Терапия испытанием

– Нет, выбор не за ним, – ответила терапевт. – Вот почему так приятно быть родителями. Они старше и мудрее, и за плечами у них – пройденный путь.

– Да, но проблема в том, что он сильнее меня, – возразила мама

В этом месте терапия сконцентрировалась на конкретных деталях выполнения тяжелого задания. Терапевт должна была заставить родителей принять директиву, у них же возникала масса возражений, на которые требовалось найти ответ. Задача заключалась не только в том, чтобы запихнуть мальчика в комнату; задача состояла и в том, чтобы родители действовали и думали слаженно и согласованно, впервые за долгое время жизни их ребенка.

– Если он сильнее вас, – пояснила терапевт, – то нам нужно как следует продумать эту часть плана, который мы с вами сейчас разрабатываем. Потому что мы должны заставить план работать, даже если вашего мужа нет дома. Вот это мы сейчас и обсудим. Даже если вашему сыну все это не понравится, вы не должны обращать внимание – в этом-то и состоит родительский долг.

– В свою комнату он не пойдет, – сказал отец. – Я не смогу заставить его пойти в свою комнату.

– Хорошо, тогда мы должны определить другое место.

– Такой комнаты просто не существует, – сказала мама. – И замка, который он не сможет сломать, не существует. Он однажды сломал замок в двери своей комнаты.

– Значит, мы должны принять меры, – продолжала терапевт. – Решить проблему жизненно важно именно сейчас, пока она не приобрела колоссальные размеры. В восемь он маленький крепыш, в десять он будет значительно крепче. А в пятнадцать он станет еще крепче. Потому-то важно не отклоняться от плана. Мы можем разгрузить его комнату, чтобы… или есть другое место?

– Понимаете, у нас не очень-то просторно, – сказал отец.

– Не сомневаюсь.

– У нас небольшой дом, – добавила мама. – Если мы поместим Артура в его комнате – ну, если он разнесет свою комнату, в конце концов, это его комната. Придется ему жить с этим.

– Итак, остановимся на его комнате? – уточнила терапевт. – Вы оба согласны с этим выбором?

Они оба кивнули, но мама добавила:

– Там дверь не очень прочная, может сломаться.

– Хорошо. Вот тут мы и должны принять дополнительные меры, – терапевт повернулась к отцу: – Как вы можете укрепить дверь?

– Поставить другую дверь, – сказал мальчик, но его комментарий остался без внимания.

– Проблема в том, – сказал отец, – что он и не позволит закрыть себя в комнате. Я не могу затащить его туда.

– До этого мы тоже дойдем. Давайте решать вопросы по порядку.

– Все это звучит забавно, – нервно засмеялся отец. – Вы что, серьезно говорите?

– Я абсолютно серьезна, – ответила терапевт.

– Вы можете поставить железную дверь, – снова встрял мальчик, и снова на него не обратили внимания.

– Знаете, – продолжала терапевт, – мы говорим о вспышках раздражительности, которые уже имели последствия. И вы, родители, просто обязаны помочь этому молодому человеку.

– Пожалуй, я могу оббить дверь, чтобы он не поранил себя, когда будет ее колошматить, – предложил отец.

– Каждый раз, когда у него приступ, вы будете запирать его в комнате на десять минут, – повторила терапевт. – Назовем это «тайм-аутом». Это способ погасить его ненормальное поведение. Каждый раз, когда у него вспышка раздражительности, он будет знать, что за ней последует.

– Когда он был маленьким, мы так и делали, – сказала мама.

– Вот и хорошо, – кивнула терапевт. – Значит мы просто возвращаемся назад.

– Проблема в том, – вступил отец, – что я не раз говорил ему: «Иди к себе в комнату», а он не слушался. Просто стоял как вкопанный. Я пытался тащить его, а он начинал драться и выворачиваться, приходилось хватать поперек туловища и нести. И если я его втащу в комнату, все что я смогу – захлопнуть дверь. Замка с наружной стороны нет.

– Сможете поставить? – спросила терапевт.

– Я не… мне и представить это трудно – как я тащу и запираю его в комнате, – печально проговорил отец. – Больно и подумать.

– Знаете, – терапевт мягко улыбнулась ему, – ведь вы оба пришли за помощью. И мы можем изменить его стиль поведения и направить на путь истинный. А вы уверены, что действительно хотите, чтобы этот кошмар прекратился?

– Вы говорите, что это единственное решение, – спросил отец-.

– Я говорю, что на этой неделе мы должны начать действовать. Вы испытали много способов, на этой неделе я хочу, чтобы вы попробовали мой. Итак, мы встретимся через неделю и посмотрим, как обстоят дела. Посмотрим, не потребуется ли что-нибудь подкорректировать. Но начинать надо сегодня. Может быть, я ошибаюсь, но мне казалось, вы сказали, что готовы начать делать что-нибудь, чтобы улучшить положение.

– Ну, – сказал отец, – я имел в виду, что мы раньше это делали. А вы хотите, чтобы мы снова вернулись к этому.

– Именно так, – твердо промолвила терапевт. – Но под моим руководством. И тогда мы встретимся через неделю.

– Нет, я готов это делать – я только…

– Готовы поставить замок?

– Надо врезать серьезный замок. У него там какая-то условная задвижка.

– Единственный замок, что оставался у нас, был сломан на прошлой неделе, – пояснила мама.

– Ничего, найду крепкий замок и поставлю на дверь, – сказал отец более решительно.

– Отлично, вы знаете, что нужно достать новую дверь, если потребуется. Этот аспект возьмите на себя. Каждый раз, когда дело доходит до приступа, я хочу, чтобы вы запирали его в комнате на десять минут. Так, когда вы оба дома, думаю, проблемы не возникнет – один может взять его под руки, другой – за ноги. Вдвоем справитесь?

– О, да, – кивнула мама.

– Точно, – согласился отец.

– Теперь, – продолжала терапевт, повернувшись к маме, – обсудим ситуацию, когда вы дома одни. У вас есть сосед или приятель, готовые прийти и помочь вам?

– Недалеко живет девочка, которая весит около пятидесяти килограммов, – задумчиво проговорила мама. – В экстренном случае я могу обратиться к ней.

– Это экстренный случай, – заметила терапевт.

– К сожалению, большинство наших соседей – пенсионеры. Я просто не могу обратиться с подобной просьбой к людям старше шестидесяти.

– Кто-нибудь еще, пусть даже пятидесятикилограммовая девушка?

– Да, – засмеялась мама, – ее я могу попросить.

– Я абсолютно серьезна. Итак, теперь каждый раз, когда Артур начинает свою истерику, он должен пробыть десять минут в комнате. Если он выходит и продолжает бесноваться, то идет обратно в комнату. Первый раз, может быть, мальчик проведет в комнате час, пока не успокоится. Может быть, и дольше, пока он не сможет вести себя нормально. Но каждый раз, когда он начинает или продолжает истерику, он отправляется в комнату.