Сыновья

Тщетно!

Никто из известных лидеров партии не обратился со словом к народу. Никто ни о чем не осведомлял массы. Никто не раздавал оружия.

Под вечер распространился слух, что в гимназии имени Гумбольдта будут раздавать оружие членам всех трех социалистических партий и профсоюзов. И в самом деле, со всех концов города к зданию гимназии стекался народ. На школьном дворе уже формировались отряды. Перед входом в гимнастический зал выстроились длинной колонной, по три человека в ряд, те, чьи документы уже были проверены и кто имел право получить оружие.

Но… ничего не произошло!..

До позднего вечера в полной тьме около Дома социал-демократической партии и Дома профессиональных союзов все еще стояли тысячи рабочих. Лишь к полуночи люди, потеряв всякую надежду, с проклятиями на устах, стали расходиться.

III

В этот день, с самого утра и до поздней ночи, Карл Брентен и Вальтер не расставались. Откликаясь на каждый слух, они мчались то к Дому профессиональных союзов, то к ратуше, то к гимназии имени Гумбольдта. И после каждой неудачи они вновь и вновь обнадеживали друг друга. Папаша Брентен хвастал перед сыном, что на военной службе он приобрел опыт и сейчас может, на ходу преподать сыну, хотя бы теоретически, курс военного обучения. Прежде всего он объяснил ему важнейшие приемы обращения с винтовкой, и особенно подчеркнул, что ее нужно беречь как зеницу ока и держать в полной исправности. И с ручными гранатами бывший гренадер Карл Брентен умел превосходно обращаться; по его словам, он бросал их на расстояние в добрых тридцать метров…

— Ты берешь эту штуковину в руки… левой вытаскиваешь предохранитель… считаешь: двадцать один, двадцать два — и бросаешь… Самое главное здесь выдержка — не бросить раньше времени…

Когда окончательно стемнело, они, озлобленные, в немой ярости, отправились домой.

Мыслимо ли, чтобы правительство призвало народ к вооруженному сопротивлению, а потом так насмеялось над ним? Мыслимо ли, чтобы правительство — любого толка, черт его возьми! — позволило себе такое глумление над рабочими, готовыми с оружием в руках защищать это самое правительство от взбунтовавшейся военщины?.. Нет, все это выше человеческого понимания! Возможно только одно объяснение: военный путч уже подавлен…

— Да, так, надо полагать, и есть, — сказал Брентен, тяжело опираясь на руку сына; от бесконечной беготни у него распухли ноги. — Очевидно, достаточно было всеобщей забастовки, чтобы сломить хребет путчистам.

— Жаль! — сказал сын.

Они поднялись по Кайзер-Вильгельмштрассе и вышли на Хольстенплац. Мимо прогрохотал грузовик с ярко светящимися фарами. В двух-трех метрах от них машина остановилась. Несколько мужчин соскочило и направилось в ближайший трактир. Но что это? У них как будто винтовки!

— Гляди, папа, у них оружие, — сказал Вальтер.

— Вижу, — откликнулся Брентен, и в голосе его прозвучало удивление.

— Привет, Вальтер! — Человек с карабином через плечо подошел к Вальтеру. — Надеюсь, нынче ночью ты не собираешься завалиться спать?

Тимм? Да, это он — токарь Эрнст Тимм!.. С винтовкой через плечо!

— Эрнст! Откуда у вас оружие? Мы с отцом целый день носимся и… и ничего не получили.

Тимм звонко рассмеялся.

— Сами виноваты: не надо было ждать, пока вам его поднесут.

Он пожал руку Брентену, потом Вальтеру. Радостно было смотреть на него! Все в нем смеялось! Синяя морская фуражка шла к нему как нельзя лучше.

— Товарищи из Легердорфа нуждаются в нашей помощи. Одно из соединений фрайкора заняло город и преследует рабочих тамошнего цементного завода: сами они не справятся с этими бандитами. Как ты? Поедешь с нами?

— А можно? — спросил Вальтер.

— Этот отряд подчинен мне. Если ты не прочь под моей командой…

— Еще бы! Я готов, Эрнст!

Карл Брентен неуверенно улыбнулся.

— Ну, ну, так вот сразу, сломя голову? — проговорил он. — Среди ночи? — Но не успел он оглянуться, как мотор уже вновь зарокотал. Вооруженные рабочие быстро взобрались в кузов. Вальтер стоял среди них.

— Сынок! — крикнул Брентен и, тяжело ступая, бросился к грузовику. — Сынок, ты еще там простудишься!

Но машина уже тронулась и, быстро набирая скорость, точно светлое пятно в ночи, понеслась по темному асфальту Хольстенплаца.

IV

— С винтовкой умеешь обращаться? — спросил Тимм.

— А как же! — ответил Вальтер, вспоминая наставления отца.

— Дайте ему карабин!

Вальтер глубоко перевел дыхание. Никогда в жизни не держал он в руках оружия, настоящего оружия. Кто-то протянул ему две горсти патронов, и Вальтер рассовал их по карманам куртки.

Ух, как они неслись по темным, безлюдным улицам — только ветер свистел в ушах. «Жаль, что у меня нет такой вот синей фуражки», — думал Вальтер. Среди товарищей на грузовике он один был без шапки. Неуверенным движением он перекинул винтовку через плечо. И сразу почувствовал себя взрослым. От карабина, казалось, исходила магическая сила. Вальтер с независимым видом озирался по сторонам. Теперь он ничуть не хуже любого из товарищей, стоящих рядом. Он смотрел на дома, мимо которых они проезжали. Кое-где в окнах еще горел свет. Люди сидят за столом или спят в своих постелях. Он же, с винтовкой через плечо, мчится в ночи — солдат революции! В такой винтовке таилась сила, с винтовкой в руках можно добиться своего.

Эрнст Тимм протиснулся к Вальтеру.

— Ты теперь у Блом и Фосса работаешь?

— Да, там… Целый день мы с отцом носились по городу, но оружия так нигде и не выдали.

Завизжали тормоза; людей на грузовике сильно тряхнуло, швырнуло друг на друга, и машина резко остановилась. Что там такое?..

На шоссе стояло несколько темных фигур. Тимм соскочил с машины и стал тихо о чем-то переговариваться с ними. Потом вдруг скомандовал:

— Установить пулемет!

Вальтера оттолкнули в сторону, несколько пар рук подняли пулемет и установили его на крыше шоферской кабины. Два-три точных движения — и пулеметная лента вставлена. Тимм сел впереди, рядом с шофером; Вальтер слышал, как он сказал на прощанье людям на шоссе:

— Ладно, ладно, товарищи!

И машина помчалась дальше.

— Это эльмсхорнцы. Они сообщили, что здесь в окрестных имениях так и кишит проходимцами, проклятыми ландскнехтами.

— Эльмсхорнцы начеку! Молодцы! Они издавна славятся хорошей партийной организацией.

— Да, да, они сказали нашему командиру, что город в их руках, но возможны ночные налеты из Квикборна. Есть сведения, что туда стянуто несколько соединений фрайкора.

— Нам хотя бы одну такую банду расколошматить!

— Не спеши, дружок! Еще навоюешься!

Перед самым въездом в город машина еще раз остановилась. У кабины шофера выросли две фигуры и тут же исчезли. Грузовик медленно пересек город. На улицах — ни души. В окнах небольших домиков — ни огонька. Свет фар вырывает из темноты группы домов, одну за другой. Кажется, будто снопы яркого света ощупывают улицу то справа, то слева.

Машина опять остановилась. На этот раз остановка длилась несколько дольше — человек, приблизившийся к шоферской кабине, долго и придирчиво проверял документы Тимма.