Тёмные дни

Он устало потёр лицо руками. И Юта вдруг увидела. Только сейчас — измождённое лицо, заросшее чёрной бородой. Тёмные впадины под глазами, острые кости, выступающие под грязной, превратившейся в лохмотья одеждой. Юта пригляделась и вдруг поняла, что на Корте одето то же, что в их последний день в городе.

Она опешила. Слова застряли в горле. Неожиданная радость сменилась волной боли. Не своей собственной, — его.

Поддавшись порыву, Юта снова крепко обняла мужчину.

— Прости меня, Корт. Прости, прости меня. Прости, — повторяла она без конца. А Корт медленно гладил её по худой спине.

Так они просидели несколько часов. Без слов, лишь крепко обнимая друг друга, боясь отпустить. Как будто стоит им разжать объятия, и в руках останется лишь пустота. Как будто они существуют только в миг, когда касаются друг друга.

— Вообще-то, я хотел кое-что рассказать тебе, — произнёс Корт тихо. Юта отстранилась и села на пол напротив мужчины.

— Я не был уверен в том, что должен беспокоить тебя этим. Но, — Корт вздохнул.

Юта взяла его за руку.

— Пожалуйста, скажи.

Корт смотрел на их руки. Он колебался. Но всё же заговорил:

— В городе я кое-что узнал. Это касается твоего кулона.

Юта непроизвольно потянулась к шее. Корт проследил за ней взглядом.

— Я подслушал разговор одного человека. Очень могущественного человека. Похоже, что он стоит в верхушке той организации, что управляет городом. Это он устроил обрушение Стены. Он говорил о том, что твой кулон — это ключ.

— Ключ? Ключ к чему?

Корт мотнул головой.

— Этого он не сказал. Но это ещё не всё. Я мало что понял из разговора, но тот человек говорил, чтобы спастись нужны какие-то тайные знания жриц.

Корт замолчал, ожидая реакции Юты. Она была растеряна.

— Не понимаю, о чём речь. Я рассказала тебе всё, что знаю. У меня нет никаких тайных знаний. Вообще никаких знаний жриц, ты же знаешь.

Корт еле заметно выдохнул и прикрыл глаза.

— Это всё? — осторожно спросила Юта.

Мужчина кивнул. Юта надолго погрузилась в раздумья. Затем спросила:

— Что собираешься делать дальше?

— Как я и сказал, вернусь в город.

— А как же мы?

Корт опустил глаза.

— Прости, но я не могу остаться.

— Тогда я пойду с тобой, — неожиданно для себя заявила Юта. — Я поговорю с Уги, — затараторила она, — он позаботится о людях. В городе мы сумеем выяснить ещё что-нибудь. Может, узнаем, что должен открывать мой кулон, если это и правда ключ.

— Нет, — отрезал Корт. — Я пришёл не за этим. Я не возьму тебя с собой.

— Но ты не можешь запретить мне! — вспыхнула Юта. — Посмотри, пришедшая планета с каждым днём застилает небо всё сильнее. Если пророчество верно, а до сих пор у нас не было повода в этом усомниться, то вскоре начнётся страшная буря. Мы должны найти оставшуюся часть пророчества. Только так мы узнаем, как нам спастись!

Но Корт остался непреклонен. Они спорили ещё какое-то время, после чего Корт, раздражённый, ушёл. Они даже не попрощались. Эта перепалка вызвала у Юты воспоминания о том, как они без конца спорили в самом начале знакомства.

Ложась отдохнуть на пару часов, Юта улыбнулась своим мыслям. Завтра утром она присоединится к Корту и отправится вместе с ним в Лиатрас.

***

Корт не ложился. Он сидел под барханом под наскоро натянутым пологом и рассеянно гладил Утагиру по белому брюху. Довольный зверь раскинул вверх все четыре лапы. Из его пасти доносились звуки, подозрительно напоминающие кошачье мурчание.

Вперые за очень долгое время Корт чувствовал нечто похожее на умиротворение. Он пришёл к Юте, почти не осознавая, что делает. Всё это время он жил, как во сне. В кошмарном сне. Юта оставалась его единственной связью с реальностью. Одно то, что он увиделся с ней, придало Корту сил сражаться дальше. Закончить начатое. Он был благодарен за несколько часов, проведённые рядом с ней, хоть и понимал, что это не должно повториться.

Корт услышал шаги приближающегося человека минут за пять до того, как увидел силуэт вдалеке. Он знал, что это не Юта. Но кто мог найти его здесь?

— Гвирн. — Лицо Корта скривилось в открытой неприязни.

— Я тоже крайне рад тебя видеть, — ухмыльнулся атлург.

— Как ты узнал, что я здесь? — спросил Корт, возвращаясь к своему занятию. Он ковырял кинжалом-аслуром песок.

— Тебя видели в коридорах города, — был ответ.

Всё это время Утагиру крутился вокруг Корта. Он бегал по стоянке, то принюхиваясь к песку, то подбегая к ругату, чтобы подсунуть ему под руку огромную голову. Но когда Гвирн приблизился, зверь тут же сел рядом с Кортом. Внимательные жёлтые глаза наблюдали за чужим человеком.

Гвирн осмотрел обоих и спокойно произнёс:

— Я знаю, зачем ты пришел. Не делай этого.

— Не понимаю, о чём ты, — ответил Корт, не глядя на противника.

— Прекрасно понимаешь, — чуть обозлённо произнёс Гвирн. — Ты пришёл за ней. Чтобы снова втянуть её в свои дела. Тебе мало гибели Леды, её ты тоже хочешь утянуть за собой на дно?

Лицо Корта на мгновенье застыло каменной маской. Но спустя несколько секунд снова расслабилось.

— Я не собираюсь ни во что её втягивать. Я просто пришёл поговорить. Юта имеет право знать о том, что я нашёл.

— О, ты можешь врать мне, но ради Руга, не ври себе! Ты же не веришь в то, что узнав что-то важное, она оставит это. И оставит тебя, вновь увидев здесь. Знаешь, она только начала оправляться от того, что случилось. Вскоре она привыкнет жить без тебя. Она уже дала согласие выйти за меня замуж. — После этих слов Гвирн выдержал небольшую паузу, но Корт не проявил к словам атлурга никакого интереса.

— Без тебя ей лучше, — продолжил Гвирн, не дождавшись ответа. — С тобой её ждут только страдания и смерть. И хорошо, если это будет твоя смерть, а не её. Ты приносишь только беды и к тому же не сможешь защитить её в одиночку. Я же смогу дать ей всё, чего она будет лишена с тобой. Дом, уверенность в завтрашнем дне, спокойствие и защиту. А это, в конце концов, всё, что ей нужно. Я сделаю её счастливой. Но ты должен отступиться. Отпусти её, дай жить своей жизнью.

Корт смотрел в сторону, надеясь скрыть от чересчур проницательного Гвирна своё состояние. Когда атлург говорил, его слова больно хлестали сознание Корта, впиваясь в разум тысячами отравленных игл. Один вопрос крутился у Корта в голове: а сможет ли он отпустить её? Это оказалось труднее, чем он думал. На самом деле, это было труднее всего. После смерти Леды Корт думал, что, если он потеряет ещё и Юту, то не выдержит этого. Но, в конце концов, Гвирн был прав: лучше погибнуть самому, отказавшись от последнего, что ещё держит на земле, заставляет дышать и двигаться, чем погубить её.