Тест

– Проблема в том, что когда Танос доставил нас на флагман адмирала Кегелена, он был арестован. Теперь его ожидает военный трибунал в Червоном. Сегодня утром новостные каналы раструбили об этом на всю империю и выставили Таноса, при этом, последним негодяем.

– В чем его обвиняют?

– Неподчинение командованию. Потеря ценного военного груза. Самовольных действиях. Сведение личных счетов с графом Смолениным.

– И это всё за его полет на Кобран? – удивился Великий звездный.

– Больше за Леверинг.

– Поясни.

– Когда рилы атаковал звездную систему Леверинг, наши трусливо бежали, не забрав всех, кого можно было спасти. Танос, как раз охранял со своей группой транспорты с каким-то оборудованием и находился поблизости от Леверинга, когда узнал, что на Леверинге остались люди. Не уведомив командование, Танос выбросил груз в космос и посадил свои звездолеты на Леверинге. Загрузил транспорты беженцами и ушел на соединение с флотом адмирала Кегелена. Правда, когда он довел свои звездолеты до Петериона, где находился флот Кегелена, Танос отключил связь и ушел на лихтере к Кобрану за нами. Адмирал пытался запретить Таносу полет у Кобрану, но Танос сделал вид, что не понял сигналов и посланий адмирала. Танос вывез с Леверинга пятьдесят восемь тысяч человек и, среди них, графа Смоленина. Теперь Кей Смоленин, в благодарность за свое спасение, поливает Таноса грязью, где только можно!

Светомира закончила и выжидающе посмотрела на брата.

– Что ты хочешь от меня? – спросил сестру Великий звездный.

– Отмени трибунал. Спаси Таноса. Он бесстрашный и умный командир. Мы не вправе разбрасываться такими.

– Ответь, только честно. Когда Танос летел на Кобран, он знал, что ты находишься на планете?

– Нет. Охрана посоветовала не сообщать об этом Таносу, на случай, если рилы перехватят разговор.

– То есть, Танос знал, что на планете его жена с группой сотрудников Академии Зоологии?

– Да.

– И как ты предлагаешь поступать с офицером, который без приказа, самовольно, в виду командования, угоняет боевой корабль, чтобы спасти группу гражданских только потому, что среди них его бывшая жена? Оставить без наказания? Ты представляешь, что произойдет с флотом, если подобное сойдет кому-либо с рук?

Светомира закусила губу.

– Вижу, понимаешь.

– Но Танос… Леверинг… – растеряно залепетала принцесса.

– Я выясню, что произошло на Леверинге и насколько обоснованы были действия Таноса там. И приму решение. Но трибунал я отменять не буду. Я тысячу раз благодарен Таносу за твое спасение, но не могу, не имею права в период всеобщей растерянности и постоянных военных поражений не отдать под трибунал офицера, презревшего долг ради личного.

– Брат…

– Всё, сестра! Мне надо идти работать. Одно обещаю. Я сделаю всё, чтобы смягчить приговор Таносу в благодарность за твое спасение.

Великий звездный махнул рукой и вышел из комнаты, оставив родную сестру в расстроенных чувствах.

Сутки спустя, после разговора с сестрой, Великий звездный слушал генерала Орла Венелитина, одного из своих советников по вопросам обороны и безопасности.

– Расследование показало, что, если бы капитан Танос действовал согласно Устава и инструкций, пятьдесят восемь тысяч, спасенных ним с Леверинга, так бы и остались на планете, и были бы убиты рилами. Но не это главное. Главное – действия Таноса по уходу от погони с беженцами с Леверинга и прорыву блокады Кобрана. Они показывают, что Танос умный, решительный, очень талантливый боевой офицер с нестандартным мышлением. Именно тот, кого нам сейчас катастрофически не хватает. Когда флот рилов начал настигать его конвой, уходящий от Леверинга, капитан Танос направил свои звездолеты к астероидному кольцу К(расный)К(арлик)786-15…

XI

– Что ж, господа, – адмирал Менес Сатанас обратился к своим помощникам, посмотрев сначала на капитана первого ранга Кере Альгиона, сидящего от него справа, а затем на капитана первого ранга Типуру Сканта, – дело, по-моему, можно закрывать. Нарушение Устава флота по статьям 97, 121 и 125 налицо. Ваше решение, капитан Альгион?

– Расстрелять!

– Ваше решение, капитан Скант?

– Расстрелять!

– Мое решение будет таким же: расстрелять капитана второго ранга Арно Марина Таноса за нарушение Устава флота по статьям 97, 121 и 125. Приговор окончательный и обжалованию не подлежит! Все за? Решение принято.

Адмирал Сатанас поднялся со стула, на котором сидел. Капитаны Альгион и Скант встали рядом с ним.

Менес Сатанас посмотрел на, стоящего в окружении четырех крепких конвоиров, Арно Таноса.

– Капитан Танос, вы слышали мнение членов трибунала. Вы будете расстреляны! Приговор будет приведен в исполнение в течение ближайших сорока восьми часов. Желаете высказать последнее желание? Есть просьбы?

– О чем можно говорить с мудаками из аристократии, которые, спасая труса и подонка из своей своры, выносят подобные приговоры. Разве что плюнуть им в рожу!

Танос плюнул в сторону, окаменевших от подобной наглости, членов трибунала и, поварачиваясь к ним спиной, обратился к конвоирам.

– Пошли, что ли, ребята. Мне здесь делать точно уже нечего. Да и противно. Слишком уж воняет от этих, из трибунала.

Ошеломленные выходкой осужденного конвоиры разом уставились на адмирала, ожидая его действий. У Государственного защитника Дромада от происшедшего затряслись руки.

Менес Сатанас качнул головой.

Конвоиры восприняли его движение как приказ и вывели Арно Таноса из зала заседания. За ними, пугливо прижимаясь к стене, выскользнул так называемый Государственный защитник.

– Как вам, господа! – к князю Сатанасу, наконец, вернулся голос.

– Поразительно наглый тип. Удивляюсь, как ему, при его данных, удалось стать офицером! – выдавил из себя князь Типур Скант, а князь Кере Альгион заметил.

– Жаль, не имею возможности его лично казнить. Он у меня бы умирал долго и мучительно.

– Теперь понятно, почему князь Ратмир Брегович именно нас назначил в трибунал по делу Арно Таноса, – проговорил князь Скант.

– И наше счастье, что он это сделал. Таких, как этот Танос, давить надо сразу и без жалости! – дополнил коллегу князь Альгион.

– Благодарю вас, господа! – адмирал Сатанас жестом показал коллегам по трибуналу, что они свободны. Сам же подумал:

– Теперь понятно, почему граф Кей Смоленин так настаивал на смерти Арно Таноса. Представляю состояние графа, когда этот наглец нанес ему оскорбление при всех. Тут без свидетелей оскорбили и то сердце чуть не выскочило! А если б при журналистах или просто посторонних… Вот же наглец!

Адмирал, князь Менес Сатанас расстегнул мундир, вынул платок и вытер вспотевшую шею.

Вечером, в комнату, в которой находились Красава и Алтена, ворвался Раст, смотревший очередной выпуск новостей в зале просмотра.

– Мама, бабушка, – с порога начал подросток, – только что передали. Трибунал приговорил капитана Таноса к расстрелу!

– Арно! – Красава схватилась за сердце.

– Мама, что с тобой! – кинулся к ней Раст. Но внука перехватила Алтена.

– Иди, малыш, к себе. Мы тут сами. Иди.

Едва Раст, оглядываясь, вышел, как Алтена склонилась над Красавой.