Сыщик мафии

Круглолицый капитан восседал на рабочем месте в куртке и шапке.

– У вас что, отопление не работает? – пошутил Матвей.

– Сейчас такая зима, что оно и не нужно, – не принял шутку полицейский. – А вообще, я собирался уходить.

– Я не вовремя? – расстроился Матвей.

– Для нас такого понятия нет, – грустно усмехнулся участковый. – Сегодня за ночь два раза будили… А вы по какому вопросу? – спросил он, поднимаясь.

– Мне нужно пообщаться с Доброходовой Надеждой Константиновной.

– А вы что, сотрудник? – переменился в лице участковый и снова сел.

– Абсолютно нет, но ваши коллеги из ГУВД попросили сообщить о результатах моего визита сюда.

– Ко мне? – ткнул себе в грудь капитан.

– Нет, к Доброходовой.

– А я при чем? – удивился капитан.

– Вообще-то меня интересует ее сын…

– Документы. – Лицо капитана сделалось строгим.

– Пожалуйста. – Матвей достал новенькое удостоверение частного сыщика.

– Развелось вас, – недовольно пробурчал капитан. – Тоже из бывших?

– Почти, – уклончиво ответил Матвей.

– Из конторы?

– Угу, – пряча корочку, соврал Матвей, хотя под понятием «контора» полицейский мог иметь в виду не только ФСБ, но и службу собственной безопасности. По сути, он его не обманывал, поскольку ГРУ тоже отдельное «царство».

– И что сын? – Капитан расстегнул верхние пуговицы куртки, ослабил галстук.

– Сын не платит алименты своей бывшей жене, – следя за выражением лица участкового, ответил Матвей.

Говорить правду не входило в его планы. Не исключено, что ищейки Шатуна уже побывали здесь и он сообщит им о его появлении. И не потому, что заплатили, хотя это тоже возможно, просто люди Шатуна наверняка либо пришли по звонку сверху, либо представились сотрудниками.

– Странно, – повеселел полицейский. – Если его жена позволяет себе нанять частного сыщика, то зачем ей жалкие копейки?

– А она меня не нанимала, – продолжал на ходу сочинять Матвей. – Я – ее родственник. Работы нет, за услугами обращаются крайне редко, вот и решил помочь племяннице.

– Врешь! – неожиданно резко произнес капитан.

– Почему так решил? – тоже перешел на «ты» Матвей.

– По кочану! – буркнул тот. – Сначала о моих коллегах стал сочинять, потом вдруг говоришь, что родственница попросила.

– Так оно и было, – кивнул Матвей. – Сам знаешь специфику нашей работы, нам без вас никак. Вот и я обратился к своим знакомым из ГУВД. Они сказали, подойди, мол, к участковому, если что не так, а будет отказывать в помощи, звони.

– Не пойму, зачем мне с тобой тащиться? – уныло проговорил капитан.

– Думаешь, она меня в дом впустит? – размышляя, какой еще аргумент привести, чтобы вынудить участкового пойти с ним, спросил Матвей.

– А ты пробовал войти? – выжидающе уставился на него капитан.

– Пробовал, – подтвердил Матвей. – Не открывает. И соседка говорит, что уже несколько дней ее не видела…

– Да? Так завтра еще раз зайди.

– Мне делать нечего через весь город мотаться! – возмутился Матвей.

– Мне тем более все равно, – хмыкнул капитан. – Ты решил денег срубить, срубай. Мне за это не платят.

– Так я сейчас с официальным заявлением пришел…

– С каким?

– Человек пропал.

– А ты кто такой, чтобы заявление делать?

– В смысле? – растерялся Матвей.

– Близкий родственник, опекун… Ну?

– Запах там нехороший от двери идет, – соврал Матвей, неожиданно вспомнив, что на площадке действительно неприятно пахло. – В общем, ты как хочешь, а я поехал.

– Погоди! – остановил его участковый. – Со мной пойдешь.

Добрый выл, пока не провалился в забытье, из которого вынырнул, как только снова распахнулись двери.

Слесарь втащил в кладовую кусок полиэтилена и бросил на пол. Оглядевшись, поднял колесо, на котором недавно сидел, положил его на стеллаж. Потом поддел ногой тормозную колодку, передвинул заваленный каким-то тряпьем ящик. Оглядевшись, удовлетворенно хмыкнул и стал разворачивать целлофан.

– Зачем? – Добрый не узнал своего голоса.

– Чтобы после тебя полы не мыть, – спокойно объяснил Слесарь.

Он разложил наконец пленку и стал загибать края на стены.

– Что ты собираешься делать?

– Башку тебе отрежу. – Слесарь сказал это таким тоном, будто собирался отпилить кусок доски, а не человеческую голову.

– Ты в своем уме?!

– Конечно. Вот если бы я тебя отпустил, да еще деньги отдал, то ты бы меня точно сумасшедшим посчитал.

– Нет, – замотал головой Добрый. – Нет… Ты что?

Слесарь встал на середину подстилки и показал себе под ноги пальцем:

– Давай, переползай сюда!

– Нет! – выдохнул со слюной Добрый, вжимаясь спиной в колеса.

– Времени мало, – поторопил Слесарь. – Мне еще помыться нужно будет, а потом вас прятать.

– Кого нас? – захрипел Добрый.

– Тебя, «жмура» твоего, который в багажнике, и Болта…

– Какого Болта? – простонал Добрый.

– Дружка моего, – пояснил Слесарь. – Или ты думал, я с ним деньги поделю?

– У-уу! – завыл Добрый, чувствуя, что теряет рассудок.

Неожиданно Слесарь шагнул к Доброму, присел на корточки и дружески потрепал его по щеке:

– Скажи напоследок, а под кем ты ходишь?

– Как под кем? – сквозь слезы простонал Добрый. – Сам по себе. Я машины угоняю…

– Угонщик, значит, – отчего-то обрадовался Слесарь. – А кто тебе эту поручил угнать?

– Никто. Я случайно…

– Вот, значит, в чем дело! – воскликнул Слесарь и выпрямился.

– Я их Маляру сдавал, а дальше уже он ими занимался.

– Нехорошо красть машины, – задумчиво потер подбородок Слесарь.

– Больше не буду! – провыл Добрый.

Но Слесарь, не слушая его, вышел. Добрый встал на колени и, мелко перебирая ногами, засеменил следом. Пленка стала сминаться и собираться в волну, и он, споткнувшись, полетел вперед, со всего размаху врезавшись в бетонный пол лбом. Странно, он даже не почувствовал боли, наоборот, встряска придала сил. Добрый неожиданно легко оказался на ногах. В два прыжка оказавшись у дверей, выглянул в мастерскую. Сердце екнуло, там никого не было. Он перешагнул через порог и устремился к выездным воротам. Они, как выяснилось, закрывались изнутри на металлический засов. Добрый присел на корточки и лбом сдвинул его. Толкнув плечом калитку, выбрался из мастерской и устремился к дороге.