Тёмный эльф

Эрлион сбросил дорожную сумку с плеча, аккуратно обошёл прорубь, приблизившись к ней настолько близко, насколько позволила крепость льда. Бирюзовая вода светилась изнутри, будто поглотила солнце. Эльф протянул руку и дотронулся, но тут же отдёрнул. Вода обжигала холодом. В проруби показался острый плавник и тут же скрылся в глубине. Эльф отполз дальше от проруби и вовремя, острый плавник врезался в лёд там, где только что лежал он. Эрлион накинул на плечо дорожную сумку и поторопился прочь. Ещё не хватало, чтобы на него охоту устроила подводная рыба.

Орк Татиш

Татиш продирался сквозь сон белоликой царевны, она впивалась острыми когтями в сердце, выворачивала наизнанку душу. Эрлион вроде был совсем рядом, но в то же время ускользал в ледяную тьму. Татиш рывком проснулся, сел на постели, спустил ноги на пол и оглядел берлогу. На зов колдуна поднялся молодой орк, обнажённое тело казалось тёмным из-за маслянистого блеска ламп. Татиш поманил его рукой, заманчиво улыбаясь. Орк приблизился, лёг на постель животом вниз, через плечо поглядывая на колдуна. Татиш погладил его по позвоночнику, провёл пальцами по ложбинке между ягодиц, а потом прижал сверху своим телом. Орк томно задышал, Татиш приподнял за бёдра и резко вошёл в него, тот вскрикнул от боли, но на них никто не обратил внимания. Татиш изводил орка, прижимая рукой спину к постели и заставляя приподнимать зад выше. Колдун никак не мог остановиться, ему слышался в стонах орка тихий голос эльфа. Татиш наклонился, укусил до крови загривок орка и кончил.

Колдун вновь сел на постели, вытер ладонью пот со лба, а потом прогнал орка от себя. Рунная вязь обожгла тело огнём, Эрлион был во власти белоликой царевны, она пила из него жизненные соки, заставляя эльфа кричать от боли.

– Да на кой ты мне сдался?! – выругался колдун, оделся и направился к выходу.

– Куда ты? – сонно спросил Стрига.

– Хочу посмотреть своими глазами, что за зло подо льдом она разбудила.

– Дурак, – Стрига натянул плащ до подбородка. – Пусть эльф сам разбирается. Он хороший следопыт, справится и без тебя.

– Не могу ждать, – усмехнулся Татиш и покинул берлогу.

Темноволосый эльф

Эрлион замёрзшими пальцами заправил рубашку в штаны. Холод настолько сильно проник в тело, что хотелось просто заснуть и не просыпаться. Он с трудом шевелил губами, призывая эльфийскую магию на помощь. На небе загорелась звёздочка и сорвалась вниз. Эльф поднялся, отыскал в кармане плаща спички и разжёг костёр. Конечно, этого не следовало делать на льду замёрзшего моря. Но выбор был или его жизнь, или его смерть. Эрлион выбрал жизнь. В пламени костра ему почудился Татиш. Оборотень Анарион на коленях и локтях отполз прочь. Его глаза сияли неприкрытой злобой. Оборотень ощерился, бледное лицо покрылось сетью тонких нитей. Казалось, порыв ветра может его разнести в пух и прах.

– Я хочу жить, – прошептал эльф, пытаясь оправдаться перед оборотнем.

– Твоя жизнь полна боли и одиночества, – улыбнулся Анарион, обходя стороной костёр.

– У меня ещё есть шанс всё исправить, – Эрлион бы заплакал, но холод лишил подвижности мышцы лица.

– Уже слишком поздно, – уверял эльфа Анарион.

– Я всё же попытаюсь, – упрямо возразил Эрлион.

Лёд затрясло, словно кто-то огромный пытался подняться с морского дна. Эльф встал, затоптал костёр и, шатаясь, пошёл в ночь. Замёрзшее море изнутри гудело, вибрировало. Эрлион тяжело дышал, стараясь ориентироваться на внутренний взор. Позади него изо льда вставал дикий ужас.

Орк Татиш

Татиш шёл быстро, перепрыгивая ямины и колдобины, орк летел. Он точно засёк положение эльфа и торопился. Неожиданно под ногами качнулся лёд.

– Твою мать, – выругался Татиш и ускорил шаг.

Колдун почувствовал приступ боли, будто огромное тело замёрзло разом, и кто-то острыми коготками рвёт кожу. Татиш хлопнул себя рукой по рунной вязи, спрятанной под тёплым шарфом. Внутренний огонь отозвался, и колдун продолжил путь. Замёрзшее море под ногами вибрировало, местами лёд взрывался острыми кольями, непременно норовящими угодить в Татиша. «Успею»? – подумал колдун, но тут же упал на колени.

Впереди восстало необузданное зло. Оно было голодно и готово жрать всё, до чего дотянется. Колдун услышал в ночи серебристый смех белоликой царевны.

– Зачем ты это делаешь? – прокричал в темноту Татиш.

Царевна ответила смехом. Орк попробовал настроиться на эльфа, но тот словно сквозь замёрзшее море провалился. «Неужели я опоздал»?! – ужаснулся колдун, упрямо продолжая идти вперёд. Внутренний огонь не позволял свалиться и подчиниться страху.

Глава 6

Эрлион не выдержал нарастающего напряжения и побежал. Он никак не мог справиться со страхом. Дикий рёв возвестил, что чудовище вырвалось на свободу. Тьма опутала ноги эльфа, повалив его на пол. Навстречу ему вытянул руки оборотень Анарион. Эрлион ухватился, и тот его вытащил на безопасный лёд.

– Впереди могут попадаться проруби в человеческий рост, – предупредил эльфа Анарион.

– Мне нужно дойти до края замёрзшего моря, – устало сказал эльф, лёжа на спине.

Темнота исходила хлюпаньем воды, ломким звуком льда и чужим, жадным дыханием, обдающим вонью.

– Я не могу помочь тебе, – ответил Анарион, положив голову эльфа к себе на колени, он спустил с Эрлиона капюшон и неспешно расчёсывал тёмные волосы.

– Почему?

– Ты мне нравишься, – бесхитростно ответил оборотень. – Но по-настоящему воссоединиться мы сможем лишь в смерти.

– Неужели нет для нас никакого шанса? – Эрлион приподнял голову и всмотрелся в глаза оборотня.

Тот извиняющееся улыбнулся, пряча взгляд.

– Пойдём, – пока чудовище не проело край льда и не добралось до нас, – Анарион поднялся на ноги и пошёл прямо в ночь. Эрлион поторопился за ним.

Орк Татиш

Колдун почувствовал вонь и остановился. Он много тварей повидал на своём веку и напугать его было трудно, но особенно он ненавидел морских гадов. Рунический ряд на ключицах просто горел огнём, взывая к разуму. Татиш усмирил силой воли панику и вдохнул солоноватый воздух. В двадцати шагах поджидала прорубь, полная холодной воды. Чудовище могло только выныривать, разлом давался ему с тяжестью. Татиш отколол кусок льда и швырнул вправо от себя, изготовившись к броску. Но не тут-то было. Чудовище широким плоским хвостом хлопнуло о поверхность, кроша лёд. От проруби из-за мощного удара пошла трещина.

Колдун бросился бежать в обход, он почти не дышал, сливаясь с ночью. Обойдя чудовище по восточной стороне, сделал передышку. В груди вспыхнул огонёк, где-то впереди объявился Эрлион. По льду пробежала дрожь. Татиш прислонил ухо к поверхности, чудовище разгонялось из глубины и било широкой пастью в лёд, откуда шёл запах эльфа.

– Твою мать, – выругался колдун. – Что же ты задумала белоликая царевна?

Темноволосый эльф

Эрлион упал на колени, закрывая лицо руками.