Теодорик

На дрожащих ногах Теодорик поднялся, только в этот момент заметив свернувшуюся в клубок женщину, практически вжавшуюся в изголовье кровати. При виде вампира её плач перешёл в тихий, полный отчаяния скулёж загнанной в угол собачонки.

Парень медленно двинулся к ней. Её надо успокоить. Убедить, что всё было страшным сном. Надо только…

Всё произошло слишком быстро. Женщина уже открыла было рот для крика, когда он застрял у неё в горле. Теодорик со всей силы вонзил заострившиеся зубы в её шею, жадно глотая кровь. Жизненная сила – вот что пульсировало по этим прекрасным венам. Он чувствовал, как с каждым глотком болезненная пустота вверху живота исчезает. Боли больше нет. Вместе с тем начал рассеиваться и вязкий туман в голове.

Пришло осознание.

Теодорик шарахнулся назад, едва не споткнувшись о распростёртый на полу труп. Женщина затихла и обмякла, но всё же было слышно её слабое дыхание. Теодорик согнулся пополам. Тошнотворный спазм подступил к самому горлу, но всё, что он мог – давиться приступом кашля.

«Я не хотел, я не хотел этого»

Вкус крови на языке напоминал, что он врёт самому себе. Именно этого он и хотел. Рот саднило. Похоже, заострившиеся во время забытья зубы, содрали слизистую с внутренней стороны щёк.

– Дверь открыта. У вас всё в поря… – показавшаяся в дверях любопытная горожанка буквально вросла в пол при виде кровавой бойни, развернувшейся в одной отдельно взятой комнате. Вскинув глаза на Теодорика, она раскрыла рот, втягивая воздух для истошного крика.

– Ни звука, – тихо приказал вампир, не отрывая взгляда от женщины.

Почему-то приказ не сработал. Она заорала. Заорала так, что ушам стало больно. Теодорик растерянно коснулся лица, тут же чертыхнувшись. Он так успел привыкнуть к треклятым очкам, что попросту забыл их снять.

Вытолкнув визжащую тётку в коридор, парень торопливо повернул ключ в замке, для верности подперев ручку спинкой стула. Можно попробовать воздействовать на толпу, но это, во-первых, пробудит новую волну звериного голода, во-вторых, будет мало эффективным. Всех сразу охватить своим влиянием он не сможет.

Кинувшись к окну, Теодорик с усилием поднял раму вверх. Петли давно заржавели, кусками ржавчины осыпавшись на подоконник. Любопытные зеваки уже начали собираться около таверны, но пока ещё явно не были в курсе всего произошедшего. Тем лучше. Не раздумывая, вампир перемахнул через подоконник и спрыгнул вниз.

– Хватайте его, убивца! – кровожадно выкрикнул кто-то из толпы.

Теодорик выпрямился, столкнувшись взглядом с двумя стражниками, как раз застывшими на пороге. Все трое поняли друг друга без слов. Не дожидаясь их реакции, вампир опрометью кинулся по каменной лестнице вниз. Бряцая доспехами, за ним бросились вдогонку стражники. Первый пролёт, второй… Теодорик рыбкой юркнул в пёстрые торговые ряды, в надежде затеряться, но проклятая толпа расступалась перед ним, как вода перед пророком из древних легенд.

Ещё одно заблуждение жителей других материков, что вампиры могут двигаться быстрее обычного человека. Очередной обман. Правильнее сказать, что они более выносливы, а их мышцы лучше приспособлены к длительным нагрузкам. Именно это преимущество и стоит использовать.

Теодорик принялся петлять между палаток, изматывая стражников, численность которых уже успела увеличиться до пяти. Затем, с проворством зайца запрыгнув на ящик с фруктами, парень ухватился за ажурные балясины, подтянувшись наверх. На одном дыхании перемахнув через балюстраду, парень припустил вперёд, не разбирая дороги. Недавно купленные башмаки из сыромятной кожи утопали в свежевскопанной земле, под подошвами с хрустом ломались хрупкие стебли только что посаженных цветов. Похоже, его угораздило свернуть в чей-то сад. Теперь помимо угроз от стражников в спину полетели ещё и проклятья садовников.

Вдали показался корабль с колоссальными, величественными парусами пронзительно синего цвета. Вот он, последний шанс!

Вложив последние силы в финальный рывок, Теодорик перемахнул через чисто символическую ограду. Якорь шумно гремя цепью, вошёл в специальную нишу. Взмахнув массивными кожистыми крыльями, парусник приготовился к отбытию. Не сбавляя темпа, вампир побежал по мосткам, расталкивая сгрудившуюся вокруг толпу.

– Куда?! Следующий парусник жди!

Один из портовых служащих попытался преградить Теодорику путь, однако парень смёл его в сторону, как незначительное препятствие. Впереди показалось ограждение, мостки обрывались прямо над пропастью. Порыв горячего ветра от взмаха громадных крыльев обдал Теодорика мощной волной. Вампир сноровисто запрыгнул на ограждение и, напружинившись, оттолкнулся от него. Миг свободного падения, возгласы, полные удивления и страха. Рука мазнула рядом с бортом корабля, но ухватила вместо этого только воздух. Зато пальцы другой руки успели схватиться за самый край.

Не обращая внимания на внеочередного пассажира, парусник с ленивой грацией массивного, неповоротливого зверя, продолжил набирать высоту, загребая под себя крыльями воздух. Ухватившись второй рукой за фальшборт, Теодорик, беспомощно болтая ногами в воздухе, кое-как подтянулся наверх. Тут же обмякнув, вампир с облегчением растянулся на палубе. Затем, перевернувшись на бок, взглянул на удаляющуюся толпу. Итак, ему удалось сбежать от пяти стражников, двух садовников и одного портового служащего. Теодорик помимо воли рассмеялся. Возвращение в родные края вышло эффектным.

– Молодой человек, что-то я не помню вас среди пассажиров, утверждённых в списке, – раздался голос позади него.

Сдвинув на лоб тёмные очки, невесть как уцелевшие после погони и свободного полёта, парень вскинул глаза на нависшего над ним гида, изобразив на лице кроткую, застенчивую улыбку:

– Я привык быть незаметным.

Глава 5

Опершись о фальшборт, Теодорик рассеянно разглядывал внизу бескрайние зелёные поля и редкие домишки. Парусник набрал высоту, ветер стал холодным и злым, так и норовя залезть за шиворот.

– Обратите внимание на Чёрную реку, – донёсся голос гида: низкорослого, сухонького, но всё ещё очень бодрого старика в добротной, мешковатой одежде. – …Или, как поэтично прозвали её местные, «Кровь Дьявола». Никто доподлинно не знает, когда и каким образом она образовалась. Легенды гласят, что она появилась на Изломе Эпох…

Теодорик автоматически перевёл взгляд на реку. Угораздило же его попасть на экскурсионный парусник. Гид не замолкал ни на секунду. Из-за воя ветра ему приходилось всё чаще переходить на крик, поэтому его голос стал заметно хрипнуть.

Излом Эпох – так здесь прозвали день «сотворения мира». По местным преданиям когда-то на этих землях жили примитивные формы жизни, пока не случилось что-то глобальное. Что именно, историки и философы ожесточённо спорят по сей день. Одни заявляют о явлении Сверхчеловека, другие с пеной у рта твердят о зарождении Ядра Мироздания. Но это уже другая история. Теодорик вообще не был склонен уделять много времени размышлениям о прошлом как о своём, так и мира в целом.

«Чёрной» реку прозвали не просто так для красоты слова. Её обсидиановые воды напоминали смолу, тягучую и вязкую. Тёмные воды никогда не показывали настоящих отражений. Густые кроны деревьев по ту сторону превращались в сухие, корявые ветви, а лица людей в безобразных чудовищ. Более того, по повадкам она напоминала живое существо.