The Kills

«Однажды мы доиграемся», — все, что промелькнуло в моей голове.

И эта мысль не вызвала во мне абсолютно никакого беспокойства, до того мне было хорошо сейчас.

Глава 10. Watch me Burn

Прием душа несколько застопорил нас в сборах, хотя, по правде говоря, мы оба были не против.

Я покинула душевую кабинку, оставив Люцифера заканчивать водные процедуры, промокнула тело и волосы полотенцем и прошествовала нагишом в спальню. Выудила из рюкзака фен, намереваясь привести бардак на голове в божеский вид, но меня прервал стук в дверь.

Заметавшись в панике, я швырнула прибор на смятую постель, схватила плед и помчалась к выходу, заворачиваясь в него на бегу по самую шею. Обнаженный Люцифер, вышедший следом, застал меня возле двери, которую я немного приоткрыла, теряя равновесие и путаясь ногами в волочащемся по полу импровизированном наряде.

На пороге стояла сотрудница отеля с нашим завтраком. Люцифер и сегодня успел позаботиться о еде, пока я дрыхла без задних ног.

Сунув голову в проем, вежливо улыбнулась девушке, ожидая, пока он соизволит уйти в комнату. Но Люцифер, как назло, стоял возле ванной, расслабленно облокотившись на косяк и скрестив руки.

Я оглянулась, метнув в его сторону взгляд, намекающий уйти или хотя бы одеться. Люцифер проигнорировал мои намеки, оставаясь стоять в той же позе.

— А ну, брысь! — шикнула, топнув ногой в его сторону.

Плед чуть не соскользнул с тела, вовремя пойманный уверенной рукой. Люцифер хрипловато рассмеялся, начиная перекатываться спиной обратно в ванную.

— Мияу! — послышалось оттуда.

Сотрудница сжала губы, давя улыбку, а вот я не смогла сдержаться, прыснув на такую сценку.

Девушка завезла тележку в номер и, пряча глаза в пол, спешно ретировалась прочь. Люцифер вышел обратно, уже одетый в штаны. Я избавилась от пледа, кинув его на диванчик в гостиной.

— Голый завтрак! — оповестила, вскидывая руки и крутанувшись вокруг своей оси.

Влажные волосы взметнулись вверх, хлестнув по груди и спине.

— Голый ужин, голый завтрак, — Люцифер взял поднос, направляясь в спальню. — Я начинаю привыкать.

Я кокетливо отвела взгляд, рассматривая погоду за окном. Сегодня, на удивление, разъяснелось, будто и не было вчера никакого дождя. Из панорамных окон виднелось голубое небо с неспешно плывущими по нему белыми облаками, похожими на сладкую вату, то и дело разрезаемую слепящими солнечными лучами.

Люцифер уселся на кровать и поставил сбоку от себя поднос. Я впорхнула в комнату, втянула носом бодрящий аромат кофе и выпечки и прикинула, где бы мне приземлиться, по итогу решив, что лучше коленок Люцифера места не найти. Под его внимательным взглядом взгромоздилась сверху, разглядывая наш завтрак.

— Почему ты все время ходишь без одежды? — он склонил голову, рассматривая меня, сидящую сверху.

— Это такая терапия, — я откинула влажные волосы за спину. — В группе поддержки людям с увечьями была девушка с огромным, жутким шрамом, который ей оставил поехавший сожитель. Она никак не могла принять себя, и ей посоветовали не закрываться и не игнорировать зеркала, а наоборот, как можно чаще смотреть на свое тело.

Я машинально погладила шрам на ноге и продолжила:

— Она, собственно, и предложила мне делать то же самое. Оказывается, это помогает. Бодипозитив и все такое. Настраиваемся на положительные вибрации.

Вскинув руки, начала изображать волну, пропев последнюю фразу как мантру. Люцифера эта сценка не развеселила ни капли. Он тяжело вздохнул, словно вообще пожалел о том, что задал такой вопрос. Положил руку мне на щеку, погладил большим пальцем и, притянув поближе, чмокнул в лоб.

— Поехавший, — грустно повторил он.

«Господь! Господь! Срочно смена темы».

— О! Я знаю, что это! — оповестила, ткнув в глубокую вазу пальцем. — Сконы⁴.

— Откуда такая осведомленность?

Он взял с подноса одну из булочек.

— Люблю печь, готовить десерты. В общем, все, что связано со сладостями, по моей части.

Люцифер разломил выпечку вдоль, держа ее над пустой тарелкой, куда осыпалась пара крошек, вооружился чайной ложкой и набрал в нее начинку из первой пиалы небольшого размера.

Я положила руки ему на плечи, гладя чернильные узоры, устремилась выше, обойдя глазницы черепа и линии крыльев на шее. Удержаться было невозможно. Я перенесла руки на его грудь и прильнула к области под ухом, задержавшись на ней прикосновением губ, оставила легкий, почти ласковый укус, уже более ощутимыми продвигаясь к плечам.

— А как же булочки? — оторвал меня от заигрывания голос Люцифера.

— Да ты сам как булочка, — я потерлась носом о сгиб шеи, втягивая пьянящий аромат парфюма. — Вкусно пахнешь.

Выпрямилась, принимая из его рук подготовленный для меня скон, между половинками которого в щедрых количествах лежали белая и красная начинки.

— Кстати, почему ты не пользуешься духами? — поинтересовался он, разламывая выпечку для себя.

— Что-то на богатом, — подурачилась я и помахала возле уха ладонью. — Не понимаю.

Люцифер печально усмехнулся, возвращаясь к своему завтраку. Он от души добавил сыр на одну из половинок и потянулся ко второй пиале.

— Буду иметь в виду, — отметил скорее сам для себя. — Тебе бы подошло что-то легкое, цветочное. Такие, — он сделал паузу, призадумавшись, — девочковые ароматы.

Я внимательно слушала его рассуждения, тщательно пережевывая еду, взяла чашку и сделала небольшой глоток кофе, слегка обжегшего язык.

— Кто ты без своего костюма? Детектив, бизнесмен, парфюмер, любовник-террорист, — я положила в рот вторую половинку скона.

Люцифер рассмеялся, впервые за время нашего знакомства с набитым ртом, и, прожевав, произнес:

— С последним поосторожнее, — он пригрозил мне столовым прибором. — Сочту это вызовом.

Я потянулась за новой порцией, одарив его многообещающим взглядом.

— Затрахаешь меня до смерти? — подразнила я.

— Ой, допрыгаешься, Уилсон, — он покачал головой и игриво приподнял бровь, хитро оскалившись.

— Разве что на тебе, — с хохотом отбила шутливую угрозу, покачнувшись назад.

Люцифер озорно прищурился, облизываясь на мою шутку.

— Жду не дождусь воплощения твоих слов в жизнь.

— Сейчас допью и начнем, — не сдавала я позиций.

— Кстати, кофе здесь посредственный, — он заглянул в чашку. — Надо заехать в нормальную кофейню.

— Зато все остальное зашибись.

— Зашибись, — повторил он мое словечко.

— Обожаю маскарпоне, — начала я петь дифирамбы еде. — Да и клубничный джем тут в тему, — рассмотрела пиалки поближе. — Текстура у булочек божественная, хрустящая корочка, начинка мягкая. Все это такое вкусное, можно душу продать.