Сущность
Шрифт:
Земля задрожала.
Карлотта, пробуждаясь от крепкого сна, скорее почувствовала, чем услышала странный металлический грохот. Она знала, что это не землетрясение. Затем осторожно открыла глаза.
Стена будто светилась. Издалека в темноте раздался одинокий гудок поезда. Карлотта медленно поднялась с дивана. Свет завис на стене, переместился, а затем заскользил к окну. Поезд яростно взревел, как огромное раненое животное.
– Билл! – прошептала Карлотта.
Ответа не было.
Она повернулась
– Билл!
Область света задрожала и расширилась. Доползла до окна. Лампа на столе засветилась. Прямоугольник света неподвижно висел за ней примерно в трех футах над полом.
– Боже правый! – прошептала Карлотта.
Лампа взорвалась, погрузив комнату в темноту. Голубое свечение начало формироваться, пока не зависло над сломанным проволочным каркасом абажура. Оно росло и переформировывалось, как шарик желе в черноте.
Карлотта закричала.
Два огонька перетекли друг в друга. Они образовали нечто вроде зеленого потока между стеной и столом. Комната наполнилась жутковатым сиянием. Карлотта увидела, как ее руки светятся в холодном воздухе.
Затем огни медленно погасли. Стали тоньше. Прозрачнее. Затем исчезли. Комната погрузилась во мрак. Дверь комнаты Билли с грохотом распахнулась, ударившись о стену.
– Что такое, мам?
Карлотта вдруг осознала, что прижимается к дальней стене, не в силах говорить. На лбу выступил холодный пот.
– Где ты, мам? Я тебя не вижу!
Карлотта повернулась, дрожа, и заглянула в коридор. Где-то там был черный силуэт ее сына.
Включился свет. Билли заморгал от яркости.
– Что такое, мама? Это опять случилось?
– Ничего не было.
– Я слышал грохот.
– Это лампа.
Карлотта вышла из состояния шока и увидела, как Билли тянется к обломкам на полу.
– Не трогай!
Но он поднял разбитую лампу.
– Она холодная, – удивился он.
Карлотта вдруг почувствовала мороз и задрожала.
– Передай мне одеяло, ладно, Билл?
Мальчик накинул одеяло ей на плечи.
– Мне позвонить врачу?
– Нет, я уже в порядке.
Билли вдруг стал выглядеть неуверенным, смущенным.
– Точно?
– Да. Все хорошо. Иди спать.
– Ты уверена?
Билли пошел по коридору в спальню. Но оставил дверь открытой. Карлотта попыталась уснуть, сидя в кресле и завернувшись в одеяло, лицом к разбитой лампе на полу.
Шнайдерман поджег сигарету для Карлотты и положил зажигалку обратно в карман. Сейчас она казалась спокойнее, чем в начале сеанса. Она была умна. Теперь он знал, что ее IQ – 125. Ее черные глаза следили за каждым его движением, не зная, чему верить. Он говорил очень непринужденно, как ни в чем не бывало. Так можно унять ее беспокойство.
– Каждый когда-нибудь оказывался
в ситуации, которую мы называем паникой, – сказал он. – Например, когда вы попали в аварию. Вы сказали, что все вокруг словно зависло перед ударом. Это типичное восприятие при панике.– Да. Я помню.
– И когда вы проснулись ночью, вы пережили паническое состояние. Ну, это то же самое. Мысли бегут с невероятной скоростью. Очень четкие. Все кажется замедленным.
Карлотта медленно затянулась. Ее глаза четко выражали недоверие. И все же за этим фасадом Шнайдерман видел, как она жаждет объяснений.
– Помните, что вы мне сказали? – спросил доктор. – Вы сказали, раздался какой-то звук.
– Нет. Кажется, я закричала.
– До этого.
– Я не помню.
– Подумайте. Вы сказали, как только пришли. Звук, когда погасли огни.
– Это было животное. Далеко.
– Нет. Вы описали его иначе.
– Я сказала, это был одинокий звук, как у поезда.
– Именно.
– Ладно вам, доктор Шнайдерман! Даже вы в это не верите.
– Обдумайте эту версию. И не забывайте о вашем состоянии.
Карлотта пожала плечами.
– Ладно, – согласилась она.
– Вас разбудил этот странный звук. Грохот под ногами. И включилось ваше сознание. Мысли неслись со скоростью света.
– И что?
– Так вы это описали. Это ваши слова, когда вы ко мне пришли.
– Хорошо, продолжайте. Я слушаю.
– В западном Лос-Анджелесе много поездов?
– Нет. Мало. Их почти не бывает.
– Видите? Раз в столетие. Кажется, они выезжают из фабрики.
Шнайдерман наблюдал за Карлоттой. В ее сознании вера боролась с недоверием.
– И было сияние, – заключил он. – Странный прямоугольник на стене. Конечно прямоугольник, светило же из окна.
– Но форма изменилась.
– Изгибы на рельсах.
– А синее свечение?
– Лампа стояла на краю стола. Поезд сотряс землю. Она упала, разбилась, мигнула синим и погасла. Но в вашем состоянии все поменялось. Замедлилось. Вам казалось, что свечение надолго застыло в воздухе. А на самом деле прошла секунда.
– Вы очень убедительны.
– Помните, как медленно разбилось стекло, когда вы въехали в телеграфный столб? Но все длилось долю секунды. Лишь ваш мозг воспринимал все иначе.
Шнайдерман улыбнулся.
– Это звучит как научная фантастика? – спросил он.
– Нет.
– Меня с вами не было. Но то, что я предложил, разве это все не объясняет?
– Пожалуй.
– А второе объяснение – вторжение из космоса. Что кажется более разумным?
Карлотта вздохнула. Ее убедили. Можно было и не отвечать.
– Конечно, теперь все логично, – сказала она. – Я могу мыслить здраво. Здесь, с вами. Но когда что-то происходит там, все совсем иначе.
– Я понимаю, Карлотта. Но вы же не хотите жить в ненастоящем мире.