Тактик

Он жестом предложил своим гостям сесть. Чжоу Эньлай, еще не пришедший в себя после заданной ему Мао Цзэдуном трепки, мешком плюхнулся на стул, но Мао отрицательно покачал головой.

— Садитесь, товарищ Мао, — с еле заметным раздражением произнес Сталин. — Сидеть, товарищ Мао, удобнее, чем стоять.

Но Мао Цзэдун снова упрямо мотнул головой, потом поклонился, и произнес неожиданно:

— Ниет! Я ние сцядьте!

Затем быстро зашептал что-то переводчику, и тот заговорил:

— Товарищ Сталин, товарищ Мао Цзэдун говорит, что в присутствии Великого Вождя, кто подобно солнцу обогревает, точно лучами, своей заботой весь мир, он, ничтожный червь, скорее задушит себя своим собственным дыханием, чем уподобится обезьяне или псу, только и помышляющих о том, куда бы уместить свой зад, ибо…

Сталин усмехнулся и поднял руку:

— Достаточно, достаточно. Скажите товарищу Мао, что если ему удобнее стоять, пусть товарищ Мао стоит. А теперь давайте перейдем к конкретным вопросам…

Газета «Ёмиури симбун» [139] :

«Плодотворная работа делегации посланников Божественного Тенно в Москве завершилась к обоюдному удовлетворению сторон.

Советская Россия преисполнилась благодарности к Сыну Неба, милостиво повелевшему пересмотреть итоги мирного договора в Портсмуте и договора в Санкт-Петербурге [140] . В ответ на щедрое предложение, проистекающее от милосердного сердца Божественного Императора, лидер Советской России Сталин трижды облобызал руки портрета Сына Неба и предложил максимально увеличить поставки тех товаров, которые правительство Божественного Тенно сочтет необходимыми для процветания Империи и в должных количествах.

139

Старейшая (1874 г.) газета Японии. Является официальным органом правительства Японии.

140

Санкт-Петербургский договор (1875 г.)между Россией и Японией передавал России весь остров Сахалин, в обмен на все 18 Курильских островов, передаваемых Японии. Портсмутский мирный договор формально денонсировал решения Санкт-Петербургского договора

Всемерно заботясь о благосостоянии и процветании своего народа, Император повелел упразднить префектуру Карафуто [141] , в связи с передачей ее Советской России. Поданные Божественного Тенно будут перевезены на Хоккайдо. Тем же из поданных, которые пожелают остаться, Сын Неба посылает свое благословение и выражает свое благоволение.

В связи с пересмотром договора в Санкт-Петербурге, Сын Неба извещает своих верноподданных, что острова Оякоба, Сиринки-то, Маканру [142] , Онекотан и Эторофу [143] передаются Советской России, а острова Парамусиру, Симусиру и Сикотан-то находятся в совместном управлении Империи и Советской России. Так же Советской России предоставляется право выбрать два или три из островов Хабомаи в зависимости от площади для устройства там поселений и военно-морских крепостей, направленных на защиту обеих держав. Также Божественный Тенно предложил России использовать уже имеющиеся крепости для размещения своих кораблей.

141

Японская префектура в Южной части острова Сахалин, возникшая после Русско-японской войны.

142

Японские названия островов Атласова, Анциферова и Маканруши.

143

Японское название острова Итуруп.

Огорченный слабостью сил флота своего нового союзника, Божественный Император повелел построить на Императорских верфях два новейших линейных корабля для Советской России. Восхищенный и подавленный щедростью этого дара, премьер Сталин распорядился об ответном даре — продуктах питания, лекарствах, топливе, стали и вооружении на сумму четыре миллиарда йен. Первые транспорты были загружены в Дайрене и Владивостоке тогда, когда набирался этот номер.

Испытывая чувство глубокой благодарности от милостей, столь щедро излитых на нее милосердной рукою Сына Неба, премьер-министр Советской России Сталин выразил всемерную готовность оказать помощь доблестным Императорским войскам в деле установления мира и спокойствия в Маньчжоу-го и немедленно распорядился послать свои лучшие военные части на территорию союзника Божественного Тенно. Сейчас войска северного союзника Сына Неба уже вошли в Харбин и Мукден, сменяя непобедимых воинов Императорской армии.

Кроме того Советская Россия немедленно объявила войну бандам гоминьдановцев, терроризирующим Китай. Вслед за этим войну Гоминьдану объявили коммунисты Китая, сраженные великой милостью Божественного Императора и мечтающие о его благосклонности. Руководители Китайской Коммунистической партии Мао Цзэдун и Чжоу Эньлай, пылая священной жаждой заслужить милость Божественного Тенно, раскаялись в прежних своих связях с бандитами и возглавили те силы, что проявляют благоразумное почтение к культурной и просветительской миссии Императорской армии на континенте».

На лавочке под старым кривым вязом сидел и задумчиво смотрел куда-то вдаль молодой бритоголовый парень. Бело-голубая тенниска в полоску чулком обтягивала его могучие, налитые плечи а тонкие но сильные пальцы небрежно держали сегодняшний выпуск газеты Гудок.

Несмотря на возраст, была в парне и мощь и уверенность а в глазах то и дело мелькали задорные искорки, и если бы не сидящая радом юная красотка в лёгком ситцевом платье сновавшие по проспекту девицы, стрелявшие взглядами в сторону парня уже давно бы сделали попытку познакомиться.

— Тебя-то каким боком? — Негромко спросил Артём [144] сидевшую рядом девушку, которая сидела рядом с видом довольной кошки, и грелась на солнышке.

— Приказ. — Лаконично ответила Евгения [145] , и поправила челку, которая всё время норовила скатиться на глаза. Затем подсела ближе и положив руку на плечо Артёма, чуть наклонилась вперёд выгнув грудь вперёд. — Не слышал, что по распределению? Говорят «Бэ — первую» направят в распоряжение Главупра.

144

Артём Сергеев — Сын известного революционера Артёма — приёмный сын Сталина.

145

Евгения Кострикова — дочь Сергея Мироновича Кирова в РИ — капитан Кострикова командовала танковой ротой.

— Слышал, но думаю туфта. — Артём улыбнулся, и взял левой рукой Евгению за руку с таким видом, словно признавался в любви. — «А — вторая» сейчас на практике в НарКонтроле, а первая шустрит где-то на юге.

— Право шесть, серый пиджак кепка и портфель. Рисует нас уже секунд тридцать. — Евгения не отрывая взгляда от Артёма, чуть отодвинулась и раскрыла небольшую изящную сумочку, чтобы достать круглую заточенную по краям стальную пластину, отполированную до зеркального блеска. Посмотрев в своё «зеркало» она положила пластину в небольшой кармашек на боку сумки, чтобы при необходимости мгновенно воспользоваться этим оружием.

— Понял. — Артём достал из кармана штанов часы-луковицу и открыв, несколько секунд изучал соглядатая в отражении крохотного зеркальца на обратной стороне крышки. — Кстати, у ларька с мороженным товарищ Бажуков лично, с какой-то девицей.

— С какой-то! — Евгения фыркнула. — Веру-Тень не узнал? Она в модификаторах. Скулы подняла, нос вздёрнула и веснушки положила. Канает под деревню. Внимание, пиджак начал движение!

— Здравствуйте молодые люди. — Подошедший присел на скамейку и коснулся пальцами козырька кепки. Замечательная погода!

— И вам не хворать, уважаемый. — Артём услышав кодовую фразу с которой должен был подойти сотрудник МУРа подобрался. — Как дела у кошачьих?

— Мурчим потихоньку. — Мужчина улыбнулся. — Значит так. Войдёте в подворотню, там небольшой флигилёк во дворе. На первом этаже двое. Вооружены револьверами. На втором трое, но вас они не касаются. О них позаботятся другие. Из кухни ведёт лесенка в подвал. Там две комнаты. Будет не менее шести человек, все вооружены. Из дальней, ещё один спуск и ведёт он в подземный ход, который соединяется со старой ливневой системой, и если что, они уйдут с концами. Ваш командир сказал, что вы можете взять кое-кого живьём, но в принципе, острой необходимости нет. Но вот если всё же получится. — Оперативник достал из портфеля газету, и развернув её показал фотографию мужчины лет сорока с тяжёлым пронизывающим взглядом. — Остальных в расход.

— Спасибо, мы учтём. — Артём, коротко кивнул, встал и подав руку помог подняться своей спутнице.

Невзрачное строение из красного кирпича стояло во дворе большого дома и вплотную примыкало к куче разнокалиберных сараев. Ворота и забор дома были давно разобраны, и Женя, побродив по двору, подошла к дверям.

— Есть кто? — Она несколько раз стукнула в дверь.

— Чего надо? — Раздался хриплый мужской голос.

— Это дом шесть? Инспекция ГлавСанКонтроля. — Евгения покопалась в сумочке и достала слегка потёртую коричневую книжечку удостоверения. — Открывайте гражданин. Иначе с милицией приду.