Тень маски

Экспериментировал я и с артефактами. Самое забавное, что их убирать в подпространство легче простых предметов. Может, это субъективщина, достаточно больших артефактов у меня нет, с мелкими понять затраты силы трудно, но, как мне кажется, все же проще. Одна беда: после возвращения в обычное пространство артефакты перестают быть таковыми. Колечко, снятое с трупа американца, превратилось в простой медный ободок. Лямов сто рублей на ветер, блин. И еще двести, когда я попробовал убрать и вернуть нож. Он потом, к слову, буквально развалился на составляющие – клинок отдельно, две деревянные плашки отдельно и какая-то стружка отдельно. Больше экспериментировать с артефактами я не решился. Банальная жадность возобладала.

Кстати, насчет артефактов. После окончания битвы мои люди собрали неплохую такую горку наследия Древних. Не то чтобы артефактов было прям до фига, но и на удивление немало. Сорок три штуки. Натащили-то нам гораздо больше предметов, брали вообще все, что показалось странным, но после отсева моими родителями осталось именно сорок три предмета – сорок один по итогам моих экспериментов. Правда, более-менее определить функции смогли лишь у тридцати, но и то хлеб. Основная масса была простейшими артефактами со встроенными бахирными техниками. В основном атакующими. Несколько простеньких лечебных, два защитных. В целом ширпотреб на продажу… Ширпотреб. Зажрался я, похоже. Даже если забыть про их эффекты, после продажи этих артефактов я получу минимум три миллиарда. Минимум! Тридцать артефактов – это вам не хухры-мухры. Впрочем, продавать я их тоже не буду. Пока с деньгами проблем нет, а в будущем и эти побрякушки могут помочь. Не мне – моим людям. В общем, там видно будет. А вот с оставшимися одиннадцатью артефактами, эффекты которых определить не получилось, я даже и не знаю, что делать. Либо в Хранилище, либо на продажу.

– Если вам дать время, вы сможете определить хотя бы часть этих артефактов? – спросил я родителей, которых пригласил на разговор в палатку.

– Если у нас будет время, – усмехнулся Рафу, – то хотя бы часть мы определим.

– И то хлеб, – пробормотал я.

– Но вот эту маску, – указал он на артефакт, что среди прочих лежал на столе, – продавать в любом случае не стоит. Я, кстати, не уверен, что мы сможем разобраться с ней, несмотря на то, что Этсу у нас профи в артефактах-масках.

– Поясни, – потребовал я.

– Этсу лучше расскажет, – кивнул он в ее сторону.

– Маски, Синдзи, – начала она, – не бывают откровенно бесполезными. У Древних на них, похоже, какой-то фетиш был, и все артефакты в виде масок как минимум интересны. Да, есть среди них такие, что могут оказаться полезными в очень редких ситуациях, которые работают только с мужчинами или женщинами или которые можно использовать раз в несколько сотен лет, – но все они так или иначе ценны. Самая известная маска – это маска вечности. Известна она в основном благодаря киноиндустрии и книжкам, и лично я считаю данный артефакт сказкой, но как факт. Сказки тоже откуда-то берутся. Наша маска, которую ты у нас украл, тоже крайне ценный артефакт. Утерянная, но точно существовавшая маска, дающая женщинам возможность рожать без ограничений. Маска, изменяющая внешность, по слухам, находится в закромах итальянского рода Юлия. У английского короля есть маска, позволяющая чувствовать ложь. Лет десять назад в России с аукциона ушла маска, позволяющая дышать под водой сколь угодно долго и нырять на любую глубину. А это, если ты не понял, абсолютная защита от ядовитых газов и высокого давления. А уж если рассматривать сказки и легенды, то можно удивляться, сколько уникальных и полезных масок наплодили Древние. Например, вроде как есть маска, способная снимать вообще все магические эффекты, наложенные на человека. Учитывая, что когда-то шла война с атлантами, которые были магами, довольно полезная вещь. В те времена. Да что уж там, были маски, позволяющие общаться с богами. Хоть это и немного странная способность, учитывая, что у самих Древних с этим проблем не было, а давать такую возможность людям нелогично.

– Почему? – полюбопытствовал я.

– Древние воевали с богами, – пожала Этсу плечами. – Сначала активно, потом война сошла на нет, но они определенно враждовали до самого конца. И давать людям, кормовой базе и тех и других, возможность общаться с врагами, согласись, странно.

Понятно. Но не важно. Главное, мне, похоже, действительно повезло. Вряд ли у клана Хейг была маска с какой-то ультимативной способностью, но даже так мне в руки попало что-то интересное.

– В данном случае, – заметил Рафу, – эта маска как-то связана с огнем. Если судить по лепесткам пламени на щеках. Древние в этом плане… – запнулся он, подбирая слова.

– Прямолинейны, – помогла ему Этсу.

– Да. Прямолинейны, – согласился Рафу. – Если уж рисуют огонь, значит, будет огонь. Если какое-то животное, значит, артефакт как-то с ним связан.

– Например, способностью, которой обладает животное, – дополнила Этсу. – На самом деле все не так просто, но в целом Рафу прав. Другое дело, что иногда они могут вообще никак не обозначать возможные эффекты. И да, – подошла она к столу и взяла маску в руку. – Глянь сюда.

Показывала она внутреннюю часть маски, где отчетливо виднелся спиралевидный орнамент черного цвета.

– Знак активации? – решил я уточнить.

– Именно, – чуть кивнула она задумчиво. – Черного цвета. То есть это точно не боевой артефакт. Что-то, что Древние делали в качестве рабочего инструмента. Но, судя по тому, что маска оказалась у одного из американских бойцов, люди и этот артефакт умудрились приспособить к войне. Надо дума… – замерла она.

После чего приблизила артефакт к глазам, что-то там поразглядывала и, достав из кармана штанов небольшой раскладной ножик, начала скрести им край маски.

– Дорогая? – подал голос Рафу.

– Похоже, мы немного ошиблись, – произнесла она себе под нос, после чего уже более громко: – Рисунок огня липовый. То есть был нарисован уже людьми. У Древних, знаете ли, ничего не соскребается. Ну точно, краска, – закончила она, отводя маску от лица.

– Это плохо? – спросил я осторожно.

– Нет, с чего бы, – фыркнула она. – Это просто факт. Огонь, ветер или вообще ничего – какая разница?

– Э-э… Понятно. Что ж, кхм… Тогда работайте, – махнул я рукой на стол с артефактами.

– Вообще-то, – начала Этсу, косясь на стол, – мы как раз хотели сказать тебе, что собрались уезжать…

– Оу, – вскинул я брови.

Впрочем, логично. Я сам в скором времени отчалю домой, а им тут тем более нечего делать.

– Но почему бы и не задержаться, – закончила она.

На что Рафу улыбнулся и чуть отвернул голову.

– То есть я могу рассчитывать на вас? – уточнил я. – Вы займетесь артефактами?

– Да, конечно, – произнесла она. – Тут достаточно много интересных вещиц, а мы никуда не торопимся.

Хм, потомственный археолог, специализирующийся на артефактах, – похоже, это что-то да значит.

– Хатано-сан, – произнес я с улыбкой, когда тот сошел со своего корабля на берег. – Рад видеть вас вживую, а не на экране монитора.

– Аналогично, Аматэру-сан, – улыбнулся он в ответ. – Успел еще с кем-нибудь договориться?

– Когда? Я ж фактически только начал, сначала нужно было подготовить план операции, хотя бы примерный, и наземные силы. Вы были первым.

– Да уж, не часто меня будят с таким предложением, – усмехнулся он.

– Да ладно вам, после крейсера – это мелочь, – отмахнулся я.

– Но с крейсером ты меня не будил, – произнес он иронично.

– Ну извините уж. Молодость, нетерпение, все дела, – развел я руками.

– Нашел последнего игрока? – спросил он. – В смысле придумал, к кому обратиться?

– Пока нет, – вздохнул я. – Похоже, придется кого-нибудь в Японии искать.

– Может, все-таки Кояма? – спросил он серьезно.