Темный

— Один из преподавателей столичного военного училища по тактике?

— Он самый. ПЗРКа предназначены ему. А ящики отправятся в мое поместье. Этот груз примет Манфред.

— Это все?

— Да. Груз сдашь и потом можешь немного отдохнуть. До следующего утра. Как понял?

— Все понятно, господин генерал — лейтенант.

— Вот и отлично. Как действовать, в случае неожиданных проблем, ты знаешь.

— Да.

— Духов — хранителей тебе в дорогу, Юра. Будь осторожен и не забывай, что охота на тебя продолжается.

— Я все помню. Кстати, а что с Лексой, Истредом и вторым диверсантом, которого я взял в госпитале?

— А что с ними? — Эрлинг равнодушно пожал плечами. — Они выложили все, что знали, и подтвердили, что хотели взять тебя, дабы получить обещанную награду от республиканского олигарха. После чего их отправили в тюрьму.

— Ясно.

Спустя несколько минут я покинул штаб корпуса. А еще через час уже летел в сторону океана и надеялся, что нас не собьет вражеский истребитель.

45

Тейт Эрлинг кристально честный человек и образец для подражания. Про это известно всем и каждому. Однако была в его жизни сторона, о которой посторонние ничего не знали, а близкие люди и вассалы держали язык за зубами. Князь Эрлинг не богат, по меркам элиты нашего государства. Поэтому свое благосостояние он улучшал на фронте и его личный транспортный самолет, который совершал регулярные рейсы с материка Окс в Неерборг, летал не просто так. Командир нашего корпуса вывозил богатства местных олигархов и жреческой элиты: драгоценности, золото, деньги, реликвии и древние артефакты. И за это ему выражали благодарность, не только устно, но и материально. Как правило, в царских рублях, золотых слитках и акциях промышленных компаний. А помимо того были еще и трофеи, которые не проходили по спискам тыловых служб корпуса, и они тоже приносили Эрлингу доход.

Разумеется, кто-то скажет, что прославленный генерал и командир корпуса самый обычный мародер. Но… Есть древняя мудрость — что позволено Юпитеру, то не позволено быку. Общие правила для простого народа и среднего класса. А Тейт Эрлинг над законами. Следовательно, вывоз трофеев: оружия, техники, республиканских марок, оптики и электроники; не мародерство. И, сопровождая очередной груз, я был спокоен. Хотя ПЗРКа это не пистолеты, винтовки и автоматы. Трофейные переносные зенитно — ракетные комплексы относились к разряду тяжелого вооружения. Но Тейт знал, что делал. Да и груз предназначался не каким-то террористам или бандитам, а полковнику Марченко. Значит, ракеты отправятся в военные училища Неерборга или в исследовательский институт. Так я считал в тот момент.

До Неерборга добрались без проблем. Приземлились, самолет замер, и к нам сразу подъехало несколько автомашин, две легковых, в которых прибыли Марченко и Манфред Смирнов, столичный помощник Эрлинга, а так же пара грузовиков.

Я вышел и поприветствовал Марченко и Смирнова. Затем передал груз и все необходимые сопроводительные документы. После чего полковник Марченко подбросил меня до ближайшего КПП и, взяв такси, я отправился в столицу. Хотелось побывать дома, а потом отправиться в один из элитных столичных борделей. Благо, с финансами порядок. Но по дороге меня перехватили. Зазвонил мобильный телефон, который я включил после приземления, и в трубке голос Робинзона:

— Привет, Темный. Посмотри налево.

Кинув взгляд в левое окно, я увидел рядом внедорожник, в котором находился Робинзон. Он улыбался и указывал на кафе возле дороги.

— Остановись, — велел я таксисту, расплатился и вышел.

Робинзон уже был рядом. Мы обменялись приветствиями и прошли в кафе.

В зале пусто. Вкусно пахло шашлыками, и мы присели за стол. Судя по всему, Робинзона в этом месте знали, и официанты поставили на стол большое блюдо с жареным мясом, а потом появились белый хлеб, вино, приправы и много соусов. После чего мой бывший работодатель разлил по бокалам благородный напиток с Нерхейских гор и предложил:

— Выпьем за встречу?

— Это можно, — я согласился.

Мы выпили, и я накинулся на мясо. Давно ничего подобного не ел, успел соскучиться, а Робинзон последовал моему примеру. И к разговору перешли только через пятнадцать минут, когда сбили первый голод.

— Рассказывай, — я посмотрел на Робинзона.

— О чем? — он изобразил удивление и усмехнулся.

— Как узнал, что я прилетаю.

— А если это случайность?

— Не дури. У таких людей, как ты, случайности очень большая редкость. Говори, как есть.

— Ладно, — он подмигнул. — Про твое прибытие сообщил полковник Марченко.

— Он из вашей организации?

— Да.

Сложить два плюс два и в итоге получить четыре несложно. Как несложно сделать некоторые умозаключения, и я спросил:

— Выходит, ваша организация уже сотрудничает с Эрлингом?

— Так точно, — согласился он.

— И давно?

— Месяц. Помнишь, к твоему сюзерену прилетал маршал Квентин Ричардс?

— Отставной вояка, который пару лет назад командовал Неерборгским военный округ?

— Он самый.

— И Ричардс предложил Эрлингу помощь?

— Верно.

— Про меня речь не шла?

— Нет. Ты, может быть, обидишься, Темный. Но твоя персона слишком незначительна, чтобы о тебе шел отдельный разговор. Впрочем, как и моя персона. У Эрлинга свои движения и маневры на политической арене, а мы с тобой внизу, ведем параллельное сотрудничество. Надеюсь, взаимовыгодное.

— Никаких обид. Тут все понятно. Но не ясно, зачем вам ПЗРКа.

Он пожал плечами:

— К этому секрету я не допущен. Поэтому не могу сказать ничего определенного. Однако сейчас в столице такой змеиный клубок закручивается, что порой возникает мысль забрать любимую женщину и Настю, а потом спрятаться где-нибудь в провинции.

— Все настолько серьезно?

— Более чем. Царю с каждым днем все хуже. Он уже с постели не встает. И придворная шушера, управленцы, промышленники, сенаторы и военные разбегаются по лагерям претендентов на трон и царский венец. В столице ведется тайная война, конкуренты начинают друг в друга стрелять, а попутно очерняют соперников в средствах массовой информации. И все это на фоне войны, которую мы, между прочим, медленно, но уверенно проигрываем. Ведь проигрываем?

— Да, — согласился я, — проигрываем.

— А почему?

— Не хватает сил, чтобы опрокинуть республиканцев. Не хватает танков, самолетов, орудий и боеприпасов. Не хватает опытных полководцев. А еще республиканцы одурманены пропагандой. Причем настолько сильно, что они идут на смерть без страха и сомнений. Однако самое главное, у нас нет общей стратегии. Каждый командарм сам по себе, а в Генштабе раздоры.

— Вот то-то и оно. Раздоры — они могут разрушить наше государство. — Робинзон замолчал, снова разлил по бокалам вино и сменил тему: — Кстати, Настя привет передавала, и мне кажется, что девчонка в тебя влюбилась.