Тело архимага

— Конечно. Даже скидку сделаю: первые десять порций бесплатно. У Вас уже возрастные изменения зашли далеко, чтобы их убрать придется поначалу принимать эликсир раз в декаду. Вот на эти первые десять декад я дам Вам эликсир бесплатно. Затем пойдут поддерживающие дозы, чтобы эффект укреплялся: раз в месяц, сто гитов порция.

Я не стала стесняться, называя цены. Простым женщинам я продам свое творение в десять раз дешевле, а королевские особы могут заплатить подороже. Если спросят потом, почему им так дорого, скажу, что есть в их варианте зелья секретный ингредиент. И не обману: я придумала для приятного вкуса и запаха одну травку королеве добавить.

Лютеция спросила недоверчиво:

— Это точно то зелье, которое ты будешь варить для Эники?

— Оно самое. Из одного котелка налью.

Дама удовлетворенно вздохнула.

— Хорошо. Мы договорились. Но! — она многозначительно подняла палец вверх, — Ты от моего сына отказываешься!

— Отказываюсь. Ой! — я вдруг вспомнила планы Эники на этот счет.

— Что ой? Что ой? — заволновалась принцесса, — О чем ты подумала? Скажи!

— Вчера тут была королева…, — начала я медленно и печально.

— И? Что она сказала?

— Она решила дать мне титул графини и выдать за Вашего сына, чтобы приблизить к трону нужного ей зельевара.

Лютеция ни на секунду не усомнилась в правдивости моих слов: знает свою родственницу как облупленную. А вот в остальном…

У тетеньки в мозгу случилось крушение: две кареты въехали друг в друга на полном скаку. И меня в невестки она ни в коем случае не хочет, и эликсир упустить жалко. А еще гнев королевы, если она узнает, кто в ее планы всунулся, да и муж-злодей… Лютеция замолчала всерьез и надолго. Сидела, хлопала глазами и пыталась совместить несовместимое. Затем привычным жестом наставила на меня палец:

— У тебя есть план! Ты знаешь, как из этого выбраться! Или ты хочешь замуж за моего сына и все это время водила меня за нос?

— Да не хочу я за него, успокойтесь!

Даже если бы хотела, после знакомства с родителями жениха, расхотела бы вмиг. Таких свекра со свекровью даже злейшему врагу не пожелаешь. Юса жалко, конечно, но себя жальче вдвойне. Придется все же выйти за Гиаллена, пока меня не убили или еще того пуще, не выдали замуж за кого-нибудь другого. Как я ни фыркаю, а этот брак — наименьшее зло. К Алу я отношусь неплохо, он мне дорог, слишком много я в него вложила. Будем вместе — привыкну и полюблю. По крайней мере у него два плюса: он умный и у него характер не слабее моего. Не соскучимся. Приняв это судьбоносное решение я выдала тираду:

— Если я буду замужем за магом, то никто не сможет разорвать этот брак и принудить меня выйти за Вашего сына.

— За кого ты собралась? — с интересом и надеждой спросила Лютеция.

— Вы следите за процессом? Тогда знаете, о ком идет речь. За моего спасенного. За архимага Гиаллена Элойского.

Я снова увидела на лице знатной дамы работу мысли. Даже скрип шестеренок в мозгу услышала. Затем лоб ее разгладился, и она радостно заверещала:

— Как я рада! Поздравляю! Ты выходишь замуж! Хочешь, я закажу для тебя подвенечное платье?

Только этого мне и не хватало. Подружка нашлась.

— Да в общем я обойдусь, спасибо. Вы главное родственницу свою придержите с графским титулом, а о свадьбе я сама позабочусь. Ведь если она объявит меня графиней и невестой Юстина прямо на судебном заседании, нам в Вами уже некуда будет деваться.

До нее наконец дошло, она еще раз поздравила меня, облобызала и ушла, прихватив по дороге своих слуг в черном, терпеливо дожидавшихся за дверью.

Фу-уууууууу… Дайте мне яду, я хочу умереть! Сил уже нет никаких. Встала, перестелила сбившееся белье и только собралась нырять под одеяло, как ко мне в камеру ввалилась куча народа. Толпа стражников во главе с незнакомым охранным магом, а с ними повязанная Лютеция со своими приспешниками.

Ну, я же говорила! Ее ждали на выходе!

Я юркнула под одеяло и пискнула оттуда:

— Чем обязана?

Маг смотрел на меня как на восставшего из мертвых зомби. Затем обернулся к даме, поглядел на нее, опять на меня…

— С Вами все в порядке, девица Мелисента?

— В полнейшем. Не могли бы Вы очистить помещение и не мешать моему отдыху?

— Да, конечно.

Дверь закрылась, и тут я поняла, что со мной далеко не все в порядке. Похоже, явление этих предсказанных мной стражников переполнили некую чашу. Мои выдержка и благоразумие дали сбой. Накопившееся напряжение вылилось в совершенно позорной форме. Я начала биться в истерике и для начала свалилась на пол. Но этого мне показалось мало, я рыдала, выла, каталась по полу, билась об него головой и никак не могла успокоиться. Это был смех и одновременно плач.

Вероятно, через некоторое время я успокоилась и уснула, потому что проснулась я на полу от холода. Встала, вымыла лицо, выпила воды и снова легла, уже на постель. Чувствовала я себя преотвратно.

Утром мое самочувствие не улучшилось. Отходняк после вчерашней истерики давал себя знать слабостью. А ведь меня сегодня опять допрашивать будут, и отвечать придется стоя. Как бы в обморок перед высоким собранием не упасть. Демонова Лютеция совершенно выбила меня из колеи. Убедить ту, что пришла тебя убить, не убивать, само по себе непросто. А я практически перетянула ее на свою сторону. Если еще вспомнить финал со стражниками…

Есть люди, которые в важные моменты жизни теряются. Моя соседка по общежитию Азильда всегда все отлично знала, но на экзамене еле-еле получала проходной балл. Стоило ей увидеть экзаменационную комиссию, и все сразу из головы вылетало. У меня наоборот: при виде опасности я собираюсь и выдаю максимум того, на что способна. Недаром всегда сдавала экзамены только на отлично.

А вот потом наступает реакция. С годами я так закалилась, что мелкие стрессы вообще перестала замечать, но когда тебя удавкой душат четверо, это мелочью не назовешь. Так что истерика была вполне законная, только очень не вовремя она случилась.

В залу суда я вошла на подгибающихся ногах, голова кружилась и в глазах темнело. Спасибо, мэтр Игерран заметил и, не задавая вопросов. Вручил небольшую фляжку.

— Пейте, Мелисента. Там укрепляющий отвар.

Я тупо кивнула и приложилась к горлышку. Девясил, зверобой, тимьян, мята, пустырник, хвощ… Что-то еще? А, мед акации для сладости, чтобы перебить горечь пустырника, да и усваиваться все будет лучше. Отличный состав. Придаст сил и успокоит.

Игерран тем временем повернулся и спросил лукаво:

— Мелисента, я слышал, ночью у Вас были гости?

— Да ввалились стражники и спрашивали, все ли у меня в порядке.

— А до стражников?

Я сделала невинные глаза:

— Никого! За кого Вы меня принимаете, мэтр Игерран? Разве молодая незамужняя девушка может принимать у себя в камере кого-то после полуночи?

Мой адвокат весело рассмеялся.

— Уважаю. Давайте и дальше в том же ключе. Только смотрите не заиграйтесь.

Знал бы ты, как я этого боюсь! Для меня эта игра может кончиться очень плохо, поэтому я с удовольствием отказалась бы играть. Но я на этом поле до недавнего времени была не игроком, а фишкой. Фишки же не могут отказаться играть.