Танец Дилиаков

– Замолчи, Юлия! Ты обещала только смотреть и слушать.

Федор Драголюб никогда не отличался галантностью, а в этот миг глянул на Шандру, как на некое подобие гарпии.

Юлия Шандра была дочерью известного телеактера. Но не хотела идти проторенной отцовской стезей ей слышался лишь зов Большого Космоса. Девушка и ее отец каким-то образом сумели убедить руководителя Центра космических исследований в том, что это ее призвание, и тот лично просил Драголюба взять девушку с собой, чтобы она увидела настоящий Космос и испытала себя. Федор долго не соглашался, но отказать руководителю все же не смог.

На дублирующем экране видеосвязи изображение исчезло. Мы сидели в какой-то вязкой тишине, словно насекомые, попавшие в каплю, еще не ставшую янтарем. Оцепенение нарушил филолог:

– Исчезает связь. Но почему вы подумали о смерти? Ведь оба, не сговариваясь, смеялись? И Клитоцибер, этот старый космический волк, которого ничем не удивить, даже не намекнул о какой-либо опасности. Сначала все нужно хорошенько обдумать, проанализировать. Не так ли?

– Помнишь Альту?
– отозвался Тихон Перстач.
– Там происходило нечто подобное...

– Да-да, - подхватил Бимба Джамирдзе.
– Мы искали тогда Трелинга!

– Но Альта - планета-алярмист. Возможность неустойчивой связи на Альте предполагалась нами еще на Базе.
– Драголюб сидел, застыв в кресле, и говорил с закрытыми глазами.
– А еще этот странный звук... Кто хочет отправиться на поиски в экспедиционной машине?

– Я, - первой отозвалась Юлия Шандра.

– Кто еще?

Согласились инженер Франциско Трелинг и физик Степан Шалый.

– Пойдете в двух машинах, с максимально возможным интервалом... Понимаете?
– сказал командир.
– Вы должны все время видеть друг друга. Постоянная связь с кораблем. При малейшей опасности, при любых непонятных явлениях - тотчас возвращаться. Запрещаю сближение. Приказ для обоих - обязаны вернуться! Это все...

– Нужно все взвесить, командир, - вмешался Михайлов.
– Мы, кажется, спешим...

– Что предлагаешь?

– Ничего конкретного... Но, думаю, стоит прежде слетать к центурианам. Прошло сорок лет после предыдущей экспедиции землян. Многое могло произойти на планете. Может, центуриане хоть что-то объяснят... А Энсу и Клитоциберу мы сами все равно не поможем.

В голосе психолога чувствовалась убежденность.

– Я согласен. Мы действительно слишком торопимся, - сказал Драголюб.

Неожиданно возразили Трелинг и Шалый. Возбужденно, перебивая друг друга, спорили с Михайловым и Драголюбом. Казалось, они не понимают, что идут на смерть. Но это лишь казалось. И я подумал тогда могут, конечно, и биокиберы осознанно подвергать себя опасности, но с таким вот воодушевлением и безумным блеском в глазах, словно им предстоит невыразимое блаженство, способны ринуться куда угодно только люди.

– Центуриане вряд ли объяснят нам, почему пропали наши товарищи.

– Почему?

– А чем нам помогут сказочки об уродливых зеленых дилиаках? Нет сомнений, на этом плато существует нечто таинственное, хотя бы то, что испокон века оно не заселено и у центуриан вызывает ужас... Но разгадать тайну предстоит нам. Понимаете? Андрей Астрагал собрал множество местных легенд...

– Мой отец не только собирал легенды... Он также предположил существование на Плато Дилиаков древней цивилизации, которая по непонятным причинам исчезла...
– тихо сказала Зоряна.

– Мы, Зоряна, выбрали для посадки именно Плато Дилиаков, - ответил Федор Драголюб.
– Однако, кроме твоего отца, никто всерьез не воспринимал гипотезу об этой цивилизации. Поэтому, думаю, сейчас не время продолжать эту тему...

– Мы берем на себя инициативу и всю ответственность. Не так ли, Франциско? На двух машинах с максимальным интервалом, чтобы иметь возможность следить друг за другом. При малейшей опасности зададим стрекача.

– А что думает Центурион?
– спросил командир.

Визит к жителям Керла казался мне целесообразнее поисков в полном неведении. Я так и сказал.

Но Трелинг, нетерпеливо вскочив, возразил:

– Пока мы спорим, наши товарищи, вероятно, теряют последнюю надежду на спасение. Командир, разреши вылетать!
– Голос его был полон гнева, хотя звучал тихо.

– Хорошо...

Через несколько минут экспедиционные триангуляры отделились от нашего корабля. Два блестящих треугольника зависли над коричневой пустыней.

– Как связь, командир?

– Надежна!

На большом экране внешнего обзора машины быстро превратились в две блестящие в лучах Центы точки над горизонтом. А на экранах Шалого и Трелинга мы видим мир глазами наших товарищей.

– Мы сначала облетим вокруг.

– Я пойду первым. Ты моложе... и должен возвратиться...
– слышится голос Трелинга.

– Над морем все спокойно. Ничто не привлекает внимания. Связь устойчива?

– Да.

– По береговой линии не заметно ничего необычного...

– Вижу темный предмет на расстоянии трех сотен метров от берега.

– Похоже на человека?

– Нет. Локация характеризует предмет как выход глубинных пород на поверхность. Иду на снижение. Датчики сигнализируют о сверхмощном гравитационном возмущении. Прибор зашкаливает... Да... Это простая каменная глыба. Она лежит, будто ее выворотили на поверхность.

– Есть свежие следы?

– Никаких, командир. Просто глыба стоит торчком, а глубинная локация говорит об отрыве ее от основного пласта.

Летели низко, описывая круг. Не обнаружили ничего опасного. Только выход глубинных пород зафиксировали в десяти пунктах, равноудаленных от предполагаемого центра. Это и было место исчезновения наших товарищей, оно представляло собой чашу с диаметром венца 13084,66 метра, как показала локация. Условная линия выхода глубинных пластов на поверхность имела форму идеального круга, что никак не вязалось с законами тектоники. Поэтому сразу возникала мысль об искусственном происхождении такого образования. Но это ничего не говорило о судьбе наших товарищей.

– Вижу вдали очертания Керла, командир...

– Углубляемся в зону. Выдерживай интервал семьсот метров. Скорость минимальная. Высота пятьдесят...

– Иду за тобой. Хорошо вижу твою машину. Ничего опасного.

– Высота тридцать метров. Хорошо заметны следы Марка Энса и Клитоцибера. Высота двадцать метров. Как связь?

– Устойчивая. Иду за тобой. Интервал восемьсот. Все в норме.

– Мою машину качнуло... Возрастает скорость. Увеличил антигравитацию... Но скорость растет... Я падаю... Тошнит...