Сыщик-убийца

— Выпей, мой дорогой, — сказала она.

Больной улыбнулся и едва слышно прошептал:

— Благодарю.

Он с жадностью выпил поднесенное лекарство.

Питье, прописанное Этьеном, сейчас же произвело свое действие. Абель, казалось, несколько окреп: лихорадочный огонь в его глазах погас, он приподнялся сам, почти без усилий, и, взяв за руку сестру, прошептал:

— Берта, как ты добра!

Эти простые слова вызвали слезы матери и дочери.

— Вы плачете, — печально сказал Абель, — отчего?… Разве я чем-нибудь огорчил вас?

— Ничем, мой дорогой, — ответила Берта, вытирая глаза и целуя больного. — Ты ничем не можешь нас огорчить, но мы печалимся из-за твоих страданий.

Абель сделал отрицательный жест.

— Успокойтесь, я совсем не страдаю. С тех пор, как доктор почти вылечил меня от кашля, я чувствую себя гораздо лучше и, наверное, скоро поправлюсь… Поэтому вытрите глаза и подойдите поцеловать меня.

Бедная женщина медленно и с трудом поднялась и, подойдя к сыну, наклонилась над ним.

Берта сделала то же.

Абель обнял обеих и, притянув их головы к своему лицу, поцеловал, затем вдруг заплакал.

Анжела вырвалась из его объятий.

— Ты утомляешь себя, — сказала она, стараясь говорить твердым голосом. — Не забывай, что доктор предписал тебе покой. Будь благоразумен!

— Да, да, это правда. Я буду послушен… я хочу скорее вылечиться, — прошептал больной, опуская голову на подушки.

После нового приступа кашля, от которого на губах его выступила кровавая пена, он спросил:

— Доктор придет сегодня, не правда ли?

— Да, ответила Берта, — он должен скоро прийти.

— Как он добр!

— Да, добр и великодушен, — сказала мадам Леруа. — Он поступает как старинный друг.

Берта молча опустила голову, чувствуя, что краска выступила у нее на щеках.

Абель продолжал:

— Как мы заплатим за его услуги?

— А! — воскликнула Берта с невольной страстью. — Не заботься об этом!

— Мы теперь так бедны. Вот уже два месяца, как я ничего не зарабатываю. Мы скоро проживем все, что было отложено… Наступит нищета…

На глазах Абеля снова показались слезы.

— Ты ошибаешься, дитя мое, — сказала мать. — Правда, наши деньги подходят к концу, но все-таки у нас есть еще немного. Кроме того, у нас осталось несколько золотых вещей, продав которые, мы проживем до твоего выздоровления.

— Ваши золотые вещи! — повторил больной. — Не говорите об этом, матушка. Это все, что у вас есть. Что будет с вами, если я умру?

— Умрешь! Ты? Мой Абель!… — вскричала, вздрогнув, мать. — Не говори этих слов! Не говори никогда, если хочешь, чтобы я жила!… Они убивают меня!

— Брат, прогони эти печальные мысли, которые приносят тебе только страдания. Я могу заработать достаточно для всех. Если ты даже выздоровеешь нескоро, то все-таки у нас не будет ни в чем недостатка. А доктор Этьен обещал вылечить тебя. Он честный и благородный человек и подождет платы. Поэтому будь спокоен и думай только об одном: ты скоро поправишься и будешь здоров, как прежде.

Абель печально покачал головой.

— Разве ты не надеешься выздороветь? — спросила Анжела, сердце которой сжалось.

— Я думаю, мама, что да. На все воля Божья. Я буду жить, если Он захочет, чтобы я жил.

Больной в первый раз высказывал сомнение. Мать и сестра с трудом удерживались от рыданий.

Абель закашлялся еще сильнее. На его висках выступил холодный пот, а на губах показались капли крови.

— Проклятый кашель, — прошептал умирающий. — Когда он кончится?

Мадам Леруа закрыла лицо руками.

«Боже мой! — думала она. — Мы можем надеяться только на тебя! Сжалься над нами!»

Бедная женщина начинала понимать, что ее сын может умереть с минуты на минуту.

Она знала, что он очень болен, но до этого дня все еще боялась этой очевидности, желая верить в возможность выздоровления. Но теперь все иллюзии рассеялись, и ужасная истина явилась несчастной.

Берта уже давно знала истину, но находила в себе силы скрывать горе.

У двери послышался звонок.

— Это доктор, — сказала Берта, вздрогнув, довольная, что его приход прекратит тяжелую сцену.

Посетитель был действительно Этьен Лорио.

— Как я рада вас видеть, Доктор! — прошептала она. — Мы с матушкой ждали вас.

— Разве со вчерашнего дня произошло что-нибудь новое в состоянии нашего дорогого больного? — спросил он взволнованным голосом.

— Нет, он почти в том же состоянии. Но слабость увеличивается, и приступы кашля становятся чаще и продолжительнее. Кажется, брата оставила твердость. Я боюсь, что он чувствует себя очень плохо… Мужество изменяет и мне, доктор. Я не могу видеть, как плачет мать! Смерть Абеля убьет ее!…

Берта замолчала, задыхаясь от рыданий.

— Умоляю вас, успокойтесь! — прошептал доктор.

Он был взволнован.

— Катастрофа неизбежна, я не имею права скрывать от вас этого. Но мы сделаем все возможное, чтобы последствия удара были не смертельны для вашей матери. Нет ли какого-нибудь средства удалить ее на несколько дней?

— О! Пожалуйста, не предлагайте ей этого, так как она поймет, что для брата нет надежды. Кроме того, она ни за что не согласится расстаться с умирающим сыном.

— Бедная мать! — прошептал доктор.

— Да, бедная мать! — повторила Берта. — Вы правы, она ужасно страдает. Боюсь, когда Абель умрет, она сойдет с ума от горя или умрет, и я останусь одна… одна в целом свете!

Этьен готов был упасть на колени и закричать: «Разве вы не знаете, что я люблю вас? Неужели вы не знаете, что я хотел бы заменить для вас весь свет?»

Но, видя ужасное горе Берты, он не решился выдать ей тайну своего сердца.

— Вы не останетесь одна… Вы не останетесь одна до тех пор, пока я жив. Вы видите во мне преданного друга… Неужели вы в этом сомневаетесь?