Темный

— Хватит спать. Надо слетать к командору. Он опять чего-то хочет.

— Ну вот! Всегда так: командор хочет видеть тебя, а «слетать» приходится мне! — занудило существо, но послушно вылезло, расправив маленькие крылышки, и умчалось.

— Только побыстрей! — крикнул вслед кентавр.

— Так это ты охранял меня ночью связанным?! — догадался я.

— Да. Мы с Лао играли в «Кабаны и Желуди», — усмехнулся К’Антор. — А у тебя потрясающая память! И сноровка…

— Память — ладно, но вот сноровка тут при чем? — не понял я.

— Так ты ведь лежал не шелохнувшись, тогда как совсем не спал. Слушал нас? Правильно. Я бы тоже так сделал, в отличие от твоего друга, — он покосился на Лодаллеса. — Он как проснулся, так сразу дал о себе знать.

— И что с того? — засмущался маг. — Ну, сглупил.

— Считай, в этот раз тебе повезло, — похлопал Лода по плечу К’Антор.

В этот самый момент вернулась Лао.

— Командор велел тебе еще день следовать за гостями, — снова устроившись в ворохе шерсти, но не зарываясь полностью, нарочито безразлично произнесла девчонка.

— Что?! — удивился К’Антор. — В смысле? Почему?

— Откуда я знаю, — маленькая бестия сделала вид, что очень заинтересована своими ноготками, а вовсе не проблемами кентавра. — Между прочим, это тебе надо было «слетать» к Т’Ибару, а не мне.

— Лао, пожалуйста, — умоляющим голосом начал копытный. — Расскажи подробнее, что хотел от меня Т’Ибар.

— Я уже сказала, — все еще безразлично, но уже не так холодно, ответила малявка. — Т’Ибар хотел, что бы ты проводил гостей еще один день.

— То есть, надо пройти еще день по лесу? — уточнил ее друг.

— Может быть, — перевернулась она на животик. — Откуда мне знать. Я передала то, что сказал командор.

— Лао, да что с тобой сегодня?! — повысил тон кентавр.

— Ты спрашиваешь, что со мной?! — взвилась в воздух кроха. — Я скажу, что со мной! Скажу! Но тебе от этого легче уже не будет! Потому что ты уже это сделал!

— Да в чем я провинился? — не унимался К’Антор.

Она снова опустилась на голову полуживотного и, скрестив ручонки на груди, обиженно изрекла:

— Ты вот уже который день везешь на себе такого красавца, а мне до сих пор ни слова! — пафос в ее словах давал понять, что этот нюанс сильно ее обеспокоил. Конечно, мелочь преувеличила: кентавр вез Рива лишь с утра, но для обиженной Лао это показалось дольше.

— A-a-a-a, — перевел дух К’Антор. — Так вот что произошло.

— Да! — вскричала Лао, но из-за тоненького голоска из крика получился только визг. — Как ты мог?!

Меня эта ситуация сильно позабавила, да и по виду кентавра не скажешь, что он очень переживает, поэтому я позволил себе пошутить:

— А что, Лао, я за красавца не сойду? — на что К’Антор по богатырски рассмеялся.

— Ты? — взглянула оценивающим взором на меня малявка. — Нет, — заключила она. — У тебя все впереди.

Она произнесла это так серьезно, что смеяться как-то даже не возникло желания. Я молчал, обдумывая сказанное.

— А он? — тоже очень серьезно спросил ее кентавр. — С ним что?

— А у него этого никогда не будет, — выдала Лао, с грустью посмотрев на лежащего вампира.

— Почему? — удивился Лодаллес, да этого момента молчавший.

— Я вижу, — просто ответила она.

— И ты решила, что пусть хоть ты утешишь его серые будни? — весело спросил я, не понимая в сложившейся ситуации ровным счетом ничего.

Все трое посмотрели на меня, как на врага народа.

— А что я такого сказал? — не понял я.

— Я же говорил, что он — темный, и не только внешне, — обратился Лод к К’Антору.

Демоны!

Я даже не обиделся, хотя только что маг опустил меня ниже плинтуса. В этот момент я просто хотел все понять и не выглядеть полным идиотом.

— Лао — вытьянка, — многозначительно изрек кентавр.

Я продолжал непонятливым взглядом смотреть на всех них, ожидая продолжения «лекции».

— Мей, ты знаешь, кто такие вытьянки? — осторожно спросил колдун.

— Не уверен, — тоже осторожно ответил я.

— Я — «поющая кость», вампир, — села мне на плечо мелочь и сказала это так, чтобы больше никто не слышал. Хотя возможно все просто сделали вид, что не слышат. Но я помнил, что когда лежал связанным около костра, К’Антор как будто разговаривал один, сам с собой.

— Ты знаешь, что такое «поющая кость», вампир? — тихо спросила она и, не дождавшись ответа, продолжила: — Это дух. Дух усопшего. Но предупреждаю — не путай с Душой! — мягко, ласково проговорила Лао. — Я — дух непогребенного праха.

Она замолчала, но мне нечего было спрашивать. Видя, что я тоже молчу, Лао вновь заговорила.

— Видишь ли, вампир, когда тело не похоронено, Душа не может попасть в другой мир. Вынужденная пребывать в бесплотном состоянии, она мечется по миру, ища тех, кто может ей помочь. Но, порою, это бывает очень сложно сделать. В каждом теле — в том числе и в твоем, вампир — есть Душа и я… — она снова замолкла.

— Я вообще не понимаю, почему вампиру с таким именем мне приходится разъяснять прописные истины Законов Смерти?! — воскликнула она.

Заметив, что никто не обратил на нее внимания, убедился, что в данный момент только я могу слышать речь малявки.

Мило беседовавшие о чем-то своем К’Антор и Лод вообще как будто не замечали нашего с ней присутствия.

— Ладно, проведу с тобой небольшой разговор на тему «Кто такая вытьянка и с чем ее едят», — усмехнулась Лао. — Задача Души — попасть в следующий мир, чтобы вновь обрести плоть, а моя задача — привлечь кого-нибудь, кто мог бы похоронить тело, чтобы освободить от него Душу и дать ей «свободу».