Тайник

Он сознавал, что неудача его раздражает, что он чувствует себя профессионально задетым. Не сумел справиться, все испортил! Он спрятал лицо в ладонях, закрыл глаза. Уйти, отдохнуть. Но сон не приходил. Только сомнения, тысячи сомнений бездарного человека.

Сайда!

Когда вечером, в половине десятого, он остановился перед отелем в Тамезрете, кругом было пусто и тихо. Даже бассейн не был освещен, и только над входом в бюро обслуживания сиял цветной арабский светильник. Безвкусица! Воздух был чист и холоден, с водной поверхности поднималась легкая пелена тумана. Он чувствовал запах воды и нагретого камня. Туристов, видимо, не было, для Юсуфа Захры наступили скудные дни. Что, если Сайды не окажется, если у нее выходной или… Или что? Он пожал плечами и направился к входу. Какие развлечения могут быть у танцовщицы стриптиза в свой выходной здесь, в Тамезрете? В бюро обслуживания никого не было, гостей не предполагалось. Он уселся в плетеное кресло и стал ждать. Откуда-то доносились звуки музыки и негромкие голоса. Это был не арабский язык. На мгновение ему показалось, что говорят по-немецки. Он удивился: туристов не было, а кроме них по-немецки могли говорить только Сайда и Юсуф Захра. Здесь же слышались голоса молодых мужчин — скорее всего, служащих отеля.

Потом в коридоре загорелся свет, кто-то вышел. Этот кто-то задержался и что-то сказал, свет тут же погас, двери закрылись. Мужчина решительным шагом направился в бюро обслуживания.

— Мсье доктор? — спросил он с неподдельным удивлением. — Неужели это возможно? И они заставили вас ждать? Это непростительно! Я их всех выброшу! — Голос Захры раздавался на весь холл. — Прошу прощения, мсье доктор, я страшно сожалею…

— Я никуда не тороплюсь, просто возвращаюсь из Габеса, — сказал безразлично Винтер. — Не хотелось бы ночью добираться на базу.

Наконец появился работник бюро обслуживания, без смокинга, без галстука, и вежливый господин Захра снова начал орать.

— Вы сами видите, мсье, что это за сброд. Напрасно только трачу на них деньги. Теперь вы убедились, как трудно здесь вести дела. Заезд туристов ожидается в конце недели, а без туристов мы оказываемся в тупике. Достаточно нескольких дней, и все разваливается. Персонал даром получает деньги, а я несу убытки. Будете ужинать? Да что я спрашиваю — для меня великая честь поужинать с вами…

— Если вы еще пригласите Сайду… — сказал Войтех с улыбкой.

Пауза.

— Да, непременно, она будет довольна, что вы о ней не забыли. Я только узнаю, не спит ли она. В свободные минуты она должна хорошенько отдыхать, работать в здешних условиях нелегко.

И он исчез, убежал, испарился.

— Ваш номер, мсье, — кланялся работник бюро обслуживания и протягивал ключ. — Как только ужин будет готов, я вас сразу позову.

Фальшивая улыбка и ненавидящий взгляд. А стоит отвернуться — может, и нож в спину.

Такой же номер, в каком он ночевал здесь впервые. Он принял душ и попытался немного привести себя в порядок. Задумался, что будет делать, если Сайда не придет, если он ее не увидит. А если придет — что дальше? Не означает ли его приглашение на ужин и предложение на весь остаток ночи? Скорее всего, она это так и воспримет. Если она связана с террористами, он легко может возбудить ее подозрения. Для чего еще он добивается свидания, если не хочет переспать с ней? А обниматься с террористкой у него желания не было. Кроме того, его могут с ней сфотографировать и потом использовать фото для шантажа.

На столике тихо зажужжал телефон. Он глубоко вздохнул и покорно снял трубку.

— Мсье доктор, — сказал работник бюро обслуживания, — ужин готов, мсье Захра просит вас…

Он поднялся и вышел.

— Надеялся сегодня снова увидеть ваш танец, — сказал он, склонившись, чтобы поцеловать Сайде руку.

Она улыбнулась ему холодной безразличной улыбкой. Она была не в арабском костюме и не в вечернем туалете, а в простом хлопчатобумажном платье неброского фасона. Туристка, отдыхающая после поездки по оазисам.

— К сожалению, у меня перерыв: группы приезжают неравномерно. Я рада, что вы у нас остановились.

— Но если вы пожелаете, — услужливо предложил Захра, — Сайда, конечно, с удовольствием станцует только для вас.

— Я не решился бы беспокоить мадам. Я счастлив, что вижу вас. В этой дикой пустыне… — не закончив фразы, он повернулся к Захре. — Кстати о пустыне: я интересовался американской экспедицией, о которой вы говорили. Это только слухи, никакой экспедиции не будет. Ваше правительство не вело переговоров о дополнительном проведении разведки.

Официант наливал из бутылки, закрытой белой салфеткой, аперитив.

— Я бы с удовольствием посмотрела, как ведется разведка в пустыне.

— В этом нет ничего невозможного, мы всегда рады вас видеть.

— А как идет работа? — спросил Захра.

Он пожал плечами:

— Нами начала интересоваться японская компания «Мицуи». Если результаты разведки будут обнадеживающими, они готовы принять участие в добыче. Видимо, появится смысл купить в этом случае какие-нибудь участки вокруг Бир-Резене, если только японцы не сделают этого раньше.

Ужин был солидный и чисто европейский, никаких восточных деликатесов. Бифштекс из вырезки с гарниром, мясо, скорее всего, мороженое.

— Это интересно, — сказала тихо Сайда.

— Да, но пока не слишком обнадеживающе. Конечно, на глубине три-четыре тысячи метров не исключены сюрпризы. Однако их придется подождать два-три месяца. Но не буду надоедать вам разговорами на рабочую тему.

Она отрицательно покачала головой. Он подумал, что лицо ее кажется совсем не таким, каким он видел его впервые. Это была не гурия из рая Магомета, не ловкая танцовщица, зарабатывающая бешеные гонорары, демонстрируя свое тело. Он тщательно прикурил сигарету. Пришлось нажать несколько раз, прежде чем огонек зажигалки разгорелся высоким желтым пламенем.

На лице ее было сосредоточенное, задумчивое и холодное выражение.

Он попытался представить себе лицо Герты Вегерт с фотографии Сурица, но ему это не удалось. Он не усмотрел никакого сходства.

— С удовольствием бы пригласил ваших коллег на ее ночную программу, — шепнул Винтеру Захра, — им ведь тоже надо повеселиться.

Винтер улыбнулся:

— Конечно, но потом ни один из них не захотел бы возвращаться на базу. Я не могу рисковать.

— Это было только предложение, — улыбнулся Захра. — Подумайте о нем, доктор, я бы для всех нашел подходящих девушек. Но теперь я должен вас оставить, у меня еще много дел. Для меня было великой радостью, что аллах направил ваши стопы к моему дому.

Они остались вдвоем.

— Могу я пригласить вас на кофе или на рюмку коньяка? — спросила она с холодной, ничего не говорящей улыбкой и встала. — Или вы хотите спать?

Вот оно. Вопрос звучал испытующе и насмешливо.

Он склонился к ее руке, уловив при этом внимательный взгляд.

— Это зависит только от вас, — сказал он ни к чему не обязывающим тоном.

Она встала и легко взяла его под руку. В холле и в коридорах горели только матовые лампы ночного освещения. Они вышли на двор и медленно направились к главному павильону. Глубина космоса над головой, отдаленные миры. На стоянке дремал одинокий «лендровер». Винтер на мгновение поднял голову и остановился.