Тема с вариациями

В а р я. Ну не муж он мне, не муж! Просто хулиган! Я его сейчас выведу!

В л а д и м и р. Никуда она меня не выведет! И никуда я не выйду, пока не скажу все, что я о вас думаю!

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Присаживайтесь.

В а р я. Петр Евграфович! Да что его слушать?! Просто сошел с ума человек! Я его и всего-то раза два видела! Да чего там! Я его сама отсюда вышвырну! (Бросается на Владимира и начинает его бить в грудь кулаками.) Уходи! Не позорь меня перед хорошим человеком!

В л а д и м и р. Всего два раза, да? И между нами ничего не было, да? Эх, ты! Я сам уйду! Но сначала все скажу твоему хорошему человеку. Постыдились бы. Это не я свихнулся, а она позарилась на все ваши блага! Ей и в голову все это не пришло, если бы вы не заманивали ее книжечками, билетиками, да и вообще всякими своими возможностями. А любит она меня! Что бы она сейчас вам тут ни твердила! Она любит меня, вы это понимаете? А все остальное вранье!

Петр Евграфович начинает смеяться.

Что тут смешного?

П е т р Е в г р а ф о в и ч (превозмогая смех). Что же вы все кричите: «Она любит меня, она любит меня!» Ясно же, это вы любите ее. Так зачем кричать? Варя сама во всем разберется. Без нас с вами. (Садится, прикрыв ладонью глаза.)

В а р я (встревоженно). Петр Евграфович, вы что?!

В л а д и м и р. Вам плохо?

П е т р Е в г р а ф о в и ч (холодно). Мне прекрасно.

Владимир резко поворачивается и уходит.

В а р я. Что мне теперь делать, Петр Евграфович? Уходить?

П е т р Е в г р а ф о в и ч (после паузы). Ты мне вот что скажи: кем он тебе все-таки приходится?

В а р я. Да никем! Случайно познакомились. Я его всего два-три раза видела. А он вдруг себе в голову вбил… Ну, влюбился, что ли… Предложение сделал. А я сказала: «Не пойду». И все. Чистая правда. Вот, клянусь.

П е т р Е в г р а ф о в и ч. И все?

В а р я. И вдруг взревновал! Придумал, будто у нас с вами… черт-те что!

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Ты иди, Варя.

В а р я. Ну и… больше мне к вам не приходить?

П е т р Е в г р а ф о в и ч. Пожалуй, не приходи. Лучше не надо. Чтобы твой… ну, не муж, так жених, или я уж не знаю кто, не мучился.

В а р я. Эх, Петр Евграфович! Не хотите вы меня понять. Удивительное дело! Какую-то Кандиду, англичанку с прошлого века, — понимаете! Чеховских блажных дамочек — ах, вишневый сад, ах, в Москву, ах, трудно до двенадцати в постели валяться, ах, хочу на кирпичный завод! — этих вы понимаете! А в чем дело? Бери билет и кати в Москву, тут с тех пор, наверное, на кирпичном объявление висит: «Требуется». Так не едут. Им сочувствуете. А вот я в этой самой «Заре» чего только к двенадцати не наворочаю! Подумаешь, кирпичи! Меня вы не понимаете. Чем живу, о чем мечтаю, — это вас не колышет.

Звонок телефона.

П е т р Е в г р а ф о в и ч (берет трубку). Перезвоните позже. (Кладет трубку.)

В а р я. Как же так? В прошлом веке разбираетесь, в сказку о верблюдах верите! А я рядом стою — и как за стеной. И про Вову тоже. «Позарилась»?! Да мало ли что он наболтал! А вы поверили? А что с ним — это вы понимаете? Я на Вову даже не в обиде. А вот мне… (Тихо.) Прощайте. (Уходит.)

П е т р Е в г р а ф о в и ч (один). Мда… Это она меня… (Перебирает пачку книг, отложенных для него Варей.) Вот тебе, бабушка, и восемнадцатый верблюд… (Взволнованно ходит.)

Звонок телефона.

(Снимает трубку.) Да? Слушаю. Ох, знаете, надоело мне ваше молчание и дыхание! Говорите, или кладу трубку. Какая Агнесса?.. Кто?.. Это вы?.. Ты?.. Асенька?.. (Прикрывает глаза ладонью и молча слушает.)

КАРТИНА ДЕВЯТАЯ

Квартира Агнессы Павловны. О н а одна. Наводит порядок, накрывает на стол, явно готовясь к приему гостя. Сама одета и причесана очень нарядно. Время от времени подходит к зеркалу и что-нибудь поправляет в прическе, косметике или платье. Оглядывает себя со всех сторон. Посмотрев на ручные часы, прислушивается, идут ли они. Смотрит в окно. Вообще видно, что она не только взволнована ожиданием, но и в какой-то мере потеряла самообладание, а потому совершает неконтролируемые поступки: иногда на полдороге останавливается, теряет определенность в движениях.

А г н е с с а П а в л о в н а (остановившись). Да… Что же я еще хотела? Хоть убей, не помню. Вот, должно быть, еще что-то… А, вспомнила! (Уходит на кухню и возвращается с солонкой.) Соль. Он же любит все соленое. (Смотрит на себя в зеркало.) Господи, рожа красная! Ну, что делать? Может, холодный компресс? И накрасилась как… А прическа-то, господи!

Звонок в дверь.

(В панике.) Что такое? Раньше времени? На него непохоже. (Махнув рукой, идет открывать, возвращается с Владимиром. Возбужденно.) Нет, а все-таки? Почему без звонка? Что это за провинциальная манера? Не в деревне живем!

В л а д и м и р (увидев накрытый стол). Э-э! Да мы ждем кого-то?

А г н е с с а П а в л о в н а. Ну и что?

В л а д и м и р. Ясно. Я некстати.

А г н е с с а П а в л о в н а. Да, ты некстати!

В л а д и м и р (осматривает ее с деланным восхищением). Тетечка! Как говорит Варя — ради чего такой парад?

А г н е с с а П а в л о в н а. Я не обязана давать тебе отчет. Извини, Вова, но я тебя сейчас принять не могу.

В л а д и м и р. Боже, как официально! Сказала бы попросту: выметайся.

А г н е с с а П а в л о в н а. Ну, выметайся.

В л а д и м и р. Тетя, в первый раз вижу тебя в таком состоянии. Что случилось?

А г н е с с а П а в л о в н а. Не твое дело. Уходи, Вова.

В л а д и м и р. Я только на одну секунду. Вот он. (Передает ей коробочку.) Это и есть фиолетовый чароит. Извини за задержку. И это — раз.

А г н е с с а П а в л о в н а (открывает коробочку). Ах, какая прелесть! Спасибо, дорогой, за камушек. А есть еще — «два»?