Танар

— Как вообще рождаются танары? — спросила она. — Если отец из касты нарзенцев, а мать была рождена микором, могли ли они родить представителя другой касты? Это же невозможно!

Марта с опаской покосилась на племянницу, опасаясь задать возникший вопрос:

— Ви, ты думаешь, что…

— У меня появились магические способности, которых раньше не было! — пожала плечами девушка. — Не могу это контролировать. Если ты правильно их поняла, то…

Она не нашла в себе силы закончить фразу.

— Ох, детка! — сочувствующе покачала головой Марта. — У представителей одних каст не могут родитьсядругиедети! Ты унаследовала гены своего отца. Из-за меня ты не имела возможности к этому подготовиться. Прости, я и сейчас не знаю, как помочь тебе.

— Шонцы смогут. Наверное. — заметив реакцию тёти, Виолетта спросила. — Почему ты их так не любишь?

— Прежде всего моему народу чужд образ жизни нарзенцев! — сухо пояснила она. — Мы предпочитаем жить в мире и гармонии, а не сражаться и воевать. Пусть и понимаем, что это необходимо. И никого не осуждаем. Но клан Шаонэ причинил зло моим хозяевам. Пусть они ничего не рассказывали, но я умею слушать и читать между строк. И я успела сделать выводы, что твои родители на самом деле хорошие люди. Если шаонцы действительно тебе помогут, я только рада. Но не ведись на пустые обещания. Ты не можешь знать их истинные мотивы.

— Я никому не доверяю, но у меня нет выбора! Они единственная зацепка. Верховный наставник клана когда-то знал моего отца. Кто ещё может помочь разобраться?

— Тогда будь вдвойне осмотрительней! — обеспокоенно посоветовала Марта. — Твой отец в своё время бежал от жизни, частью которой был этот нарзенец. Стоит ли вообще ему доверять?

Виолетта не знала ответ на этот вопрос. В чём-то Марта была права, но она и сама столько лет скрывала правду. Как скрывали родители. Томас необязательно должен оказаться причиной бегства старого друга. Возможно, это родители оказались не на той стороне.

— Не знаю. Мне нужно побыть одной. — Виолетта быстро юркнула к люку, оставив на чердаке тяжёлый груз из вопросов.

Спустившись с чердака, она слетела по лестнице и вырвалась на крыльцо. У подъездной дорожки заметила чёрный патрульный нанобиль. Теперь всё резко изменилось. И она не знала, что с этим делать. Окружающая обстановка душила. Виолетта попятилась к порогу, ощущая, как стремительно теряет контроль. Вместе с участившимся дыханием по венам заструился жар. По стенам и потолку пробежалась лёгкая вибрация. Виолетта застыла, опасаясь сделать лишнее движение. Закрыла глаза и сосредоточилась на собственном дыхании: глубоком и медленном. Старалась следить, чтобы не сбивалось. И постепенно жар ушёл. Вибрация исчезла, оставив напоследок опавшую с потолка штукатурку.

Девушка семимильными шагами поднялась в свою комнату. Забралась под одеяло и какое-то время слушала только бешеные удары собственного сердца. Лоб взмок от пота, но куда страшнее оставаться наедине с собственными мыслями. Виолетта отчаянно искала способ смириться с новой реальностью. Как рассказать Владу о том, что скрывала от них Марта? Хотелось надеяться, что это просто глупая шутка. Но, если подумать, тётя всегда будто не вписывалась в касту микоров. Слишком утончённая, мечтательная и светлая. Чего только стоят идеальные черты лица, так непохожие ни на кого из семьи Марлин. Даже с мамой, которая якобы является родной сестрой Марты, у них нет ничего общего. Насколько Виолетта могла вспомнить.

Нащупав под футболкой цепочку шаонского медальона, девушка продолжала обдумывать то, что узнала. Тонкая цепочка обмоталась вокруг пальца. «У представителей одних каст не могут родиться другие дети. Значит, у меня не может быть силы танаров. Это биологически невозможно. Если только кто-то из родителей не является мне родным. Но ведь это тоже безумие. Я лишь ищу повод накрутить себя ещё больше!»

Оставался единственный вариант — доверять шаонцам. Во всяком случае, пока что. Они обязательно выяснят, что с ней происходит. В конечном итоге Виолетта решила пока ничего не рассказывать Владу. Даже о Марте. Пока сама не разберётся. Возможно, это неправильно, но пусть пока поживёт спокойно. Он и так ходит по краю. И если ступит за грань, обратной дороги уже не будет.

Глава двадцать девятая

Неделю спустя, Танар.

Постепенно дни слились в бесконечный круговорот ожидания и страха перед неизвестностью. От шаонцев пока не было вестей. Зато вспомнил начальник Патрульного участка. Ближе к середине недели он собрал всю группу осуждённых у себя в кабинете, чтобы решить вопрос с отработками. Виолетта не могла сказать, что была рада видеть своих напарников. Да и они явно надеялись, что о них забудут. Если учесть отсутствие в новостях утечек о нападении в Мёртвом квартале, все они молчали. Радовало, что никто не стал делать из них козлов отпущения. Вероятно, патрульные решили попросту замять это дело, воспользовавшись минимальным количеством свидетелей.

Начальник патрульных не стал отвечать ни на какие вопросы. Не поделился, что будет дальше с этим делом. Зато охотно сообщил, что никто не собирается отменять отработки. Каждый отмотает свой условный срок по полной без вычета пролетевших дней. Мужчина без какой-либо учтивости рассказал о нововведениях. Поскольку Мёртвый квартал временно закрыт до окончания следствия, работать им предстоит по всему городу, как было раньше. Сборы теперь будут проходить здесь. Для осуждённых будет выделена временная раздевалка. И уже завтра с утра предстоит выходить на отработки и знакомиться с новым надзирателем.

Наслаждаясь недовольными лицами осуждённых, начальник участка велел всем убираться. Виолетта задержалась, чтобы предупредить об отсутствии Тимура. Мужчина небрежно заверил, что его уже предупредили, и Тимур сможет вернуться к отработкам после выздоровления. Затем нетерпеливо выпроводил девушку за дверь.

Виолетта уже была готова к возвращению на отработки. Двадцать семь дней — довольно долго. Но, с другой стороны, можно притупить тревожные мысли физическим трудом. Ещё появится повод меньше бывать дома. Атмосфера там сейчас слишком давила: быть под прицелом патрульных, напряжение из-за Марты, чувство вины перед Владом из-за тайн, которые они оба так ненавидят. Виолетта чувствовала себя лицемеркой, но не могла иначе. Она обязательно собиралась всё ему рассказать, но искала подходящий момент. Как делала Марта. И это сходство злило ещё сильнее. Девушка даже не думала, что так быстро начнёт понимать кромолку. Пока она затруднялась с определением, как теперь к ней относиться. Но, конечно, они навсегда останутся семьёй.

Однажды в середине рабочего дня в кармане вдруг завибрировал сенсер, который молчал уже несколько дней. Виолетта отвлеклась от сгребания сухой листвы и выудила устройство, ожидая послание от Максима. С тех пор, как она побывала у него дома, они почти не разговаривали. Пока отец не вернул ему сенсер. Но даже после этого они лишь пару раз общались. Виолетта даже не могла поделиться последними новостями, решив, что у друга и без того хватает проблем. Рассказала только о продолжении отработок. Максим пообещал найти время для встречи, как только появится возможность. Возможно, этот момент настал.

Но на экране высветился незнакомый код. Виолетта настороженно ответила. Над плоской поверхностью появилась смазанная голограмма, представляющая из себя сплошное зависающее пятно. Оно сформировалось в подобие человеческого силуэта и выглядело пугающе.

— Кто это? — нервно задала вопрос Виолетта, пытаясь рассмотреть в помехах собеседника. В голове уже выстраивались самые ужасные предположения.

— Уж-же не узнаёшь мен-ня? Дож-жили! Ст-тоило только отсут-тствовать неск-колько дней! А в-ведь я могу и об-бидеться! — послышался едва различимый мужской голос.