Там, где дым
Шрифт:
– Украденном?
– Нет.
– Тогда в чем дело?
– Я хочу знать, был ли он здесь в воскресенье ночью.
– Какой автомобиль?
– Синий «Бьюик», микроавтобус.
– Какого года?
– 1971 года. Принадлежит женщине по имени Натали Флетчер.
– Знаем-знаем. Клеопатра.
– Значит, вы ее знаете?
– Кто ж ее не знает? Психическая она.
– В воскресенье ночью ее машина стояла здесь?
– Каждую ночь стоит. Она у нас ее оставляет. То есть оставляла. На улице здесь машину бросать не рекомендуется. Снимут приемник, колеса и аккумулятор. Всю раскурочат.
– Вы сказали, что она оставляла ее у вас...
– Да. Она
– В котором часу это было?
– Сразу за полночь. Я заступаю в одиннадцать – и до восьми утра.
– Когда она пришла забрать машину?
– Около семи тридцати. Проверила, все ли на месте, и укатила.
– Она не сказала, куда отправилась?
– Нет. Просто сказала, что сваливает.
– Номер машины у вас не записан?
– Был записан на ярлычке с дубликатом ключей, – сказал он. – Я выбросил ярлычок, когда она забрала машину. Начинался он с 83L. Обычно номера я запоминаю по первым трем буквам или цифрам. Так я обозначаю их на доске – на тот случай, если кто-то попросит, чтобы машину отогнали или доставили. У нас здесь люди не любят отходить далеко от дома. Звонят мне по телефону, просят отогнать машину в гараж, я записываю первые три знака номера на черную доску, и Фрэнк – вот он, моет там машину – отгоняет машину в гараж или, наоборот, доставляет к дому. Иногда люди приезжают домой поздно, запирают машину и оставляют на улице у входа в дом, а потом звонят мне из квартиры. У нас есть дубликаты ключей. Так что Фрэнк бежит туда, садится в машину и отгоняет в гараж целую и невредимую. Есть чему удивляться, но пока еще в нашем поганом околотке живет довольно много народу. Как по-вашему, сколько машин обычно набирается у нас ночью?
– Сколько?
– Сто двадцать две. Это очень неплохо, согласны? То есть для этого поганого околотка. У нас стоят четыре «Кадиллака». Просто трудно поверить: целых четыре «Кадиллака»!
– А тот ярлычок – вы не могли выбросить его в эту мусорную корзину?
– Какой ярлычок?
– Ну, на котором вы записали номер машины.
– Ах да. Конечно же, бросил в корзину. Но, по-моему, ее вытряхивали уже.
– А не позволите ли мне проверить?
– Как проверить?
– Могу я заглянуть в мусорную корзину?
– Конечно, будьте любезны, – сказал он. – В одном я уверен, номер начинается с 83L.
– Ваша газета вам еще нужна?
– Я не дочитал ее.
– Я не хочу перепачкать вам пол.
– Поглядите в бочке на улице, – посоветовал он. – В ней найдете что-нибудь подходящее.
Я вышел из конторки и увидел широкую бочку у открытой двери в туалет. Из-под кучи промасленных тряпок я извлек бульварную газетку, принес ее обратно в конторку и расстелил на полу. Приемник снова работал, из динамика звучала музыка в стиле рок. Дежурный не мешал мне изучать мусор – он читал свою газету и слушал радио. Здешний мусор был не такой грязный, как у Натали. Но мне хватило. Добравшись до дна корзины, я вдруг почувствовал благодарность за грязь. До этого никаких признаков ярлычка не наблюдалось, и я уже готов был смириться с тем, что корзину вытряхивали в период между девятью утра и настоящим временем. Но, к счастью, на дне было липкое пятно – сладкое или масляное, – вот к нему-то и прилип крошечный белый ярлычок с бечевкой. Я тотчас вытащил его и осмотрел. Чернила слегка расплылись от соприкосновения с клейкой гадостью, однако надпись читалась ясно.
– Этот номер? – спросил я. – 83L-4710?
– Да. Это он, – ответил
дежурный, не поднимая глаз от газеты.– Номер не был загородным?
– Нет.
Я завернул мусор в бульварную газету, запихнул обратно в корзину, поблагодарил дежурного и пошел к телефону-автомату, висевшему на стене рядом с туалетом. Дверь в туалет была открыта, и вонь мочи давала себя знать, пока я набирал номер двенадцатого участка. Я рассчитал, что Горовиц сейчас должен находиться в участке и останется там до утра – ведь речь шла об убийстве. Дежурный сержант соединил меня с ним. У Горовица был очень усталый голос.
– Дэйв, – сказал я. – У меня есть кое-что для тебя.
– Да, Бен?
– Натали Флетчер, имя на...
– Да?
– Ее адрес был – Оберлин-Кресент, 420...
– Что значит «был»?
– Сегодня утром она выехала.
– Черт, – сказал Горовиц. – А я как раз послал туда О'Нила.
– В ее квартире пусто, там только никчемное барахло.
– Ты там уже побывал?
– Да.
– Бен, по-моему, тебе не следовало делать этого.
– Я знал, что ты пробудешь какое-то время на месте преступления. Я считал, что сэкономлю тебе время.
– Где ты взял ее адрес?
– В телефонной книге. Так же, как ты.
– Да-а, – несколько скорбно протянул Горовиц. – Ну, и что еще?
– Она уехала на синем микроавтобусе, «Бьюик» 1971 года, номерной знак 83L-4710.
– Номерной знак нашего штата?
– Да, Дэйв.
– Хорошо, – сказал Горовиц, – я немедленно займусь этим. – Он помолчал. – Я твой должник.
– Вы нашли отпечатки на подвеске или на ломике?
– Изучаются в лаборатории, к утру у меня что-нибудь будет. А сколько сейчас времени, кстати сказать?
– Четверть третьего, – ответил я.
– У меня чувство, словно я на ногах целую неделю, – проговорил Горовиц. – Еще что-нибудь, Дымок?
– Пока все. Будем держать связь. Да, вот еще что. Эта дама – с причудой. Считает себя Клеопатрой.
– И почему мне так везет на шизофреников? – воскликнул Горовиц.
– Мы еще поговорим, – сказал я.
– Пока, – и он повесил трубку.
Я размышлял, стоит ли дожидаться более подходящего часа для звонка Вайолет Флетчер, но при расследовании убийства фактор времени особенно важен. Отчасти из вежливости, отчасти от нежелания пугать чужих матерей, стучась к ним в двери посреди ночи, я нашел ее номер в телефонной книге, прикрепленной цепочкой к стене, и позвонил. Она ответила на пятый гудок. Голос звучал сонно.
– Алло?
– Миссис Флетчер?
– Да?
– Это лейтенант Смок из департамента полиции, – сказал я. (Ложь.) – Надеюсь, не разбудил вас. Мы расследуем дело об убийстве. Мне поручено навести кое-какие справки. – (Ложь – отчасти.)
Она ответила не сразу. Но, когда ответила, голос ее уже не был сонливым. Зато в нем звучало недоверие.
– Это что? – спросила она. – Звонок из сумасшедшего дома?
– Нет, миссис Флетчер. Это звонок из полиции. Можете перезвонить мне в дежурную по номеру Филдстон 8-0765, – сказал я, прочитав номер телефона-автомата, с которого говорил.
– Ну... Так что вам угодно? – спросила она.
– Хотелось бы с вами побеседовать.
– Говорите.
– А могу я приехать?
– А как я узнаю, что вы на самом деле детектив?
– Миссис Флетчер, – сказал я. – Я покажу вам документы, прежде чем вы пустите меня в квартиру. Или же я буду стоять на лестнице, и мы можем говорить через дверь, если предпочитаете так.
– Как, вы сказали, вас зовут? – спросила она.
– Детектив-лейтенант Бенджамин Смок.