Связанные
Шрифт:
Каллия осматривала рабочий кабинет царя.
Стены уставлены книжными полками. Позолоченный потолок высотой, по меньшей мере, в три этажа. Старинный стол пуст, если не считать лампы в правом углу. А за ним – окно эркером, выходящее на зеленые холмы и озеро, мерцающее вдалеке.
Пропахшая табаком и кожей комната была уютной и теплой, благодаря большому каменному очагу и трем удобным диванам. Каллия знала об этом не понаслышке, поскольку однажды провела здесь несколько часов, пока весь замок спал. Она была не одна. И если это маленькое воспоминание
– Тебе больше ничего не нужно? – Каллия обернулась, услышав тихий голос Изадоры. Принцесса стояла в дверях со странным выражением на лице, словно боялась ступить на пол, заклейменный королевской печатью.
« Это просто рутина. Ты делала это тысячу раз. Неважно, что на этот раз речь идет об аргонавте».
– Да, все подойдет.
– Очень хорошо. Нам пора возвращаться.
Но Изадора не двинулась с места, а судя ее пустому, почти бесстрастному взгляду, ей меньше всего хотелось вернуться к отцу.
Разрываемая сознанием, что лезет не в свое дело, и сожалением, которое, насколько знала Каллия, не заставит себя ждать, если она промолчит, целительница услышала собственный голос:
– Изадора, откажись.
Принцесса медленно подняла карие глаза, и от увиденного Каллия задохнулась. Нет, они были не пустыми, а мертвыми. Словно арголейка оставила всякую надежду.
– Это ни к чему не приведет.
– Приведет, – запротестовала Каллия, не понимая, почему ей так нужно помочь принцессе. – Постой за себя. Докажи, что он и все остальные ошибаются.
В глазах Изадоры не мелькнуло и искры. И Каллия почувствовала, как от жалости у нее засосало под ложечкой. Что случилось с принцессой? Она выглядела не просто затюканной отцом.
– Не лезь не в свое дело.
Изадора повернулась, не дав Каллии ответить, и та лишь вздохнула, глядя вслед уходящей принцессе.
Возможно, Изадора права. Это ее не касается.
Конечно, ей жаль гинайку, но на самом деле... глупо беспокоиться о других, когда у самой Каллии большие проблемы.
Она безропотно оставила сумку в кабинете и вслед за Изадорой отправилась в царские покои, благодарная уже за то, что в данный момент жужжание у нее в голове прекратилось.
Когда у подножья большой лестницы послышались голоса, Каллия застыла на месте. Мужские голоса, смешанные с тяжелыми шагами, - было похоже, будто на замок напало стадо слонов.
Аргонавты. Все, как и приказал царь. Желудок Каллии подпрыгнул до самого горла, а кожа покрылась потом, хотя целительница мысленно готовилась к этому моменту с той самой секунды, как услышала приказ царя.
Терон, который возглавлял группу, увидел арголеек на четвертом этаже и поспешно склонил голову.
– Изадора. Каллия.
Его темные глаза сосредоточились на Каллии.
– Как сегодня чувствует себя царь?
– Держится.
Она попыталась сконцентрироваться на его чертах, но аргонавт был огромен – крепкие мышцы, широкие плечи и ноги, подобные древесным стволам. Он и в одиночку вызывал страх, но в сопровождении пяти таких же крупных и впечатляющих аргонавтов? Он походил на предвестника
прилива, готового затопить ее.– Это хорошо, – сказал Терон. – Тогда, думаю, он готов принять нас?
Она бы ответила, правда, ответила.
Но глазами невольно рассматривала Деметрия и других, пока не нашла Зандера. Он в одиночестве замыкал группу. Развернувшись у подножия ступенек, он направлялся к Каллии.
Что ж, готовиться мысленно и вновь оказаться с ним в одной комнате – совершенно разные вещи. Каллия в шоке вздохнула, хотя – блин – пыталась удержаться от этого. Такую реакцию вызвал не сам по себе Зандер – по крайней мере целительница попыталась себя в этом убедить, – а то, что с ним сделали.
С одной стороны его лицо было черно-синим от виска до подбородка. Множество шрамов и порезов покрывало загорелую кожу. Влажные короткие светлые волосы приглажены, словно он только что плеснул на лицо водой, белая футболка чистая и отглаженная. Но все это не скрывало ни боли в его чертах, ни странного угла, под которым повисла левая рука.
Очевидно, Зандер был в мире людей и боролся с демонами, исполняя свой долг по праву рождения. Но в глубине души Каллия мгновенно испытала прилив страха, как происходило каждый раз при мысли, что с ним может случиться что-то плохое.
И это напоминало... врожденный идиотизм. Ибо ему было на нее совершенно наплевать.
– Каллия?
Голос Терона наконец дошел до ее сознания, и взгляд лекарши вернулся к предводителю аргонавтов, с любопытством изучавшему ее. В смущении несчастная поняла, что и несколько других хранителей весело наблюдают за ней, и даже Изадора, заламывая руки, озадаченно глядит на нее.
– Д-да?
– Царь? – переспросил Терон, подняв брови.
– Точно. Да. – Она стряхнула поток эмоций, которые всегда вызывал Зандер, спрятала их поглубже, как наловчилась делать со временем, и повернулась к царским покоям. – Он готов и ждет.
Когда все зашли в комнату, ее беспокойство ослабло. Но опять зазвучал шум в ушах.
Алтея, которая помогала царю устроиться на горе подушек, едва увидела аргонавтов и сразу поспешила прочь. Кейси повернулась от окна. Жалея, что не захватила немного лаванды, чтобы успокоить пульсирующую боль, Каллия расположилась в дальнем углу комнаты, рядом с царем, на случай необходимости, но в стороне от прохода. Она не упустила теплую улыбку, расцветшую на лице Кейси при виде ее новоиспеченного мужа, и ответный блеск в глазах Терона.
– Мели. – Терон подошел к царской дочери-полукровке. Поцеловал ее в щеку и в висок. Они обменялись несколькими тихими словами. Тем временем, в комнату набилось больше людей, чем могло поместиться. А Терон, улыбаясь Кейси и обнимая ее, вероятно, и сам не понял, что превратился из крутого опасного байкера в настоящего красавчика.
При взгляде на них Каллия почувствовала опустошающую боль в груди. Не так давно она сама испытывала те же всепоглощающие электризующие эмоции. Ее взгляд переместился к Изадоре, которая прислонилась к дальней стене, также в стороне от остальных и вдалеке от сестры, нашедшей свое сказочное счастье. Затем к Зандеру, который едва переступил порог и был готов бежать при первой возможности.