Сын герцога (СИ)

Его мало интересовали воинские обычаи. Он выбрал для себя совсем другой путь.

Но откуда было знать об этом Джаю? Он быстро шел по коридору, удаляясь от зала, в котором остались сыновья хаган, а вместе с ними и ненавистные эльфы. И думал о том, что был бы просто счастлив никогда не видеть ни одного из представителей древней расы живших в Хаганате.

Впрочем, не он один.

Натаэль не хотел идти на церемонию приветствия королевы. Подобные мероприятия он никогда не любил. А сегодня ему особенно хотелось побыть одному. Конечно, он собирался поговорить с советником ее величества (встретиться с королевой было бы намного сложней). Собственно, для этого Натаэль и вернулся в Итиль Шер. Но он хотел сделать это с глазу на глаз. А не перед толпой сородичей, следящих за каждым его движением.

Беглец, неожиданно вернувшийся из добровольной ссылки, не мог не заинтересовать.

Поэтому Натаэль старался избегать ненужных встреч. И на церемонию идти не собирался. Его уговорила Исмиль. Сестренка, когда была в хорошем настроении, кого угодно могла уговорить. Да и как можно было отказать этому светящемуся от счастья чуду с растрепавшимися от долгого бега волосами и сверкающими глазами?

Поэтому на церемонию Натаэль все-таки пошел. Хотя и старался держаться в стороне, и лишний раз не попадать на глаза никому из знакомых. Но, как оказалось, он мог особо не утруждаться. Все внимание сородичей было посвящено сначала ее величеству, которую некоторые из присутствовавших в зале, не видели уже несколько десятков лет. А когда появился чужак, чей отряд ему пришлось сопровождать, уже и церемония не интересовала эльфов. Все смотрели только на него. И Натаэля буквально затрясло от презрения и ненависти, которыми наполнился зал. Он как целитель (пусть и не имеющий возможности использовать силу), ощущал общий эмоциональный фон. А чувства собравшихся были настолько яркими, что он почти физически ощущал это вязкое удушающее нечто, алым облаком окружившее чужака, а потом заполнившее все вокруг.

У Натаэля перехватило дыхание. А в голове мелькнула мысль: как этому странному мальчишке удавалось выдерживать все это? Он же чувствовал, не мог не чувствовать направленный на него поток (магия жизни должна была стократ усиливать его ощущения). Но чужак стоял прямо, с гордо поднятой головой. А за его плечом был тот самый порабощенный эльф. Плетение ошейника горело так ярко, что его мог рассмотреть любой желающий. Но неизвестный сородич не стыдился его. Не опускал глаза, натолкнувшись на сочувствующие взгляды, не старался отодвинуться от своего хозяина. Наоборот, наклонился к нему и что-то прошептал, поддерживая, успокаивая.

Это было неправильно, неестественно, странно. Натаэль не понимал ни этого странного чужака, ни неизвестного сородича. А хуже всего было то, что он не понимал себя самого. В груди зарождалось странное чувство. Уже не обида. Он кое-как смирился с тем, что обладателем магии жизни стал человек, мало того, маг, поработивший одного из его сородичей. Это было странное новое ощущение, которому Натаэль не мог найти названия. Потому что простым словом "надежда" его нельзя было описать.

Приглашение от королевы принесли после полудня. Джай как раз раздумывал, не устроить ли еще одну затяжную прогулку по Итиль Шер. Но необходимость выбора между любопытством и безопасностью отпала сама собой.

Приглашение было оформлено в лучших традициях Империи. На особой бумаге, которой могли пользоваться только дворяне (скорее по причине ее стоимости, чем согласно каким-то традициям), каллиграфическим почерком были выведены несколько строк на имперском.

Большую часть послания составляли перечисления имен и титулов самого Джая. А последняя строка гласила: "приглашается на аудиенцию к ее величеству королеве Атэр Инира леди Мирримель".

Дочитав послание до конца, сын герцога непроизвольно поморщился. Во-первых, потому что терпеть не мог перечисления своих титулов. А во-вторых, потому что такое официальное приглашение Джай получал только однажды: когда Дерен ар-Тан вызвал его на дуэль.

Когда слуга скрылся за дверью, Джай обернулся к Лару и произнес:

– Ее величество королева Мирримель приглашает меня на аудиенцию.

– Они – отступники, милорд, им нельзя доверять,– ответил тот.

Он уже составил свое мнение обо всех окружающих эльфах. И не собирался от него отступать.

– Я заметил, что не слишком им понравился,– кивнул Джай.

Он был убежден, что целью их поездки в Хаганат была именно встреча с королевой. Но странное поведение эльфов настораживало его. Юноша не понимал, зачем понадобился правительнице древних. Или ее величество желала увидеть не его? Впрочем, теперь у него была возможность выяснить это.

В гостевую часть дворца они добирались долго. Джаю уже начинало казаться, что он будет бесконечно бродить по этим коридорам, переполненным воинами охраны и толпами эльфов, чье настороженное внимание становилось все труднее выносить. Но вот они свернули в очередной коридор, оказавшийся (на удивление) пустынным. А потом одна из дверей открылась, и из-за нее показался седоволосый эльф, который сопровождал королеву во время церемонии. Он кивнул Джаю и произнес на прекрасном имперском:

– Лорд Джай, пожалуйста, войдите.

Юноша послушно шагнул вперед. Лар хотел пройти следом за ним, но седоволосый остановил его:

– Вашему спутнику лучше подождать вас здесь.

Эта просьба (хотя, слова эльфа прозвучали, скорее, как приказ) удивила Джая. Он почему-то был уверен, что королеву эльфов интересовал именно Лар. Но не оставалось ничего другого, кроме как подчиниться.

– Останься здесь,– приказал он.

– Да, милорд,– ответил Лар, и привычно скрывая за длинной челкой выражение глаз. Но Джаю не нужно было на него смотреть. Он почти физически ощущал исходящее от Лара напряжение и беспокойство.

Комната, куда его пригласили, оказалась очень светлой и просторной. В ее убранстве не было даже намека на традиции степняков: никаких ковров или вышитых подушек, ничего пестрого и броского. Зато здесь была мебель. Не те низенькие деревянные столики, к которым юноша в последнее время уже начинал привыкать. И даже не широкие кресла, которыми хаган заставил свой кабинет. А самая настоящая мебель: столы, стулья, диванчики, книжные полки… и все это было украшено изящными резными узорами и затянуто шелком, подобранным в тон к полированному камню стен.

Джай только мельком взглянул на детали. Собравшиеся здесь представители древней расы заинтересовали его гораздо больше. Их было трое: королева, седоволосый эльф и та самая эльфийка, которая сопровождала правительницу древних во время церемонии. Похоже, эти двое были доверенными лицами ее величества. Девушка вполне могла оказаться ее родственницей (между ней и королевой эльфов угадывалось внешнее сходство). А седоволосый, скорее всего, был кем-то вроде советника правительницы древних. То, как он вел себя, очень напоминало Джаю манеру поведения герцога ар-Тана.