T-human VI

Мы одиноки. И мы в ответе за то, что творим с этим миром.

Гибкость восприятия

Любое чувство может быть компенсировано усиленной работой остальных рецепторов. Мы крайне лабильно приспосабливаемся под неудобства, вырабатывая уникальные методы противостояния трудностям. Человеческая психика меняется, в зависимости от условий среды. Мы можем менять взгляды и позиции, совершенствовать мировоззрение и становиться лучше. В процессе эволюции человека, как вида, мы наблюдаем совершенствование мозга, развитие когнитивных функций. Мы становимся чем-то большим, нежели человек и все благодаря толерантности к новому опыту, выносливости и умению настоять на своем.

Мы можем терпеть лишения, выполнять сложную работу, искать выход в тупиковых ситуациях. Мы достаточно долго отказывались от гелиоцентрической системы, путем многих жертв доказали, что Земля круглая. Мы поражаемся тому, как преследовали первых хирургов, которые были вынуждены тайно расчленять трупы, пытаясь помочь нуждающимся. И сегодня ситуация остается прежней.

Нам не хватает смелости отказаться от стереотипов. Воспринимать тело лишь как временную оболочку. Нечто такое, что можно изменить, адаптировать, усовершенствовать. Мы боимся правды, открытости, чистоты информации. Нам приятно жить в мире иллюзий и это устраивает наше сознание. Но это делает нас закрепощенными, ригидными и хрупкими.

Оставаться гибкими, голодными к знаниям и изменениям. Только это поможет человеку не умереть. Но воспользуемся ли мы этим, или продолжим жить в эпохе мракобесия – зависит только от нас.

Двоякое отношение

Прогресс направлен на совершенствование человека. Мы пользуемся лишь лучшими решениями и позволяем себе жить более качественно, успешно, удобно. Наш комфорт становится базовой ценностью. Наши желания – исполняются мгновенно. Мы стремимся к самореализации любой ценой, и забываем следить за тем, как увеличивается наш эгоизм. Но технологии не всегда будут поддерживать человека. И даже сейчас мы наблюдаем картину, когда в погоне за новым аксессуаром, человек жертвует элементами быта. Классическим примером может выступать фанат «мощного железа», поклонник киберпанковой субкультуры.

«Low life, high tech» вот основной девиз таких людей. Не важно, где я живу, что ем, как выгляжу и во что одет. Смысл имеет лишь удовлетворение физиологических потребностей и возможности, которые дарит технология. Но насколько реален мир, в котором большинство исповедует подобные ценности? Более, чем это можно ожидать. Сейчас разница между бедными и богатыми – практически невелика. И те и другие имеют одно свойство, характерное для всех людей на планете. Свойство умирать. Не важно, сколько денег, все равно в могилу с собой их не заберешь. Именно эта цитата позволяет маргиналам радоваться статусу, вести гедонистический образ жизни и наслаждаться удовлетворением потребностей. Но уже сейчас рассматриваются и научно обосновываются гипотезы, касательно радикального продления жизни. Плюс 5-10 лет, это небольшой срок, ради которого не каждый откажется от сигарет, алкоголя и вредных привычек. Пятнадцать лет, это если еще и заниматься спортом. Двадцать-тридцать, если рискнуть принимать массу препаратов, регулярно обследоваться, следить за давлением, уровнем сахара, контролировать калории и при этом рисковать умереть от побочных эффектов. Пока еще каждый прожитый год слишком «дорог» для тех, кто разучился «работать».

Но передовые препараты, проверенные протезы, современны имплантаты и датчики, позволяют прожить дольше, всего лишь потратив сумму денег не меняя при этом стиль жизни. Человек приближается к моменту, когда будет способен «купить бессмертие». И плата за это будет велика. Правда, относительно недолго, если закон Мура будет продолжать работать.

Те, кто привык к «аскетизму», кому не чуждо желание «встраивать в тело железки» и совершенствовать себя, словно кусок мяса, вполне вероятно войдут в первые ряды «бессмертных». Чистый фанатизм. Им даже деньги тратить не придется, так как подобные энтузиасты с радостью войдут в «экспериментальную группу» только ради идеи.

Что мы имеем в результате? Те, кто привыкли к смещенному акценту не в сторону своего тела, а в сторону расширенных возможностей, с радостью примут грядущие изменения. За ними последует класс наиболее обеспеченных, и лишь потом технологии будут доступны широкой аудитории. Вопрос только в том, доживут ли последние до момента, когда новый чип будет в силах предоставить долгую жизнь?

Мы можем презирать бессмертие, утверждать, что не боимся умереть. Но на деле, мы ведем себя абсолютно противоположным образом, трясясь за жизнь, ругая докторов и глотая таблетки. Лицемерие, как никогда, угрожает нам смертью из-за собственной глупости. Допустим ли мы это? Зависит от нас.

Дефицит интеллекта

Существует масса самых различных теорий и концепций касательно того, что мы можем называть интеллектом. Кто-то указывает на него, как на способность обрабатывать информацию, кто-то говорит, что интеллект это свойство, присущее высокоразвитым существам. И это только верхушка айсберга. Но наиболее широким и объемным определением интеллекта выступает то, в котором интеллект позиционируется как высший инстинкт. Это не голод и не желание отдыхать, хотя общие черты, как у инстинктов, так и у интеллекта, прослеживается в желании. Желании использовать, потреблять, поглощать. И неважно ради чего, размножения, отдыха, выживания или существования. Сам градус стимула определяет величину интеллекта. Хотим мы познавать, использовать, трансформировать реальность, мы вынуждены понимать ее, что бы свершить успешное действие.

Интеллект подобен силе. Чем чаще мы его используем, тем лучше он становится (при условии грамотной поддержки и подпитки во время отдыха). Но как часто в современном мире мы вынуждены прибегать к осмыслению? Поводов для этого – масса. Но наше желание, культурные и социальные особенности, специфика сознания – не дают возможности понять мир. Мы привыкаем лишь пользоваться готовыми формами и паттернами. Не понимая сути, не напрягая мозг, мы лишь потребляем готовый продукт.

Готовы ли мы к чему-то большему? Да. Мы были готовы развиваться еще тогда, когда впервые увидели линию горизонта. Возможно ли это совершать в условиях реального мира? Безусловно. Развивать интеллектуальные возможности, или допустить их полное нивелирование, всегда будет зависеть только от нас.

Дефрагментация разума

Будучи постоянно голодным, человек вынуждено приобрел инстинкт к поглощению и усвоению всего, что повстречается на его пути. Не важно, какой вид ресурса. Мы желаем большего, мы стремимся к большему. Но это «большее» существует только в пределах нашего сознания. Иными словами – мы готовы совершенствовать то, в чем разбираемся. То, что знаем. Именно поэтому, жители античного мира верили, что полеты возможны на огненных колесницах. Именно поэтому мы сегодня верим в то, что освоение других галактик будет происходить путем использования огромных крейсеров. Мы используем старые знания, экстраполируем их и полагаем, что полученный результат – верный.

Собирая информацию и усваивая опыт, мы буквально наполняем себя изнутри. Наш разум превращается в огромную комнату, которая постепенно заполняется хламом. У нас могут быть обрывочные представления о мире, различные (смешанные) мировоззрения, остатки подростковых фантазий и грез. Не говоря уже об частичных и обрывочных идеологических моделях, предрассудках и стереотипов. И единственный вопрос, который мы можем себе задать, это вопрос, касающийся рациональности того, чем мы обладаем.

Прекрасно, когда человек верит в идеалистическую картину мира. Великолепно, если это способствует его развитию, а позднее и развитию мира. Утверждаясь в плодах своего созидания, мы приобретаем статус высшего существа. Свободного. Независимого. Значимого.

Совсем другой результат мы наблюдаем, когда человек, веря в исключительность своих убеждений, совершает преступления против природы. Фанатизм, доведенный до абсолюта, скорее разрушителен, нежели «создающий». Но что остается делать нам среди запутанных идеологий, потоков пропаганды и манипуляций? Думать.

Использовать орган, лежащий в основе эволюции. Безусловно, это сложно и затруднительно для каждого из нас. Упорядочивание информации, взвешивание поступков и стремление к объективной оценке – все это требует огромных интеллектуальных ресурсов. Можем ли мы их предоставить? Да. Достаточно ли мы мотивированы для этого? Сложный вопрос.