Темные Дни

Я встала.

– Ну, они не очень сильно постарались, верно?

– Я считаю, что они все ещё прощупывают почву. Они должны знать, против чего борются. Должны знать ваши пределы и слабые стороны. Они недооценили семью Даркер в прошлом. Я не думаю, что они совершат эту ошибку снова.

Лукас, не обращая внимания, врезался прямо в меня. Его руки взлетели, чтобы удержать меня, пальцы коснулись голой кожи моих рук, где я засучила рукава.

Даже с тусклым светом из другой комнаты, я видела, как он покраснел. Он отстранился, как он только почувствовал, что я крепко стою на ногах.

– Извини.

Я схватила его за руку и положила ладонь обратно на мое голое предплечье. Это было приятное тепло в отличие от холодного воздуха и, признаюсь, мне понравилось это чувство.

– Ты должен преодолеть свой древний менталитет. Ты же не схватил меня за сиськи или что-нибудь в этом духе!

– Я прервала что-то?

Мама зашла в дверь сразу за отцом.

Лукас отстранился так быстро, что потерял равновесие и приземлился на диван, широко раскрыв глаза.

 - Клэр, я...

Она перевела взгляд с него на меня и вздохнула.

– Ты не возражаешь, если я поговорю с Джесси?

– Конечно.

Он поднялся на ноги и выбежал за дверь без лишних слов. Папа развернулся и последовал за ним. Я надеялась, что он не собирался выпустить папу-демона на бедного парня. Контакт наших рук может быть равен сегодняшнему удару по заднице. Он и так разволновался без всяких лекции.

Мама подождала, пока дверь закроется, затем повернулась ко мне с мрачным видом.

– Твой отец ходил к своему боссу Валефару, чтобы попросить длительное пребывание.

Я сглотнула. Они должны были быть обеспокоены, если папа был готов попросить увольнение. Демонам, занимающим более низкие должности, необходимо специальное разрешение от их боссов - ака мастеров - и это никогда не было бесплатным. Если они не находились здесь по служебным делам, они нуждались в специальном разрешении остаться в течение длительного времени. Папа имел обыкновение посещать меня в мой день рождения каждый год. Но на моем седьмом дне рождении он привел незваную компанию в виде огненного демона. После этого Валефар отменил визит на день рождения, как привилегию.

– И?

– У него есть разрешение на пребывание, пока мы во всем этом не разберемся.

– Не то, чтобы я не рада, что папа будет здесь, да и дополнительная помощь не помешает, но безопасно ли для него бегать по городу с потерянными грехами? Я имею в виду, что он им нужен, верно? Для заклинания? Без его крови, они не могут быть освобождены...

Она покачала головой.

– Я сказала то же самое, но, по правде говоря, мне нужна его помощь. И ты знаешь своего отца. Упрямый настолько, насколько глубок океан. Не волнуйся. Он может сам о себе позаботиться.

Я села напротив нее, не зная, что сказать. Тишина, которая повисла между нами, была некомфортной.

– А что с Кендрой?

Мама вздохнула.

– Мы обнаружили её в квартале от магазина и отвели домой. Я объяснила Кэссиди, что происходит.

– Ты сказала ей о Грехах?

Губы мамы дернулись.

– У меня не было выбора. Они одни из немногих семей, которые, я знаю, постоянно живут в Пенансе и которые могут нанести серьезный ущерб, если их затронут. Они более опасны, если не знают об этом. Плюс, мне тоже нужна её помощь.

– Её помощь?

Кэссиди Белфеир не была готова помочь, если не получала из этого какой-нибудь выгоды.

– Лукас говорит, что семья Уэллс одни из местных. И Белфеир тоже. Ведьмы ведут подробные истории. Если кто-то и может помочь мне найти ведьму Уэллс так это Кэссиди. Учитывая мое временное ограничение, я не видела другого варианта.

Я хотела возразить, но не смогла. Мне было интересно, как прошел разговор. Мама и Кэссиди никогда особенно не ладили.

– А что с Кендрой? Она будет в порядке?

– Твой отец считает, что она будет отходить около дня. С ней все будет нормально.

– О, хорошо...Лукас сказал почти то же самое.

Мама сместилась в кресле.

– Ага...

Было что-то ещё. Я могла сказать это по тому, как она стучала правой ногой и стиснула зубы. Все говорило о том, что что-то её напрягало.

Я кивнула и отвернулась, подготавливая себе к лекции. На самом деле, я с нетерпением ждала её. Короткие разговоры были мучительны. В то время как часть меня хотела удрать в магазин Фланкмена, большая часть хотела чего-то другого, чего-то, что происходило между нами раньше, чтобы сосредоточиться.

– Мы считаем, ты права насчет Похоти. Биндли Барнс скорее всего был заражен. Я знаю, что он всегда...что-то чувствовал ко мне, но он никогда не говорил что-то выходящее за грань, как сегодня, не говоря уже об ударе.

– Все это было весьма тревожно...

Правда была в том, я, вероятно, никогда не смогла бы вычистить эту сцену из моей памяти. Я получила шрам на всю жизнь.

– Это могло объяснить его поведение, - она засмеялась.
– Я считаю, что это было тем единственным, что удержало твоего отца покромсать его на куски.

Последовали несколько мгновений тишины. Когда я ничего не сказала, она продолжила.

– О Лукасе...Я знаю, ты...разочарована, - сказала она.
– Но я...

Я подняла руку.

– Я люблю тебя, мама. Но ты права. Я разочарована. Я ставлю тебя на своего рода постамент и вижу, как ты падаешь...

– Это не справедливо. Я всего лишь человек, и я делаю выбор, я чувствую, что правильно. Это не всегда легко, а иногда это неприятно, но это то, что значит быть взрослым.

– Я просто...можно не сейчас? Только разговоры о магазине. Согласна?

Я знала, что ей было больно, и я чувствовала себя паршиво из-за этого, но мне было нужно немного времени. Она была моим кумиром. Моим супергероем для подражания. Я знала, что была слишком взрослой, чтобы так думать, но это было так. Как будто мне только что сказали, что Санта-Клауса не существует. Это ударяет тебя худшим из возможных способов.

Было очевидно, что она хотела сказать что-то еще, но вместо этого она кивнула.

После глубокого вдоха она сказала:

– Ладно, я поговорила с некоторыми людьми.