Тест

Жест правителя империи остановил Арно.

– Отныне вы полковник Ник Теодор, родственник расстрелянного Арно Таноса, с планеты Карастин звездной системы Трех Солнц. Вы единственный из офицеров Карастина, уцелевший при захвате рилами системы Трех Солнц. Прочие обитатели вашей звездной системы погибли. Вам выдадут соответствующие документы. Как офицер, совершивший в одиночку, на слабовооруженном разведчике, геройский прорыв в космос под огнем пяти линкоров врага, вы назначаетесь командиром так называемой Аварийной команды, создаваемой при моей персоне. Ваша задача, Ник, создать бригаду из отчаянных парней, способную спасти наши окруженные части или эвакуировать людей с гибнущих планет. Вооружением и техникой бригаду обеспечит генерал Курко. Людей подберете сами. Разрешаю набирать их из военных тюрем и попавших под трибунал. У вас, Ник, будут соответствующие полномочия. На создание бригады вам отводится месяц. Ее структуры и вооружение на ваше усмотрение. По любым организационным вопросам смело обращайтесь к генералу Курко. И запомните, вы выполняете приказы отданные мной лично. Приказы, просьбы, пожелания других лиц, независимо от их званий, должностей, заслуг для вас не существуют. Мне нужна воинская часть, Ник, способная успешно решать задачи в самых гиблых, гнилых и безнадежных ситуациях. Мне надоели медлительность и неумение действовать быстро и уверенно бюрократов из Генштаба и Адмиралтейства. Мне нужна воинская часть, на которую я мог бы положиться в сложнейших ситуациях. Часть, которая начнет действовать сразу же после получения приказа, чьи офицеры и солдаты не будут ждать, когда там, наверху, звездные генералы и адмиралы раскачаются на решительные действия. После Леверинга и Кобрана я верю, что вы, Ник, способны успешно решать мои пожелания.

– Благодарю за доверие, мой повелитель!

– Бросьте, Ник. Для вас я не повелитель, а друг, несущий на себе тяжелое бремя тяжелой войны, и переложивший часть свой ноши на ваши плечи. Разрешаю обращаться ко мне «государь».

Великий звездный протянул руку опозоренному военным трибуналом. Взволнованный Ник Теодор, в прошлом Арно Танос, пожал руку Великого звездного. Из рассказов сослуживцев и сплетен, ходивших по империи, Ник знал, что величать Великого звездного титулом «государь» имели право только самые доверенные и близкие к нему люди. Пожать же руку Великого звездного удостоилось не более сотни особей на всю империю.

– Ольг, – Великий звездный обратился к генералу Курко, – проводите полковника в его апартаменты и снабдите его всем необходимым для начала работы.

– Надеюсь на вас, Ник, – еще раз кивнул теперь уже Нику Теодору Великий звездный и покинул комнату.

Потрясенный Арно Танос проводил взглядом, полным преданности, повелителя империи и посмотрел на генерала Курко.

– Если не возражаете, будем обращаться друг к другу по именам, предложил новоиспеченному полковнику один из самых влиятельных генералов империи.

– Согласен, Ольг.

– Отлично, Ник. Следуйте за мной…

XIII

Красава движением усталого человека открыла дверь, ведущие в комнаты гостиницы, которые вот уже три недели (после бегства от ищеек бывшего мужа) она занимала с сыном с подачи защитника Ля Роша, вошла внутрь и встретила настороженный взгляд Раста.

– Что он тебе сказал, мама?

– Защитник сказал, что ему придется обращаться еще выше. Имя твоего отца всех пугает.

– Как может пугать имя труса! – возмутился Раст. – Это всё его происхождение. Судейские и медики ведь из аристократов?

– Не все.

– Но начальники-то из аристократов. Вот они и прикрывают своих. Как же не прислушаться к словам аристократа? Невозможно! Я это понял, когда слушал новости о процессе капитана Таноса.

– А ведь ты уже мыслишь, как взрослый, – Красава движением, полным нежности, коснулась светлых волос своего сына. – Прости, сынок, что твое детство закончилось так рано.

– Мама, любимая, – Раст взял в свои руки пальцы матери, – ты ни в чем не виновата. Ты хорошая, смелая, умная. Ты самая лучшая. А вот уроду, который смеет унижать меня, называя себя моим отцом, я содеянного никогда не прощу!

Глаза паренька сузились от ненависти.

– Сынок, ты…

Звонок коммуникатора прервал Красаву. Она взглянула на код. Звонил защитник Ля Рош.

– Слушаю вас?

– Госпожа, – голос защитника был полон тревоги, – ваш бывший муж добился разрешения отправить вас на промывку мозгов в спецлечебницу, а Раста забрать в специнтернат. Стражи порядка уже выехали к вам. Кто-то сдал им ваш адрес. Немедленно спасайтесь!

– Спасибо, защитник.

Красава отключилась и обратилась к сыну.

В руках Раста она увидела снайперскую винтовку. Карманы его куртки оттопыривались от магазинов с зарядами.

– Я не отдам тебя им! – решительно заявил подросток, встретившись взглядом с матерью.

– Ты не будешь стрелять. Мы не будем стрелять, – поправилась Красава, укладывая в сумку с документами свой пульсар. – Бросай все и бежим!

– Бежим! – согласился Раст.

Красава выходила из номера первой. И только убедившись, что в коридоре никого нет, сделала знак сыну следовать за ней.

Раст, сжимая в руках винтовку, готовый открыть огонь в любой момент, решительно вышел за матерью.

Красава сразу же направилась к служебному лифту, пользоваться которым разрешалось лишь обслуживающему персоналу. На плече у нее висела сумка с документами, деньгами и оружием. Прочие вещи, как свои, так и сына, она оставила в комнате, надеясь тем самым сбить стражей порядка со следа. Путь думают, что они куда-то вышли и вскоре вернутся.

Лифт бесшумно пошел вниз до самого нижнего яруса подвала здания.

Красава имела образование архитектора и разбиралась в планах и устройствах зданий, а потому, имела представление, как можно уйти из заблокированного здания через подземные коммуникации.

Покинув лифт на самом нижнем ярусе, на котором обычно размещались энергоустановки, Красава отправила лифт обратно наверх, сама же, в сопровождении сына, пошла длинным, узким коридором. Экономное освещение. Тихий гул энергосистем и фигура рослого сильного человека с бесстрашным взглядом темно-серых глаз. Одетый в рабочий комбинезон, он сжимал в руке аварийный импульсатор – прибор с помощью которого запускались энергоустановки, если, вдруг, управляющие роботы выходили из строя.

Раст молниеносно направил на него винтовку.

Красава мягким движением руки остановила готового стрелять сына.

– Это не страж порядка!

– Вас преследуют стражи порядка? – глухим, негромким басом спросил неизвестный.

– Да! Я бывшая графиня Смоленина, дочь капитана Мирослава Смелы. Бывший муж хочет отобрать у меня сына!

– А маму отправить на промывку мозгов! – вмешался в разговор старших Раст. – Убью, урода!

– Это меняет дело, – неизвестный опустил импульсатор. – Идите за мной. Я выведу вас отсюда и спрячу так, что ни одна вонючая ищейка вас не обнаружит. Меня зовут Эрн Калев. Механик. Живу в трущобах 217-го района.

– Идем, сынок! Доверимся этому человеку.

– Идем, мама, – согласился Раст, но пальца с курка винтовки не снял.

– Момент, – вдруг остановился Калев, сделав два шага. – У вас коммуникаторы есть?

– Да.

– Давайте сюда.

Красава достала из сумки коммуникатор, по которому общалась с защитником, и протянула механику.

Эрн Калев взял прибор, нажал какую-то кнопку на ближайшей энергоустановке и, в открывшийся лючок, сунул коммуникатор. Вновь нажал кнопку, подавая команду: закрыть лючок, – и пояснил, направляясь в глубь коридора.