Тэсс

К тому же от пронзительного взгляда Сильвии Степану вдруг сделалось не по себе, хотя он и считал себя не робкого десятка.

– Послушай, мне все равно, дух ты или нет, – заявил археолог, отгоняя о себя страх и стараясь сохранять спокойствие. Он заставил себя подойти к призраку совсем близко – так, чтобы рассмотреть его лицо. Оно было бледным с серыми глазами, тонкими носом и губами. – Помоги мне отсюда выбраться, – попросил он. – Здесь же есть какой-то выход?

Он огляделся по сторонам, но, так ничего и не увидев, взглядом вернулся к Сильвии.

– Ты не веришь, что я дух? – проскрипела Сильвия. – Ты думаешь, что я вошла сюда через какое-то отверстие? А хочешь, я докажу тебе, что говорю правду?

– Попробуй, – согласился Степан и скептически улыбнулся.

Теперь он с полной уверенностью мог сказать, что перед ним сидела женщина, а не какой-то там призрак. «Слава богу, с головой у меня все в порядке», – мысленно порадовался он.

Меж тем Сильвия поднялась на ноги и стала наматывать вокруг Степана круги. С каждым мгновением ее движения становились все быстрее, и в какой-то момент Степану показалось, что она оторвалась от земли. Археолог следил за ней глазами, но ее движения в конце концов стали такими быстрыми, что вскоре он потерял Сильвию из вида. Археолог зажмурился, затряс головой и тут же услышал где-то возле себя громкий смех.

– Ну что, теперь веришь? – спросила Сильвия.

Она уже перестала кружиться и теперь спокойно стояла прямо напротив Степана.

– Нет, – отрезал Степан, мысленно причислив Сильвию к обычным гипнотизерам. – Тебе не повезло, я очень недоверчив по жизни… Надо очень постараться, чтобы меня в чем-то убедить.

– Ладно, – согласилась Сильвия, – а если я скажу, что у тебя в голове, тогда поверишь?

– Смотря что скажешь, – усмехнулся археолог.

– Так вот, слушай… Ты ищешь белых людей, – глядя прямо в глаза археолога, сказала Сильвия. В этот момент ее голос внезапно сделался высоким и красивым. От прежней хрипоты не осталось и следа. – Когда их город исчез под водой, они ушли из долины в горы и там пропали, – продолжала она. – Ты никак не можешь разгадать их тайну, она днем и ночью мучает тебя…

С каждым словом Сильвии Степан удивлялся все больше. Женщина была права – те существа из захоронения не давали ему спокойно жить. Археолог во все глаза смотрел на Сильвию и впитывал каждое ее слово. Сейчас он готов был верить во что угодно, даже в то, что она на самом деле дух.

– А я знаю, где они, – неожиданно сказала Сильвия. – Их тайну скрывает гора Анук…

– Где это? – спросил Степан, мысленно уже отправляясь на эту гору.

– Вот тебе раз! – воскликнула Сильвия и захохотала. Насмеявшись вдоволь, она добавила: – Смотрю, ты уже не так недоверчив, как вначале… Так что скажешь, дух я или нет?

– Пусть будет по-твоему… Дух так дух, – согласился с ней археолог и сглотнул. – Так где эта гора Анук?

– Вот что я тебе скажу, Степан, – медленно произнесла Сильвия, – лучше брось эту свою затею с белыми людьми, – она впилась в археолога глазами, и они вдруг сделались необыкновенно черными. В этот момент она выглядела, как настоящая ведьма. – Ты никогда не найдешь эту гору, – продолжала она, – а если и найдешь, твоя жизнь превратится в ад… Смерть идет за тобой по пятам, – завыла она, и ее глаза, как показалось Степану, загорелись огнем.

– Ну так уж и смерть? – попытался перевести все в шутку Степан, но голос его предательски дрогнул.

– Я смотрю, от падения ты совсем потерял разум, – возмутилась Сильвия. – Так вот, предупреждаю тебя, ты рискуешь не только своей головой, но и жизнью тех, кто пойдет за тобой. Может, хотя бы это образумит тебя, – она сверкнула глазами и уже чуть тише произнесла: – А теперь мне пора…

– А как же я? – забеспокоился Степан.

– А ты отдохни, – сказала Сильвия и взмахнула рукой.

В этот самый момент Степан увидел в ее руке маленький букет светло-голубых, по форме похожих на звезды цветов, и потерял сознание. Очнулся он от шума, который раздавался где-то рядом. Археолог лежал один на земле в знакомой пещере, а рядом с ним никого не было. «Куда делась эта Сильвия?» – первое, что пришло ему в голову, но размышлять на эту тему было некогда, и археолог поднялся на ноги. Из отверстия в стене доносились какие-то звуки – видимо, к нему наконец-то пришла помощь.

Степан протиснулся через отверстие и увидел, как по отвесной стене прямо к нему спускалась веревка. Армен и Валера, как он и предполагал, его не подвели. Вскоре голова Степана выглянула из расщелины наружу, и он увидел перед собой радостные лица своих коллег по лагерю.

– Всем большой привет! – сказал Степан и широко улыбнулся.

Армен и Валера, которые были к нему ближе всех, тут же схватили его под руки и вытащили наружу. Валера сразу же бросился его ощупывать.

– Эй, полегче там, – стал отбиваться от него Степан. – У меня все в порядке.

Однако Валера отстал от Степана только тогда, когда полностью его осмотрел. В далеком прошлом Валера был медиком и даже через много лет не оставил свои врачебные замашки.

– Везунчик! Ты и правда остался цел, если не считать синяков и ссадин, – закончив с осмотром, радостно заключил он.

– Только немного голова побаливает, – нахмурился Степан, ощупывая рану, – но совсем чуть-чуть…

Валера снова ринулся к Степану, но тот, преграждая ему путь, выставил вперед руку.

– Сам дойдешь до лагеря? – спросил Армен. – А то у нас тут для тебя есть носилки…

– Я в порядке, – замахал руками Степан. – Я прекрасно доберусь своими ногами… К тому же знаю я ваши носилки, – перешел он на шутливый тон, – пока на них съедешь по горам, все внутренности растрясешь… – Археологи дружно рассмеялись.

4

Остаток дня Степан провел в своей палатке. За это он должен был благодарить местного доктора Шурочку, которая строго-настрого запретила ему хоть куда-то выходить.

– Постельный режим дня на два – на три, – осмотрев Степана и обработав рану, строго сказала она.

– Шурочка, вы, наверное, хотите моей смерти? – улыбнулся Степан. – Вы хотите держать меня взаперти целых двое суток? Да это же пытка какая-то… Где же ваше милосердие?

– К сожалению, эта пытка может продлиться и дольше, – отпарировала доктор. – Это как пойдет… – она сердито посмотрела на Степана, а потом добавила с обидой: – Степан Андреевич, что вы все Шурочка да Шурочка? Я просила называть меня Александра Сергеевна…

«Да какая из тебя Александра Сергеевна?» – глядя на доктора, подумал Степан. Шуре, которая приехала в лагерь сразу после института, было немногим за двадцать.

– Хорошо-хорошо, Шу… – он испуганно замолчал, а потом добавил: – Александра Сергеевна.

– Так-то лучше, – улыбнулась врач. – А то Шурочка да Шурочка… Будто я маленькая какая-то… – она снова сделалась серьезной и наставительно произнесла: – Так вот, Степан Андреевич, сейчас вам нужен покой и только покой… Я завтра к вам загляну.