нойон, пополз вверх. Он держал в руках длинный черный посох с символом «N», окруженным венком, на наконечнике. Платформа поднялась от пола почти на десять дюймов. Нойон скинул с головы капюшон. Глаза главы Совета были полны красного огня. На груди светилась золотистая цепь, на ней висел багрово-красный, пульсирующий, как вырванное сердце, кристалл. Нойон воздел вверх руку с посохом и начал читать молитву Хайду, их отцу и прародителю. Тринадцать глухих и могучих голосов вторили ему.

— О Хайд! — воскликнул Сандро и легко стукнул посохом о свою платформу. Она сама собой втянулась в пол, встав по высоте вровень с остальными. Совет объявили открытым.

Моандор даже прищурился от наслаждения, все начиналось очень хорошо. После некоторой паузы платформа, на которой стоял Вокиал, плавно поползла вверх…

— Я хочу обратиться к Совету в связи с происшедшими недавно событиями.

Послышался шепот. Было слышно, как Сандро одобрительно хмыкнул.

«Вот ты и пропустил первый удар, мой старый друг», — подумал Моандор.