Тело архимага

— Девочка, ты уверена, что, как только Гиаллен воскреснет и заявит свои права, ему вернут отдел? Ну да, в результате так и будет, я нажму, где следует, Эбенезер меня поддержит… Но процесс будет долгий и непростой. Такие, как Ригодон, так просто не сдаются.

Так, Мелисента. Быстро соображай, что ты там наобещала духу? Вернуть все как было? Ты попала, девочка. А думала вот оно! Сейчас Гиаллена оживим, злодеев найдем и рай у тебя в кармане? Не тут-то было. Значит, от последней стадии, возвращения Гиаллену всего, что у него было отнято, надо отказываться. Как раз Кориолан тебе клятвенно обещал с этим помочь: разрулить ваши с Алом договоренности. Как только закончится расследование и Гиаллен выберется из своего заточения, надо будет переводиться обратно в родной университет.

Видно, я очень уж старательно молчала, раз лорд-дознаватель обратил внимание:

— О чем задумалась, Мелисента? У тебя по лицу видно, что что-то замышляешь.

Пойти, что-ли, ва-банк?

— Мессир Кориолан, а Вы мне можете помочь перевестись в аспирантуру Элидианского университета?

— Нет, дорогая. Только в Кортальскую Академию. А почему ты спрашиваешь?

Объяснить ему ситуацию? Нет, погожу все карты раскрывать.

— Да так, задумалась. Если в Кортальскую, тогда не надо.

— Что, по родине соскучилась?

— Можно и так сказать. Так, нечего болтать, давайте работать!

Мужчины принялись с новой силой за производство эликсира Тэй, а я стала обед готовить, попутно приглядывая за Юстином. Он не зельевар все-таки, больше полагается на магию, чем на собственные руки, а тут нужна филигранная точность, и не важно, делаешь ты глоток зелья или ведро.

Но парень старался от души, его можно было только похвалить.

Когда обед был готов, я сделала так, как советовал Кориолан: разлила по зачарованным судкам, где все сохраняется горячим (на общей кухне позаимствовала), нашла Матильду и мы вместе с ней разнесли обед всем, кто оставался здесь из наших. Наготовила я на полк солдат, так что досталось и самой Матильде с Форгардом. Осчастливила тетеньку: после вчерашних бутылей ее Ригодон запряг делать инвентаризацию, так что бедняжка даже простого супчика сварить не успела.

После обеда я присоединилась к Юсу с папашей, после чего скорость производства увеличилась почти вдвое. Я отвешивала, отмеряла и смешивала. А мужчины колдовали. Юстин, кстати, поет точно так же, как Кориолан.

К вечеру мы заполнили две бутыли и расползлись по местам еле волоча ноги. Зато приобрели навык: завтра дело пойдет быстрее, да и отвлекаться будем меньше.

Глава 16, в которой Мелисента подслушивает не по своей воле

Стоило мне забраться под одеяло, как дух снова возник с разговорами:

— Мели, еще три дня, и вы сможете провести ритуал.

— Сможем, сможем, отстань.

— Я хотел поговорить. Условиться, как теперь все будет. Нет! Я хотел сказать, что меня не устраивает то, как мы договорились.

— Могу тебя поздравить, меня тоже. Только новый договор мы будем заключать, когда ты оживешь.

— Мелисента, ты на меня сердишься?

Сержусь? Сердиться я могу на кого-то другого. На Юстина, например, или на Ригодона. А здесь… Я даже не могу сформулировать… Знание о том, что Гиаллен подонок, меня очень сильно ранило, оказывается. Все-таки я к нему за это время привязалась. Не к нему — мужчине, а к его неугомонному духу. Я и раньше знала, что он гад, но объясняла его поведение какими-то непонятными мне мужскими мотивами, вроде спортивного интереса. Все не так противно. А теперь я знаю точно: он так поступал просто из корысти. Если бы он убивал девственниц, это было бы злодейство, а так — грязь. Со злодеями можно бороться, а в грязь просто не хочется вляпываться.

— Нет, Ал, я на тебя не сержусь, просто не хочу больше иметь с тобой дела.

— Мели, ты считаешь, что я…

— Не надо лишних слов. Да, я так считаю. И закончим на этом.

Забралась под одеяло поглубже и на голову его натянула. По-моему, дух все понял и унялся.

Следующий день напоминал предыдущий тем, что мы трудились аки пчелки без продыху. Для обеда я использовала вчерашние заготовки, так что к ужину полными стояли уже пять бутылей. Я бы и еще зелья наделала, но мои маги замаялись чары наводить. Сил уже ни у кого не осталось.

Так что поели и сели у круглого стола языками почесать и пораскинуть мозгами. На роль злодеев примерили всех. Ригодона, кстати, отмели сразу: он тогда к эликсирщикам даже вхож не был, а вот Мартония казалась одной из самых подозрительных. Хоть тут и не работала, но дружила с Теодолиндой и нередко приходила к ней в гости. В тот самый день была у Гиаллена на приеме, могла договориться о встрече. Эдилиена никто не подозревал, я — потому что магистр всегда казался мне приличным человеком, Кориолан — потому что он корталец, а Юстин — потому что это его учитель. Герион мог принять участие в деле просто по приколу, а потом испугаться и затихнуть, Белон тоже мог, нравственности у него как у воробья, зато он лентяй и трус. Арсент анонимщик, у таких для настоящего преступления кишка тонка. Теодолинда? Она тоже могла и мотив у нее был: Гиаллен все время пытался от нее избавиться.

В общем, женщины в этой компании самые подозрительные.

Мы практически не рассматривали аспирантов, потому что им исчезновение начальника отдела явно было не на руку, они от него ничего не выигрывали, а в перспективе даже проиграли.

Из Гиаллена научные идеи сыпались как горох из худого мешка, а для тех, кто сам ничего придумать не может, это сродни дарам богов. Бери и пользуйся. А у Ригодона своих идей нет, он чужие тырить горазд.

Ног кто сказал, что злодей был один? Если Мико не солгал, их было как минимум двое, а могло быть и больше, если, например, идейный вдохновитель сам в деле не участвовал, а послал к Алу своих клевретов.

Тут мне вспомнилась Сосипатра и ее ссора с Мартонией. Могла ли она иметь какое-то отношение к делу?

Ее имя, прозвучав, вызвало у Кориолана оживление:

— Сосипатра? Такая роскошная брюнетка с умопомрачительным бюстом? Помню ее, как же. Если бы она не скрылась здесь, в Валариэтане, я бы ее засадил за решетку.

— За некромантию?

— За мошенничество с применением магии! Приехала в нашу столицу из своей заштатной Мангры вся такая красивая и начала обирать законопослушных граждан, опаивая и внушая отдать ей все свои сбережения.

Ни фига себе! А здесь ее все считают магистром некромантии.

— Она тогда уже была магистром?

— Магистром? Я сомневаюсь, что она сейчас магистр. Вечная аспирантка отдела некромантии. Дала тогдашнему главе Совета, он ее и пристроил. Дар у нее нашел, хоть и неразвитый. Я пытался ее выцарапать, но мне отказали. Некроманты, в отличие от других специальностей, сразу по поступлении становятся гражданами Валариэтана, чтобы обезопасить их от преследований. Только я эту сучку не за некромантию преследовал, как вы понимаете.

Как интересно… Вот так случайно и узнаешь много нового. Но если это все было много лет назад, Сосипатра могла за это время стать настоящим магистром черной магии.

— Это было давно?

— Еще до рождения вот этого молодого человека.

Ого! Сколько же ей лет? И кстати, сколько лет самому Кориолану? А Гиаллену? Но спрашивать об этом не стоит, а то красавца опять поведет на личные темы, а я буду виновата. Давайте лучше о Сосипатре.

— Ну, сейчас-то она свой дар развила, имела время. Может, она теперь настоящий магистр некромантии. Не зря же с ней Теодолинда с Мартонией дружили.