Сын герцога (СИ)

Юноша больше не смотрел на них. Зачем, если он и так ощущал присутствие каждой. Он знал, что слева от отряда движутся около десяти тварей, а справа пристроились не меньше дюжины. Как знал и то, что это только треть спущенной на них своры. А все остальные уже поджидают их впереди. Он чувствовал их радость и предвкушение. И даже эти едва уловимые отголоски чужих эмоций заставляли его содрогаться от отвращения.

А потом юноша увидел то, к чему так стремился Хейт. Больше всего это напоминало стену, целиком состоящую из алого света. Джай был уверен, что если подъедет ближе, то сможет рассмотреть знакомые алые искры, свивающиеся в единое полотно. Он еще успел подумать о том, кому и зачем понадобилось устанавливать такое мощное защитное заклинание, для поддержания которого понадобились бы усилия не менее десяти высших магов. Но потом у него не осталось времени на размышления, потому что впереди показалась остальная часть своры.

Джай, чья лошадь неслась в середине отряда, не видел поджидавших их тварей, но он чувствовал их приближение. В это мгновение юноша каким-то непостижимым образом знал, что происходит вокруг. Он почувствовал, что один из загонщиков, разгоряченный преследованием, бросился вперед. И Джая затошнило, когда он ощутил восторг твари, только что разорвавшей молодого воина.

Через несколько мгновений несущиеся впереди лошади увидели поджидавшую их свору. Они уже не могли остановиться, и стали шарахаться в стороны. Скачущие позади, еще не подозревали о новой опасности, поэтому продолжали лететь вперед, но потом и они начинали метаться из стороны в сторону. В итоге все смешалось в невообразимом хаосе. Лошади натыкались друг на друга, взвивались на дыбы. Так что даже степняки, считавшиеся прирожденными наездниками, с трудом удерживались в седлах.

А потом свора бросилась вперед. И Джай понял, что им не спастись.

Твари, созданные для того, чтобы убивать, наконец, настигли свою добычу.

Их слишком давно не выпускали на охоту. Так давно, что брошенное в миску мясо перестало казаться пресным и безвкусным, и они стали забывать это будоражащее чувство погони, эту нетерпеливую сладость предвкушения…

Поэтому, в этот раз они не спешили доводить дело до конца, наслаждаясь каждым мгновением погони. Подпуская жертву к заветной черте, чтобы она еще успела рвануться вперед в последней надежде на спасение. Совершенно бесполезной надежде.

Потому что тварей было слишком много. И обычные клинки не могли их остановить. Потому что обезумевшие лошади не слушались своих седоков. А до защитной границы оставались целых две сотни шагов. Потому что свора уже бросилась вперед.

Самые быстрые первыми настигали своих жертв. И люди, и лошади падали под ударами их когтей. А потом твари рвали их еще живыми. Джай видел это собственными глазами. Его лошадь оказалась в наружном круге толпы, в которую сбился отряд. Защитная стена пылала теперь прямо перед ним. Но от спасения его отделяло не меньше десятка тварей. И вот ближайшая из них бросилась к нему.

Она двигалась очень быстро, но для юноши время привычно замедлило бег. И стремительный рывок врага превратился в плавный прыжок. Он в мельчайших подробностях видел, как напряглись мускулы твари, как она с какой-то ленивой грацией оторвалась от земли. Как ее лапы вытянулись вперед, и когти выдвинулись на всю длину, целясь в шею его лошади. На фоне алого света, ее шерсть казалась почти черной. И только клыки сверкали неестественной белизной.

Джай смотрел на приближающегося врага и понимал, что не сможет его остановить. Просто не дотянется до него. И тогда он сделал единственное, что ему оставалось – выбросил руку вперед и произнес заклинание огненного кольца, подкрепляя его соответствующим усилием воли.

Наверное, это было ошибкой. Это было глупостью наверняка. Потому что огненное кольцо нельзя выпускать просто в воздух, не прикрепляя его к конкретному объекту.

Но в тот момент Джаю было на это наплевать. В его арсенале не было сильных заклинаний (память не торопилась отдавать ему свои сокровища). Он и это то вспомнил только потому, что заучивал его еще сегодня утром. Впрочем, то, что у него получилось, очень отличалось от того, что в его представлении должно было произойти. Потому что заклинания третьего порядка не произносят на одном дыхании, без соблюдения ритма и последовательности. По сути, Джай не вложил в произнесенные им слова никакого смысла, а просто вызвал стихию огня и выпустил ее. Что случилось потом, юноша так и не понял до конца.

Сначала от его пальцев протянулся огненный луч, который ударил прямо в морду летящей на него твари. Та отпрянула в сторону. Но ее вопль и запах паленой шерсти свидетельствовали, что удар достиг цели. К сожалению, остальные успели увернуться. А потом заклинание натолкнулось на защитную стену, и та неожиданно вспыхнула в ответ.

В это мгновение Джаю показалось, что его основательно стукнули по голове. У него все поплыло перед глазами, и по телу стала разливаться противная слабость. Он еще успел заметить, что его луч слился с пылающей стеной, а потом стал расходиться в стороны. Причем, так быстро, что он задел нескольких тварей, которые не успели вовремя отскочить. И огненная завеса стала, как будто, немного ближе. А потом лошадь Джая неожиданно рванулась вперед.

Бедное животное не понимало, что происходит. Но когда хищник, который уже почти дотянулся до него, неожиданно отлетел в сторону, и впереди открылся свободный проход, лошадь в последней надежде на спасение бросилась туда. Следом за ней понеслись несколько других.

Джай не видел этого, потому что алая завеса резко приблизилась, и он зажмурился от яркого света, который слепил глаза. Правда, пламя, окружившее его со всех сторон, оказалось просто ледяным. Но это уже не волновало юношу. Потому что ощущение присутствия чего-то злобного и отвратительного наконец-то отступило. Остались только усталость и чувство тревоги, идущее от Лара. Но на этот раз Джай обрадовался ему. Если эльф чего-то боялся, значит, он был еще жив.

Позади раздался топот лошадей, и через мгновение юноша ощутил, что Лар тоже пересек границу. Только после этого он позволил себе облегченно вздохнуть. Джай рванул поводья, и лошадь послушно остановилась. Животное перестало чувствовать угрозу и снова стало слушаться седока. Юноша хотел оглянуться на остальных спасшихся. Но стоило ему повернуть голову, как в глазах опять потемнело, а ставшее непослушным тело стало заваливаться на бок.

Чьи-то руки подхватили его, но этого он уже не увидел.

Просыпаться не хотелось. По всему телу разлилось приятное тепло, и веки казались неподъемно-тяжелыми. Но поблизости раздавались чьи-то голоса, и Джай невольно прислушался к разговору. Один из голосов принадлежал Лару. Впрочем, второй тоже казался знакомым.

Юноша открыл глаза и осмотрелся. Увидев над собой сужающуюся крышу, он понял, что находится в шатре. Его вещи были аккуратно сложены и лежали у него в ногах. Там же обнаружились и гайны. Джай быстро оделся. Потом положил руку на клинки, и те привычно отозвались ощущением тепла.

Разговор за стенкой шатра к этому времени уже прекратился. Шкура, прикрывавшая вход, отодвинулась в сторону, и внутрь заглянул Лар. Встретившись с ним глазами, Джай подумал, что никогда не видел, чтобы эльф так улыбался. Не растягивал губы из вежливости, и не ухмылялся коротко и зло. А именно улыбался, открыто и от всей души.

Лар выглядел не лучшим образом. Он был бледен, с кругами под глазами. Но, учитывая, что им пришлось пережить, он выглядел неплохо. Зато сам Джай чувствовал себя на удивление прекрасно отдохнувшим и полным сил.