ТХ4

– Юра? – свернув после института к парковке, я застал там всю компанию.

– Андрей, - поприветствовал я подошедшего ко мне парня.

– Мельник сказал, что ты больше не с нами? – полувопросительно уточнил Андрей.

– Я теперь с Алексеем, - произнес я и, видя, что он не понимает, о ком я говорю, пояснил: - ты получил от старшего брата контейнерную площадку, а я вошел в состав его команды.

– Ты ушел к моему брату? – решив, что ослышался, переспросил он.

– Да, - не понимая, чего тут непонятного, кивнул я.

– Но, почему?
– переварив озвученный факт, парень набычился.

– Ты получил новую точку сбыта, а что получил я? – не думая, что разговор затянется, я оказался не готов к обнародованию аргументов в свою защиту и сказал первое, что пришло на ум.

– Ты же сам сказал, что тебе это не интересно! – возразил парень.

– Поэтому ты мне подсунул пистолет перед стрелкой, ничего не объяснив, - намекнул я о том, что якобы догадался о последствиях, которые могли бы быть в результате стрельбы.

– От полиции я бы тебя отмазал, ну, если не я, то мой отец точно! – подтвердив мои самые худшие опасения, «спалился» Андрей.

– Разбирайся с братом, я теперь его человек, - наконец-то сообразив, как закончить этот разговор, подытожил я.

Несмотря на уверенность в своей правоте, возвращаясь домой, я невольно ежился. Время от времени мне мерещились взгляды в спину, а так же казалось, что вот та, или вот эта машина, едет по дороге слишком медленно и это неспроста. Нанервничавшись, я решил сегодня никуда не ходить и остаться дома. Более того, на завтра была назначена проверочная работа и следовало посидеть за учебниками.

Утреннее взвешивание подтвердило, что ТХ4 все еще присутствуют в моем организме, а умственные усилия остаются ими незамеченными. Уменьшившийся на очередные два килограмма вес достиг значения в сто восемьдесят три кило и я отметил, что кое-какая одежда на мне теперь висит как на вешалке.

«-Надо заниматься», - оттянув двумя пальцами живот за кожную складку, я живописно представил себя разом избавившегося от жира и невольно вздрогнул от подобной картины.

Однако, в спортзал сходить сегодня не получилось, помощник Алексея, Илья, позвонил на мой мобильник. Сегодня что-то намечалось и следовало быть готовым к пяти часам. На мои вопросы он лишь хмыкнул, туманно обронив, что я сегодня разомнусь не хуже, чем в спортзале.

До места мы добирались на мерседесовском микроавтобусе. В салоне помимо меня имелось еще с семеро парней, кого-то я помнил со встречи на заводе, кого-то увидел впервые. Народ вяло перешучивался, по спокойствию и уверенности было понятно, что собравшиеся не в первый раз участвовали в предстоящем событии.

– Ну что, Юра, готов? – после того как мы выгрузились, подошел ко мне Алексей.

– К чему? – не понимая, зачем мы приехали на пустынную стоянку дальнобойщиков на кольцевой дороге, отрицательно качнул я головой.

– Все на всех, - произнес он и, видя что до меня не дошло и что я что-то хочу спросить, подытожил: - разомнемся, скучно же.

Оглянувшись, я увидел, как парни одевают элементы хоккейной защиты. Почти все имели каски и наплечники, гульфиками так же мало кто пренебрегал. В остальном, «единодушия» не наблюдалось, кто-то предпочел прикрыть голеностопы, кто-то одевал защиту на спину.

 «-Проверку решили мне устроить», - по своему понял я происходящее.

Отойдя подальше, я со стороны смотрел на поправляющих и проверяющих «защиту» друг друга парней. В выбранной мной позиции был один плюс, никто не мог подобраться ко мне со спины, ну а то, что я собирался устроить, должно было стать для многих сюрпризом.

– Готовы? – отошедший к краю площадки, Алексей оглядел своих людей и крикнул: - начали!

Изобразить готовящегося к бою сумоиста для меня не составило проблем, согнуть колени, топнуть ногой, хлопнуть ладонями друг об друга. Все эти действия вызвали невольные улыбки на лицах неспешно двинувшихся в мою сторону людей. На это в общем-то и был расчет, продолжая изображать из себя японского борца, я раскинул руки в стороны и двинулся в раскорячку им на встречу.

Занятия на растяжку не прошли даром, мое тело стало более гибким и подвижным. Используя «форсаж», я успевал оценить положение тел сегодняшних противников, а так же вектора их движений. Широко махая руками, я набирал максимальную инерцию для своих конечностей. Стараясь бить ладонями только по защищенным участкам тел, я не раз слышал хруст под своей ладонью.

«-Надеюсь это пластмассовая защита хрустит, а не мои кости», - фоном шли не связанные с боевкой мысли.

Принцип передачи энергии, так долго отрабатываемый мною ударом живота по груше в спортзале, наконец-то начал у меня получаться. Не понимая до этого, зачем это нужно, я дошел до этого только сейчас, работая верхними конечностями.

В тот момент, когда моя ладонь со всего размаха «приземлялась» на очередные «доспехи», весь вес моего тела, помноженный на скорость, обрушивался в точку приложения сил. После этого я спокойно менял направление движения, так как инерция оказывалась погашена за счет «рушащегося» мне под ноги парня.

Ноги сами пружинили в нужный момент времени, подкидывая меня на встречу очередной цели, или плавно принимали вес, если рывок не достигал цели. Пройдя через толпу меньше чем за минуту, я оставил за своей спиной раскиданные тела. Но, стоило мне обернуться, как те, кто упал первыми, уже были на ногах и с азартом в глазах направлялись ко мне.

– Фхх, - выдохнул я и понял, что сил «бегать» больше нет и остался на месте.

Через три минуты окруженный двойным кольцом, я отбивал раскрытыми ладонями летящие в мою сторону кулаки. Навык «форсаж» норовил перейти в режим «туннельного» зрения, но это означало бы мой мгновенный проигрыш. Я на переделе моральных сил удерживал панорамное восприятие и пока что мне это удавалось.

Успевая заметить направленные на меня удары, мне приходилось изрядно вертеться. Те, кто стоял со спины, не видели ничего зазорного в том, чтобы ударить. Усталость в теле накапливалась «семимильными шагами», если я хотел остаться на ногах, следовало менять тактику.

Разошедшиеся в задоре, от того что изредка кому-то все-таки удавалось дотянуться до моего тела, парни упустили момент, когда я пошел на прорыв. Дернув на себя особо ретивого за ногу, я воспользовался зазором в телах и проломил «строй». Начав движение после этого «по кругу», я продолжил толкать противников, целясь теперь в сочленения и края хоккейной защиты.

Впрочем, сил на долго у меня не хватило, пройдя всего треть «оборота», я стал сдавать, чем не замедлили воспользоваться нападавшие.

– Хватит, - после того как я упал, над стоянкой дальнобойщиков прозвучал громкий окрик.

Особо ретивый, тот самый, кого я дернул за ногу, еще пару раз пнул мне в район почек, после чего нехотя отошел. Лежа на асфальте, я смотрел на серое небо, все тело болело и ныло. Возможно, основной причиной этого были пропущенные удары, но, мне отчего-то казалось, что все дело было в нагрузках, которым я подверг сам себя.