Связанные

Да, Каллия слишком хорошо знала это чувство. Она испытывала то же каждый раз при виде аргонавта. Он смотрел на всех и вся, кроме нее, и в груди целительницы поднялся праведный гнев. С тех пор, как она видела его в последний раз, Зандер побрился, но даже избитый и израненный скорее напоминал Адониса, чем своего предка Ахилла. Бронзоволицый и светловолосый, мускулистый и красивый. Он был старшим среди аргонавтов. И, по слухам, единственным бессмертным.

Тот, с кем она глупо надеялась провести жизнь.

– Перейду прямо к делу, – сказал царь, пробиваясь сквозь мрачные мысли Каллии и привлекая ее внимание к настоящему, как и положено. Голос Леонидаса задрожал от болезни, но не сломался. – Ситуация с Советом выходит из-под контроля. Они не угрожают нам открыто, но до меня дошли слухи, что они готовятся нанести удар сразу после моей смерти. Хотя в последнее время у нас с Тероном были разногласия, – царь указал головой туда, откуда в последний раз слышал голос Терона, – мы оба полагаем, что нельзя передать будущее аргонавтов под контроль Совета. Люциан не скрывает, что хочет заместить аргонавтов специальной стражей. Не мне вам говорить, что это станет нашим величайшим поражением.

Царь остановился, чтобы набрать воздуха в грудь. На этот раз Терон склонил голову и сосредоточился на ладони Кейси, которую держал в своей, словно знал, что сейчас последует и не хотел этого слышать.

– Хотя я рад, что Терон выбрал в жены одну из моих дочерей, сейчас, когда они вступили в брак, монархия вновь уязвима перед тайными заговорами Совета. Я вижу лишь одно решение, то же, что и раньше. Мы с Тероном согласились, что Изадора должна выйти замуж...

– Ты знал? – Кейси повысила голос и пронзила новоиспеченного мужа возмущенным взглядом.

– Шшш, мели. – Терон похлопал жену по руке.

– ...и ее мужем должен стать аргонавт.

Слова царя, похоже, не успокоили Кейси. Она перевела взгляд с мужа на отца. Но тот, к счастью, не мог видеть ее реакции. Так же, как не заметил напряжение в плечах, внезапно одолевшее всех аргонавтов в комнате.

– Мы разошлись во мнениях о том, кто это будет. Но как царь решение принимаю я.

Он набрал воздуха и, казалось, вырос на глазах. Теперь Леонидас выглядел величественным государем, каким был когда-то, и со смертного одра излучал подавляющую властность.

– Поскольку линия Ясона вторая по силе среди аргонавтов, эта ответственность падает на тебя, Деметрий.

В комнате воцарилась тишина. Все взгляды устремились к Деметрию, который расположился позади остальных, прислонившись плечом к стене, и почти не обращал внимания на происходящее. И лишь когда он увидел, что на него смотрят, слова царя, похоже, достигли цели. По лицу Деметрия пронеслось выражение шока, затем аргонавт встряхнул руками и оттолкнулся от стены.

Он был самым крупным среди хранителей, ростов свыше двух метров. Затуманенные глаза, которые Каллия часто называла бездушными, при взгляде на царя стали эбеново-черными.

– Ни фига!

– Деметрий... – В тихом голосе Терона звучало предупреждение. Предводитель аргонавтов отпустил руку Кейси и вытянулся во весь рост.

– Я не сделаю этого, – сказал Деметрий, тряся головой. – И вы не сможете меня заставить. Никто на это не способен.

Терон быстро подошел к великану аргонавту, которого теперь трясло от смеси презрения и негодования, словно накатывавших волнами. Каллия сглотнула и подумала, чувствуют ли то же другие женщины. Она ощущала, что если не предпринять что-то и быстро, начнется свара.

– Деметрий, остынь.

– Я не стану в это ввязываться, – выдавил Деметрий с перекошенным от бешенства лицом, глядя на царя поверх плеча Терона и указывая рукой на Изадору. – И ты не можешь меня заставить.

Терон сказал нечто, не слышное Каллии. Но ответ Деметрия она не пропустила. И другие тоже. Особенно Изадора, которая, стоя в дальнем углу комнаты, казалось, еще больше ушла в себя.

– Вышиби меня из аргонавтов, если хочешь. Сошли в мир людей. Неважно. Но я не женюсь на этой, слышишь, Терон, никогда. Лучше умереть.

Терон ударил рукой в грудь более крупного аргонавта и с силой толкнул.

О, боги! Это нехорошо. Совсем не хорошо.

В унисон раздались голоса: Кейси, которая поспешила утешить явно потрясенную Изадору; стоявшего в дверном проеме Терона, который пытался успокоить Деметрия и избежать тяжких телесных повреждений; других аргонавтов, шепотом обсуждавших произошедшее.

Царь, к всеобщему удивлению, хранил молчание, пока из дальнего конца комнаты не раздался голос, объявивший:

– Я это сделаю.

Каллия слишком хорошо знала этот голос.

– Кто это сказал?

Царь навострил уши и наклонился в сторону, пытаясь найти источник среди массивных хранителей, но безуспешно.

Разговоры стихли. Головы повернулись к дверному проему. Даже Терон и Деметрий прекратили спорить и оглянулись. Желудок Каллии завязался в узел. А море тел расступилось, открывая Зандера, который смотрел на царя с выражением покорности на израненном и таком знакомом лице.

Нет, нет, нет. Он не может говорить всерьез.

– Я сделаю это, – вновь сказал Зандер в тишине. – Я женюсь на Изадоре.

Глава 3

Хорошо. Зандер не такой реакции ожидал.

Никто в комнате не произнес ни слова. Да, кстати, ему определенно стоило сброситься с той скалы. По крайней мере не пришлось бы терпеть эту душераздирающую тишину или видеть на лицах своих товарищей выражение «какого хрена!»

Он переступил с ноги на ногу, упер руки в бока и стал ждать. Время шло, никто не говорил ни слова, его беспокойство достигло предела. Наконец Зандер не выдержал взглядов и сказал:

– Слушайте, не благодарите меня все сразу.

Терон оглянулся на царя.

– Подождите минутку.

Прежде чем Зандер успел ответить, Терон вытолкнул его в коридор с такой силой, что чуть не сбил с ног. Лидер аргонавтов молчал, пока они не оказались вне пределов слышимости от царских покоев, а потом дал себе волю.

– Что, Аид побери, ты делаешь? – Зандер впечатался в стену, и его захлестнула обида. Он вовсе не ожидал, будто Терон весь растает и порадуется, что хранитель наконец вылез из своей раковины.